Босс на всю голову - Елена Макарова

– Сегодня!? – пришла в ужас, не ожидала, что это случиться так скоро. Я поднялась из-за стола, но, взволнованная, растерянно озиралась по сторонам, напрочь забыв, где шкаф с одеждой.

– Поторопитесь! – Орлов сам взял с вешалки пальто и накинул мне на плечи, ненавязчиво подталкивая к выходу. – Надо закончить с бумажной волокитой до двенадцати.

– А потом? – испуганно пролепетала.

Орлов остановился, шумно выдыхая. Его явно нервировала моя медлительность.

– Я подпишу ваше чертово заявление и катитесь на все четыре стороны, – грубо с нотками раздражения. Раньше он не позволял себе такой откровенной демонстрации эмоций. Вживается в роль мужа-тирана?

– С радостью, – запахнула пальто и стремительно зашагала вперед. Будто я мечтаю задерживаться с ним рядом дольше необходимого.

Под любопытные взгляды сотрудников, которые непременно разнесут по компании свежую сплетню, мы с Орловом вышли из здания и сели в его машину, чего никогда прежде не случалось. И это тем более станет интригой уходящего года.

Максим Викторович нервно барабанил пальцами по рулю каждый раз, когда мы застревали в пробке, и неприлично ругался, подрезая то одну, то другую машину. Он открывался с новой стороны, и она мне категорически не нравилась.

Перед входом в ЗАГС я струсила, и если бы Орлов, положив мне руку на спину, не подтолкнул вперед, точно сбежала бы. Расталкивая невест в пышных платьях, он привел меня в один из кабинетов и приказал заполнять заявление.

Вдумчиво и аккуратно я заполняла каждую строчку, Орлов же спешно черкал ручкой в бланке. Из вредности вдруг захотелось вписать “Орлова” в пункте о смене фамилии, но я быстро отмела эту идею, прекрасно осознавая, что так создала бы проблемы лишь себе.

После того, как забрали заявления, нас отправили к залу непосредственной регистрации. У дверей поджидал Романов с идиотской улыбкой довольного кота.

– А вот и брачующиеся! – развел руки, готовый заключить нас в объятия. Ему предстоящий фарс казался невероятно забавным.

– Что он тут делает? – с укором впилась взглядом в Орлова. Я не соглашалась становиться объектом насмешек Романова еще и здесь. Думала, фиктивный брак априори подразумевает секретность.

– Я его не приглашал, – зло бросил будущий муж. Появление друга его так же удивило. – Будь добр, Денис, – вежливо начал, отводя того в сторону, – проваливай отсюда, – резко переменил тон. – Это тебе не шоу, не на что тут смотреть.

– Как это не на что?! – всё так же широко улыбался Романов, наслаждаясь ситуацией. – Не могу же я пропустить свадьбу лучшего друга?

Орлов оглянулся на меня, будто извиняясь за недалекого друга и за следующие слова:

– Закрой рот и не открывай его до конца церемонии, – приказал Романову.

Я, конечно, не обрадовалась, но, в конце концов, это фальшивая свадьба и мне глубоко безразличен подбор гостей.

Другие невесты суетливо поправляли платье, макияж и прическу; женихи мялись в преддверии предстоящего события; а родня весело гудела вокруг. Наша же троица представляла собой троих истуканов в будничной серой одежде, что скучающе дожидались своей очереди. Романов иногда пытался хохмить, отчего вызывал у меня лишь еще большую неприязнь.

– Волнуешься перед первой брачной ночью? – толкнул локтем Орлова, полагая, что невероятно умно сострил.

– Не будет никакой брачной ночи! – воскликнула на весь коридор, привлекая всеобщее внимание. Кто-то хмыкнул, кто-то махнул рукой, тут же забыв – у них своих забот хватало.

– Вот она точно волнуется, – продолжал веселиться Романов, заставляя меня краснеть. Глупо было надеяться, что он обойдется без пошлых намеков, когда ситуация так располагала к этому.

– Денис, заткнись, – наградил Орлов друга хмурым взглядом, – и так тошно.

В этом я его полностью поддерживала: ощущение будто совершаешь нечто противозаконное и даже аморальное.

Если Романов и хотел возразить в ответ что-то язвительное, то “закрыл рот”, поскольку нас уже позвали на церемонию.

Бюрократическая проволока заставляла меня скучать. Практически не слушала что говорила бюрократического вида дама. Окружающая атмосфера и так давила, а она словно нарочно тянула время: разразилась бесконечной речью про корабли в гавани, бухты и якоря.

Едва дождалась момента непосредственной регистрации. Максим Викторович, не задумываясь, оставил размашистую подпись, а я замерла над столом. Меня вдруг накрыло осознание, что это по-настоящему, официальный брак. Я на самом деле сейчас выхожу замуж.

Совсем не так я представляла свое замужество. Как и другие невесты, я мечтала о белоснежном платье, безупречной прическе и присутствии друзей, с которыми могла бы разделить счастливый момент. А еще я должна любить своего жениха.

– Вы хорошо себя чувствуете? – затревожился сотрудник ЗАГСа, когда я начала всхлипывать.

– Не устраивайте представление, – сердито одернул меня Максим Викторович, но я уже не могла остановиться. – Прекратите, – он нервно потирал лоб рукой, стараясь скрыть от окружающих наш разговор.

– Я пытаюсь, – со слезами на глазах я медленно вывела свою фамилию на бумаге. Кто-то протянул платок и я зарыдала, громко высмаркиваясь.

– Зачем я с вами связался? – шумно выдохнул, несомненно жалея, что выбрал меня в качестве жены для своего таинственного плана.

И я не могла осуждать его в тот момент. Прекрасно знала, что выгляжу как дешевая актриса из третьесортной постановки, отыгрывающий драматический момент. Сашка говорит, что мне нельзя плакать на людях, иначе однажды я доведу кого-нибудь до сердечного приступа. Но не каждый день мечты превращаются в прах, поэтому плевать я хотела на свой вид. Мы не договаривались, что я буду разыгрывать из себя счастливую невесту.

Ситуация все больше походила на комедию: рыдающая невеста, рассвирепевший жених и, конечно же, придворный шут.

– Это она от счастья!– подоспел Романов, пока остальные явно пребывали в шоке. – Такое событие, – встал между мной и Орловым, обнимая сразу обоих, будто мы трое верные друзья. – Не каждый день выходишь замуж за такого красавчик, да, Лиличка?

– Ага, – кивала как болванчик, боясь говорить что-либо большее, чтобы не разреветься еще сильней. – Где еще подписать? – поинтересовалась, снова хватаясь за ручку. Нужно довести дело до конца.

– Больше нигде, – сконфуженная женщина убрала из под наших с Орловым рук бумаги, и неуверенно объявила: – Теперь официально вы муж и жена. – По-моему, от увиденного она потеряла самообладание и позабыла не раз произносимый текст, и сейчас откровенно импровизировала, передавая всё своими словами. – Можете скрепить союз поцелуем.

– Горько! – заголосил Романов. Кажется, даже достал телефон, готовый снимать торжественную кульминацию церемонии.

– Не приближайтесь, – прошептала Орлову, одаривая его ледяным взглядом. Ни о каких поцелуях и речи идти не могло. Или первое, что его ждет в только что начавшемся браке, это пощечина.