Близкие и любимые - Никола Марш

— Ой, у меня в животике такое делается, как на «Бешеной мышке» в Луна-парке.

Тоби держался за живот и морщился от боли. Его лицо приняло зеленоватый оттенок. Больше всего на свете Джед боялся видеть мучения своего маленького смельчака. Ежедневно по нескольку часов Джед общался с Тоби, но продолжал удивляться тому факту, что он — отец и у него есть сын.

— Бешеная мышка? Что это такое? — Джед пытался отвлечь себя и Тоби от мыслей о болезни.

Тоби удивленно раскрыл глаза.

— Папа, это же аттракцион. Ты что, не знаешь?

— Ах, ну конечно. В американском Луна-парке?

— Да нет же, рядом с нашим домом. Впрочем, откуда поварам это знать?

Джед улыбнулся, вспомнив о двух десятках своих подчиненных, которые немало позабавились бы, если бы услышали, что босса их прославленного сиднейского ресторана понизили до должности рядового повара.

— Да, поварам положено знать другое: самые разные рецепты, от закусок до десертов. В аттракционах, признаться, я почти полный профан.

— Когда я поправлюсь, мы с тобой обязательно покатаемся на «Бешеной мышке». А еще я люблю аттракцион «Железная дорога». Он совеем не страшный. Эта трубка в тысячу раз страшнее. Папа, спасибо, что держал меня за руку, когда эта вредная медсестра втыкала ее в меня. — Тоби указал на катетер, торчащий из его груди чуть выше сердца. — Я тоже буду держать тебя за руку на «Бешеной мышке».

— Отлично! — Джед нежно хлопнул Тоби по руке уже ставшим привычным жестом, доставлявшим им обоим невероятное удовольствие. Как приятно, оказывается, быть отцом!

— А эти твои костные мозги смогут сделать меня таким же большим, сильным и знаменитым, как ты? — вопрос Тоби был преисполнен несокрушимой уверенности, что заставило сердце Джеда учащенно заколотиться.

— Ты думаешь, мускулы растут благодаря костному мозгу? — Джед оперся локтем о подлокотник, отчего бицепсы его округлились. Тоби восторженно пощупал руку отца.

— Ты, наверное, сильнее Супермена!

— Полагаешь? — лукаво усомнился Джед, жалея, что поблизости нет Эйми.

Тоби беспрерывно тешил его самолюбие своими наивными вопросами и искренними комментариями, тогда как Эйми, наоборот, не упускала случая, чтобы не съязвить в его адрес. Прошедшие две недели Джед и Эйми проводили вместе много времени в палате Тоби, а потом и в мрачном больничном кафетерии за чашкой паршивого кофе. И за все это время Эйми не оттаяла ни на градус. Эта женщина, которая когда-то млела от одного его взгляда, теперь вела себя как чопорная чужестранка, чем доводила его до бешенства. Не то чтобы Джед собирался флиртовать, нет. Ему казалось, что Эйми не проявляет к нему должного уважения. Кроме того, она не считает нужным хотя бы мягким и вежливым отношением загладить свою вину перед ним за то, что лишила его возможности растить сына.

— Ты мог бы победить и Человека-паука, и Бэтмена, и Фантомаса, и всех-всех, — фантазировал Тоби. Джед шутя взъерошил ему волосы. Ради этого малыша он мог даже забыть о своих счетах с Эйми.

Тоби действительно оказался на редкость сообразительным мальчиком и быстро уловил напряженность, существовавшую в отношениях между родителями. Поэтому так важно было посещать ребенка вдвоем и во всем придерживаться единого мнения.

В тот день впервые Джед пришел без Эйми. И сделал это сознательно. Ему хотелось показать Эйми, что хотя он и никудышный отец, но полон решимости стать лучше.

— В кино постоянно показывают фильмы про супергероев. Мы бы могли сходить вместе, посмотреть, как хорошие парни побеждают плохих.

— Наверное, — отозвался Тоби без особого энтузиазма.

— Ты что, не любишь кино? — Джед растерялся и даже расстроился. Конечно, он догадывался, что еще многого не знает о сыне. Какие игрушки ему нравились, как он делал первые шаги, сколько бессонных ночей провел, когда резались зубки, и много других мелочей, которые ему теперь приходилось угадывать, собирать по крупицам. И во всем этом он винил одну Эйми.

Тоби хотел что-то сказать, но раздумал, оставив отца наедине со своими мыслями. Джед не знал, как нарушить молчание. Допытываться ли ответа или отвлечь Тоби какой-нибудь шуткой.