В погоне за наследницей - Джулия Куин

Каролина стала делать какие-то знаки, показывая на себя и качая головой.

— Ты хочешь сказать, что это писала не ты?

Она энергично закивала.

— Тогда кто?

Она снова произнесла что-то одними губами, и он снова не понял, но, видимо, это и не предназначалось для понимания.

Блейк устало вздохнул и подошел к окну глотнуть свежего воздуха. Невозможно поверить, что она не умеет разборчиво писать, а если действительно не умеет, то кому принадлежит тетрадь и что означают слова в ней? Она сказала — когда еще могла говорить, — что это всего лишь набор слов, но, конечно, солгала. Значит…

Он остановился, потому что его осенило.

— Напиши алфавит, — потребовал он.

Каролина заморгала и удивленно посмотрела на него.

— Сейчас же! — прорычал он.

Она нахмурилась и принялась за дело.

— Что это? — спросил Блейк, держа в руках цилиндрическую подставку для перьев, которую обнаружил на подоконнике.

— Вода, — беззвучно произнесла она. Странно, что иногда ему удавалось понять ее.

Он нахмурился и поставил подставку обратно на подоконник.

— Даже дураку ясно, что дождя не будет.

Она пожала плечами, словно хотела сказать: «А мне нет».

— Готово?

Она кивнула, стараясь выглядеть одновременно раздраженной и усталой.

Блейк подошел к Каролине и взглянул на лист бумаги.

М, Н и О были вполне различимы, и даже С он смог бы разобрать, если бы на карту поставили его жизнь, но все остальное…

Он вздрогнул. Никогда. Никогда больше он не станет рисковать жизнью и здоровьем ради родной Англии. Он дал себе слово бросить эту работу, но в военном министерстве его уговаривали и убеждали до тех пор, пока он не согласился взяться за это последнее дело. Ему сказали, что он живет неподалеку от Борнмута и сможет следить за домом Пруитта, не вызывая подозрений. В министерстве настаивали, что этим должен заняться именно Блейк Рейвенскрофт.

Никто другой не справится с такой задачей.

В конце концов Блейк сдался. Но он и представить не мог, что придется возиться с ненормальной шпионкой-полуиспанкой с самым плохим в мире почерком.

— Я хотел бы встретиться с твоей гувернанткой, чтобы убить ее.

Мисс де Леон издала странный звук, и на этот раз Блейк не сомневался, что она смеется. Для пойманной шпионки она проявляла завидное чувство юмора.

— Значит, так, — произнес он, указывая на нее пальцем. — Сиди смирно.

Она зажала рот рукой и глупо посмотрела на него, словно хотела сказать: «А куда я могу уйти?»

— Я сейчас вернусь. — Он вышел из комнаты и чуть не забыл запереть дверь. Черт! Он стал терять бдительность. А все потому, что она не похожа на шпионку! Она была какая-то не такая. Большинство людей, с которыми сводила его работа, делали вид, что слишком много повидали в жизни. Но эти сине-зеленые глаза — если не считать, что они покраснели от бессонной ночи, — они.., они…

Блейк сжал кулаки и заставил себя выбросить эти мысли из головы. Какое ему дело до ее глаз? Какое ему дело до любой женщины на свете?

* * *

Четыре часа спустя он уже был готов признать поражение. Он силой влил ей в рот четыре огромные чашки горячего чаю, но эта мера не привела ни к какому заметному результату. Она только бешено замахала на него руками, что он в конце концов истолковал как «Выйдите из комнаты, мне нужно на горшок!»

Но голос к ней не вернулся, или скорее всего она слишком умело притворялась.

Блейк на всякий случай еще разок попробовал вручить ей перо и чернила. Ее рука двигалась с изящной проворностью, но каракули, которые она оставляла на бумаге, больше всего походили на следы птичьих лап.

К тому же, чертова кукла, она, похоже, пыталась пробудить в нем любовь. И что хуже всего, ей это удавалось. Пока он досадовал, что бездарно потерял полдня, Каролина сложила из исписанного листа бумаги что-то наподобие птицы и бросила в него. Птичка взмыла в воздух, Блейк увернулся, и бумажная игрушка плавно опустилась на пол.

— Неплохо, — произнес Блейк, невольно восхищаясь ее ловкостью. Ему всегда нравились такие безделушки.

Каролина горделиво улыбнулась, сложила из другого листа бумаги еще одну птичку и бросила в окно. Блейк знал, что ему следует рассердиться на то, что она тратит его время, но ему хотелось посмотреть, далеко ли улетит ее птичка.

Он поднялся из-за стола и подошел к окну — как раз чтобы увидеть, как та нырнула в кусты роз.

— Она, наверное, сломала бутон, — сказал Блейк, оборачиваясь к Каролине.

Она с досадой взглянула на него и направилась к окну.

— Ты видишь ее? — спросил Блейк.

Она отрицательно покачала головой.

Блейк придвинулся ближе.

— Вон там, — сказал он, указывая пальцем, — в кустах роз.

Она воинственно подбоченилась и язвительно посмотрела на него.

— Пытаешься передразнивать мои розы?

Каролина сделала пальцами движение, словно резала ножницами.

— Ты думаешь, их нужно подрезать?

Она решительно кивнула.

— Шпионка-садовод, — усмехнулся он. — Когда-нибудь кончатся эти чудеса?

Каролина поднесла ладонь к уху, давая понять, что не расслышала, что он сказал.

— Полагаю, с цветами ты обращаешься лучше, чем с пером и бумагой, — саркастически заметил он.

Она кивнула и снова выглянула в окно, чтобы еще раз посмотреть на розы. Блейк в задумчивости тоже наклонился к окну, и они столкнулись. Он схватил ее за руки, боясь, что девушка упадет.

И тут он совершил ошибку: посмотрел ей в глаза.

Чистые, ясные и.., такие манящие.

Блейк наклонился чуть ближе, непреодолимо желая поцеловать ее. Она приоткрыла рот, и легкий возглас удивления сорвался с ее губ. Он придвинулся ближе. Он хотел ее.

Он хотел Карлотту. Он хотел…

..

Карлотта.

Черт, как он мог хоть на секунду забыться? Предательница. Начисто лишенная жалости или угрызений совести.

Он оттолкнул ее и направился к двери.

— Это больше не повторится, — сухо произнес он.

Ошеломленная, она не двинулась с места.

Блейк мысленно выругался, вышел из комнаты и, с силой захлопнув дверь, запер ее на ключ. Что он собирался с ней сделать, черт возьми?

И главное, что он собирался делать с собой? Он тряхнул головой и сбежал вниз по лестнице. Он смешон. Его не интересуют женщины, разве только для удовлетворения животного инстинкта, но даже для этого Карлотта де Леон не подходит.