Любовь викинга - Конни Мейсон

Вульф подхватил Олафа и понес его в дом Хагара.

– Положи его, но будь осторожен, – попросила его Рейна.

Вульф послушался, не задавая лишних вопросов.

– Раздень его, чтобы я посмотрела, насколько серьезны его раны.

– Мы с Хагаром освободим его от одежды, – откликнулся Вульф. – Отойди, Рейна.

Рейна преувеличенно громко вздохнула.

– Ты ведь понимаешь, что мне придется осмотреть его тело, если я хочу его вылечить, не так ли?

– Понимаю, – сквозь зубы бросил Вульф, – но позволь нам оказать ему такую услугу. А ты пока собери все, что тебе понадобится для лечения.

Принесли сундучок с травами и сразу же – таз с горячей водой и полоски чистой льняной материи. К тому времени, когда Рейна разложила все необходимое на столе, Вульф с братом раздели Олафа и накрыли его покрывалом, которое принесла Тора.

– Зажгите побольше лучин. И выйдите все, кроме Торы, – приказала Рейна.

– Мы останемся, пока не узнаем, насколько серьезно ранен наш брат, – решительно заявил Вульф, а Хагар поспешно зажег еще две лучины, вставил их в подсвечники и снова склонился над лежащим на кровати Олафом.

И тут Олаф открыл глаза и протянул к братьям дрожащую Руку. Вульф сжал его кисть.

– Тебе нельзя говорить. Все будет хорошо.

– Послушайте! – задыхаясь, произнес Олаф. – Вы должны знать…

– Это не может подождать?

– Нет, речь идет о жизни и смерти. На деревню к югу отсюда напали финны – сегодня, незадолго до рассвета.

– Напали? Финны? Ты уверен?

– Да, и мои раны это подтверждают. Вчера вечером, сразу после ужина, я пошел в ту деревню, чтобы навестить… друга. Я слишком задержался и решил остаться там на ночь, встать чуть свет и тогда вернуться домой. Финны стали выходить на берег волна за волной, как раз когда я собрался уходить. Я… выбора у меня не было: мне пришлось сражаться за свою жизнь.

– Паруса! – воскликнула Рейна. – Я так и знала, что они предвещают беду.

Олаф уже с трудом дышал, но не умолкал.

– Скоро они придут и сюда. Нападут завтра, на рассвете.

– Откуда ты знаешь? – удивился Хагар.

– Я услышал, как они говорили об этом над моим телом. Они приняли меня за мертвого. Им нужны ценности и рабы.

– Довольно! – прервала его Рейна. – Умоляю вас: если брат вам действительно дорог, позвольте мне заняться его ранами.

Хагар и Вульф обменялись многозначительными взглядами.

– Идем, брат, – наконец, сказал Хагар, – нам еще многое предстоит сделать до того, как настанет завтрашний день.

– Позаботься об Олафе, – приказал Вульф Рейне и вышел за Хагаром из дома.

Тора склонилась над сыном, ломая руки.

– Олаф потерял сознание.

– Он выживет? Я могу как-то помочь?

Рейна внимательно посмотрела на Тору.

– Из раны на голове идет кровь, но угрозы жизни нет. Намочите тряпку и очистите эту рану, а я пока займусь более серьезными повреждениями.

Рейна осторожно сняла покрывало с тела Олафа и стала искать источник обильного кровотечения. Найдя его, она с трудом подавила крик и уставилась на зияющую рану в правом боку юноши, чуть выше бедра. Рана все еще кровоточила. Очевидно, напавший на Олафа финн пытался разрубить его пополам боевым топором.