Только с тобой. Антифанатка - Анна Джейн

В салоне самолета я оказалась минут через сорок, уставшая, голодная, но довольная. Боже, еще немного, и я буду дома! Приеду в свою маленькую уютную квартирку, поем, высплюсь, а завтра поеду на любимую работу. Снова окунусь в дела и погружусь в атмосферу бесконечной спешки, когда все вопросы нужно было решить еще вчера. Мне нравится это. Нравится быть в центре событий.

Я запихала рюкзак наверх, села в свое кресло у иллюминатора и заранее пристегнулась. За окном все еще лил дождь, но молнии больше не разрывали небо, а грома не было слышно. Сейчас мы взлетим, я выпью кофе, когда стюардессы будут разносить напитки, закрою глаза и открою их только тогда, когда мы приземлимся. Жаль, конечно, что с бородачом Антоном так получилось – все-таки забавный тип, хоть и достал меня. Я буду иногда вспоминать его с улыбкой. Будет о чем рассказать подружкам за чашкой кофе или по скайпу. Даже немножко жаль, что мы расстались так быстро. Надеюсь, его рейс тоже скоро объявят.

Я так устала, что провалилась в зыбкий короткий сон еще до взлета. И очнулась тогда, когда у меня под ухом стали навязчиво шуршать фольгой. Я что-то пробормотала, но просыпаться не спешила. Шуршание усилилось.

– Вставай, спящая красавица, – услышала я чей-то бодрый голос. – Мы сейчас полетим!

Я нехотя разлепила один глаз, чтобы увидеть того, кто посмел меня разбудить, и едва не подпрыгнула на месте от удивления.

Опять он. Опять бородач! Сидит на кресле рядом со мной и улыбается, чтоб его чемоданом треснуло трижды и вешалкой прихлопнуло.

– Ку-ку, – сказал он довольным голосом, убирая от моего уха тот самый кокосовый батончик, оберткой которого так старательно шуршал. В точности кот, которому пакет попался в ночи. И взгляд такой же хитрый.

– Это приветствие или констатация факта сумасшествия? – хрипло спросила я, не понимая, что происходит.

– В моем случае – первое, в вашем – второе, – невозмутимо ответил бородач.

– Какого другого ответа я ждала?.. Что вы здесь делаете? – продолжала я.

– То же, что и остальные. Улетаю, – пожал он плечами.

– И как же так вышло, что улетаете вы в кресле рядом со мной? – нахмурилась я. Он реально странный. Навязчивый и наглый. А я еще жалела, что мы так быстро расстались!

– Попросил одну почтенную даму поменяться со мной местами, – ответил бородач. – Она согласилась. И вот – я снова рядом с вами, мисс истеричка, то есть Катя. Или вас Наташей зовут?

– Откуда знаете? – еще сильнее нахмурилась я.

– Я экстрасенс. А если серьезно, в билете увидел. Случайно, разумеется. Зачем вы представляетесь чужими именами?

– Какая разница? Почему я должна говорить свое имя первому встречному-поперечному? Может быть, мне еще и номер карты вам сказать? – прошипела я. До чего нудный, а!

– Да ладно вам. Я рад, что вас зовут не Катей, – вдруг серьезно сказал бородач.

– Это еще почему? – даже немного растерялась я, не в силах отвести взгляда от его темных глаз. Они гипнотизировали.

– Это имя вам не подходит. А вот Наташа – очень даже. Обычное такое имя. Для обычной девушки, – ответил он, и уголок его губ приподнялся в полуулыбке.

Удивительно, как быстро этот Антон менял тему разговора. И еще удивительнее, что я вдруг обозлилась. Даже руку в кулак сжала. Имя мое ему не понравилось, вы только посмотрите!

– Что плохого в том, чтобы быть обычной? – сквозь зубы процедила я.

– Я и не говорю, что это плохо, – ответил Антон спокойно. – Быть обычным – не плохо. И не хорошо. Это нормально, понимаешь?

– Я понимаю одно. Ты, высокомерный засранец, меня бесишь. Немедленно пересядь, – ледяным тоном велела я. – Где стюардесса, черт побери! Они не разрешают пассажирам меняться местами во время полета.

– Я все устроил, не переживай, – широко улыбнулся бородач, и я с трудом подавила в себе желание выдернуть ему все волосинки из бороды по одной. И когда это только мы на «ты» перешли?

– Девушка! – закричала я, пытаясь привлечь внимание стюардессы. – Девушка!

Однако ничего не вышло. Стюардессы уже начали рассказывать про ремни безопасности, кислородные маски и спасательные жилеты. Еще немного – и мы взлетим. Бородача от меня теперь точно не пересадят.

– Не нервничай, Наташа, – со смешком посоветовал он мне. – Или ты боишься полетов?

– Я боюсь психов рядом, – сердито ответила я.

– Я защищу тебя от них, – заявил он уверенно.

– Даже от себя самого? Отсядь от меня на соседнее кресло, – велела я, не понимая, чем так привлекала этого странного типа с бородой, который даже в самолете не снял очки, только шляпу стащил. Волосы у него были густые, чуть удлиненные, немного растрепанные и темные – цвета горького шоколада.

– Меня посадили сюда, значит, я и буду сидеть здесь, – не торопился он пересесть на третье кресло, свободное. Я прошипела сквозь зубы парочку крепких слов и отодвинулась ближе к иллюминатору.

– Давай начистоту, Антон. Что тебе от меня нужно? Как ты вообще в этом самолете оказался? Отвечай! – потребовала я, пока стюардессы повторяли все то же самое про ремень, маски и жилеты, только на английском языке. Когда-то давно я хотела быть стюардессой, я даже подавала документы в известное частное учебное учреждение дополнительного профессионального образования, где можно было пройти обучение. У меня было отличное здоровье, английский я знала идеально, но я не прошла первое же собеседование, на котором отбирали кандидатов на учебу. Я всего лишь закончила школу и провинциальный аграрный техникум, а остальные претендентки – хорошие университеты. Это меня тогда здорово подкосило, но я справилась. Я со всем научилась справляться – даже с несправедливостью.

– Все просто. Я изначально летел этим же рейсом. Понял это, когда увидел твой билет. Хотел сразу предложить сесть вместе, но ты так быстро убежала, что даже шанса мне не дала. А когда я тебя увидел в салоне, ты уже сладко спала, – поведал бородач. – Я просто попросил одну пожилую леди поменяться со мной местами. Она с радостью согласилась.