Любовница за миллион - Максин Салливан

От блюда поднимался вкусный парок, но Брайана не могла даже смотреть на еду. Джеррод лишил ее аппетита.

— Пожалуйста, сэр, — официант поставил тарелку и перед Джерродом. — Если вам еще что-то понадобится…

— Нет, — перебил его Джеррод. — Ничего больше не нужно.

— Хорошо, сэр, — молодой человек ретировался, оставив их одних.

Джеррод помолчал некоторое время, дожидаясь, пока официант отойдет достаточно далеко.

— Я видел, как твой поклонник беседовал с парой посетителей, — сказал он. — Они смотрели на нас с большим интересом. Не удивлюсь, если он сказал им и о бутылке вина. О фотографиях в газетах я тебя предупредил.

— Ты ведешь себя как ревнивый муж, — выпалила она.

Джеррод выглядел искренне удивленным.

— Неужели так?

— Да, и даже еще более глупо, — подтвердила она. У нее кружилась голова.

Он ухмыльнулся:

— Кажется, вино ударило тебе в голову.

— Нет.

— Да.

— Есть немного, — вынуждена была признать она. — Но я к этому привыкла.

— Правда? — насмешливо спросил он.

— У меня нет проблем с алкоголем, если ты на них намекаешь, — сердито сказала Брайана. Правда, настоящей злости она не испытывала. Наоборот, ей почему-то стало хорошо и уютно. Джеррод Хаммонд уже не казался таким плохим. А эта его ленивая улыбка…

— Думаю, нам лучше поскорее закончить с обедом, — прервал он плавное течение ее мыслей. — А потом я отвезу тебя домой.

Он не займется со мной любовью?

— Давай, ешь. Еда нейтрализует действие алкоголя. Не будем радовать прессу снимками пьяного в сосиску лица Блэкстоунов.

Это немного отрезвило ее. Он был прав. Так она запросто потеряет контракт с Блэкстоунами. А ей еще отдавать деньги Джерроду.

Брайана решительно взяла вилку и принялась за еду. Джеррод говорил о ничего не значащих вещах, задавал ничего не значащие вопросы. Светская болтовня, к которой Брайана привыкла на приемах. Она с удовольствием включилась в нее. Слава богу, на личности они больше не переходили.

От десерта Брайана отказалась, и когда они уже допивали кофе, Джеррод внимательно посмотрел на нее:

— Как ты сейчас себя чувствуешь?

— Почти нормально. Еда помогла.

— Хорошо, — его голос приобрел чувственные нотки, — потому что я собираюсь отвезти тебя к себе.

Ее сердце выбило барабанный ритм.

— Зачем?

— Я хочу заняться с тобой любовью. Сегодня. Прямо сейчас.

— Не говори так, Джеррод, — выдохнула она.

— Это тебя оскорбляет?

К сожалению, нет.

— Мне… мне неловко, — выдавила она.

Он пронзил ее взглядом:

— Я думал, ты привыкла к мужчинам, которые говорят, что хотят тебя.

— Ты ошибался.

Джеррод явно ей не поверил, но ничего не сказал. Он попросил официанта принести счет, и вот они уже направляются к выходу из ресторана. Пожилого джентльмена уже не было, и у Брайаны мелькнула бредовая мысль, что Джеррод специально дожидался, пока тот уйдет.

Как только они вошли в квартиру, Джеррод легко вскинул ее на руки и понес в спальню.

— Ненавижу так долго раздевать тебя, — пробормотал он, занятый застежками платья. Справившись с ними, он окинул Брайану восхищенным взглядом. — Ты очень сексуальна, — его голос был хриплым от страсти.

Он смотрел ей в глаза не отрываясь, словно передавая бушующую в нем страсть. Сознание Брайаны меркло, уступая место желанию. И когда желание заполнило ее до последней клеточки, то мир перед ее глазами исчез в ослепительной вспышке.

Когда Брайана проснулась, было темно. То, что место чужое, она поняла сразу. И не испытала никакого дискомфорта: специфика работы требовала от нее путешествий по всему миру. Так что она привыкла просыпаться в чужих постелях. Правда, в одиночестве.

— Пятнадцать минут девятого, — прозвучал над ухом мужской голос.

Джеррод!

— Вечера?

— Точно.

Брайана была потрясена тем, как долго они спали.

— Почему ты не разбудил меня?

— Я тоже уснул. Вспомни, прошлой ночью мы почти не сомкнули глаз.

В памяти у нее медленно всплывали события вчерашнего дня. Ресторан, ночь любви…

Внезапно Брайана испытала приступ паники.

— Мне лучше вернуться домой.

— Зачем?

— Ну, мне нужно…

— В постель? Так ты уже в постели. Со мной.

Брайана облизала губы:

— Я хочу принять душ и что-нибудь съесть.

— Нет проблем. Я закажу пиццу. Мы устроимся на балконе. Будем есть и любоваться фейерверком фестиваля Мумба… — Внезапно он соскочил с кровати и, схватив Брайану за руку, потянул ее за собой.

— Что ты делаешь? — вскрикнула она, вынужденная тоже встать.

Джеррод заключил ее в объятия и прошептал на ухо:

— Сначала мы примем душ.

— Вместе?

— Ты что-то имеешь против? — По его голубым глазам было видно — возражений он не примет.

Да она и не собиралась возражать.

— Нет.

— Приступ уступчивости? — приподнял бровь Джеррод.

Брайана кивнула:

— Возможно.

— Мне это нравится, — протянул он.

Брайана почувствовала, как в ней поднимается жаркая волна желания, но все же решила предупредить:

— Ты особо-то не привыкай.

Он посторонился, пропуская ее в стеклянную душевую кабину, и взял мыло:

— Посмотрим, насколько хорошим получится наш собственный фейерверк.

Брайана только открыла рот, чтобы пошутить на тему того, что вода погасит любой фейерверк, и в этот момент мужчина припал к ее губам в поцелуе.

Все мысли исчезли из ее головы. Исчез весь окружающий мир. Остались только они с Джерродом, покачивающиеся на теплых волнах страсти.

После душа — если только то, чем они занимались, можно назвать принятием душа, — Джеррод попросил подождать его в спальне, пообещав вскоре вернуться. Брайана была заинтригована, но старалась не давать воли мучившему ее любопытству. Она завернулась в край одеяла и принялась терпеливо ожидать.

Вернулся Джеррод действительно скоро. В руках у него был женский халат из зелено-коричневого шелка. Брайана уставилась на симпатичную вещицу с ужасом, как будто перед ней были лохмотья бродяги, больного бубонной чумой.