Добродетельная куртизанка - Никола Корник

— Были на то свои причины, Чарлз.

— Это само собой, — рассмеялся он. — У меня тоже есть причины разыскивать тебя, любимая.

— Не иначе как деньги.

— Ты угадала. — Он слегка смутился. — У меня временные затруднения. Если бы ты могла ссудить мне небольшую сумму… совершенно пустячную, мой ангел, но это карточный долг, не терпящий отлагательства.

— Дорогой Чарлз, я была бы рада помочь вам, но здесь у меня денег нет. Через несколько недель, в Лондоне, — это другое дело.

— Ты хочешь избавиться от меня! Будь ко мне милостива, Сюзанна! Я проделал такой длинный путь…

Люссиль и глазом не успела моргнуть, как он схватил ее в свои объятия и попытался поцеловать. Но она успела отвернуться, и губы Чарлза лишь скользнули по ее щеке. Люссиль старалась освободиться из его объятий, но не тут-то было — он крепко ее сжимал.

— Сюзанна! — На этот раз в его голосе слышался упрек. — Отказать в такой малости человеку, с таким трудом до тебя добравшемуся! Проделавшему такой путь, лишь бы увидеть тебя…

— Лишь бы занять деньги, хотите вы сказать! — Люссиль вертела головой из стороны в сторону, уклоняясь от губ Чарлза. — Отпустите меня! Немедленно!

Она не знала, как бы стала себя вести в подобной ситуации Сюзанна, да сейчас и не думала об этом — ей, во что бы то ни стало надо было избавиться от назойливого гостя. Будь она в «Куксе», треснула бы его одним из отцовских сувениров, привезенных из Китая, а тут под рукой ничего нет.

Чарлз тем временем, преодолевая ее сопротивление, обцеловал ее шею, руки его скользнули от талии Люссиль к груди. Это было отвратительно. Освободив наконец одну руку, она влепила ему пощечину. Он, выругавшись, разнял руки, и в этот момент низкий мужской голос произнес за его спиной:

— Очень меткий удар, мисс Келлавей, и главное — своевременный.

Люссиль и ее посетитель одновременно обернулись и увидели направлявшегося к ним Сигрейва. По сравнению с ним Чарлз казался коротышкой, а его одеяние — жалкой пародией на элегантный костюм графа.

— Неужели вы, дорогой Де Виньи, не поняли намека? По-моему, дама довольно ясно выразила свое нежелание находиться в вашем обществе. Вы меня чрезвычайно обяжете, если удалитесь немедленно.

— Вот в чем, оказывается, дело! — Де Виньи переводил понимающий взгляд с Люссиль на Сигрейва и с него на нее. — Охмурила графа?

Люссиль уже раскрыла рот, чтобы выступить с опровержением, но Сигрейв ее опередил:

— Именно. — Сигрейв собственническим жестом обхватил талию Люссиль. — Уж теперь-то вы понимаете, что вы здесь третий лишний.

— Что-то на вас, Сигрейв, не похоже, чтобы вы интересовались таким ходовым товаром. Я могу вам рассказать обо всех трюках, на которые она способна, если, конечно, ей заплатить, как следует.

— Не утруждайтесь, — прорычал Сигрейв. — Извольте убраться с моей земли, пока я вас сам не вышвырнул!

Де Виньи понял, что потерпел поражение.

— Всего хорошего, Сюзанна, — насмешливо произнес он, отвешивая низкий поклон, — Поздравляю с очередной победой! Мое почтение, милорд.

Люссиль рухнула на скамейку, ей казалось, что она вот-вот потеряет сознание. Отвратительные слова Де Виньи заслонили красоту изумительного летнего дня. Сигрейв с удовлетворением смотрел вслед удалявшемуся Де Виньи.

— Больше он не посмеет вас беспокоить, — спокойно заметил он, но, взглянув на побледневшую Люссиль, встревожился. — Вы плохо себя чувствуете, мисс Келлавей? На вас лица нет. Пойду принесу вам бренди.

Люссиль закрыла глаза, повернулась к солнцу и стала успокаивать себя. Глупо, конечно, так переживать из-за оскорблений, предназначавшихся вовсе не ей. И все же: знай, она, какие последствия может иметь затеянный Сюзанной маскарад, ни за что не согласилась бы в нем участвовать.

— У вашего отца всегда был замечательный бренди, — услышала она голос Сигрейва. — Сейчас убедитесь, как молниеносно он действует. — Граф уселся рядом и протянул ей бокал. — Вот видите, уже и порозовели. А неприязнь бывших любовников, наверное, издержки вашей профессии.

Люссиль, успевшая глотнуть из бокала, чуть не поперхнулась.

— Никогда бы не подумал, что подобная встреча может вас настолько потрясти, — не унимался граф. — Но вы здорово ему врезали. Попадание очень точное. Можно подумать, что вы играете в крикет.

— Да, мы в школе играем, — начала было Люссиль, но своевременно спохватилась. — Я хотела сказать, что играла, когда училась в школе.

Вот уж не ожидал от вас такого таланта. — Он задумчиво смотрел на ее лицо. — Впрочем, для женщины вашей профессии он необходим. Мало ли что случается… Насколько я осведомлен, он считает себя непревзойденным любовником. Но судить об этом, естественно, только вам!

Люссиль чувствовала себя уже гораздо лучше. Бренди восстановил ее силы и придал несвойственную ей обычно смелость.

— А вы, сэр, могли бы прийти мне на помощь! Подумать только: стоите рядом, сложа руки, и в ус себе не дуете.

— Надо было вам позвать меня, мадам, — усмехнулся он. — А что, если вы просто хотели его раззадорить? Откуда мне знать? И потом, вы сами прекрасно справились, разве нет?

Люссиль взглянула на него испепеляющим взглядом, который он встретил безмятежной улыбкой.

— И вы заставили его поверить, что я…

— Моя любовница, — закончил он, широко улыбаясь. — Почему это вас так приводит вас в негодование? Люссиль покраснела. В возбужденном бренди воображении ей привиделось, что Сигрейв обнимает ее. Ее обдало жаром. Нет, нет, он никоим образом не урод. Как хороши, например, его карие глаза с золотистыми искорками, глядящие на нее из-под густых черных ресниц с нескрываемой издевкой — он явно читает сумбурные мысли, проносящиеся в ее помутившемся сознании.

Да и его лицо — высокие скулы, прямой нос, твердо очерченный рот — не может не нравиться. Даже не столько своими чертами, сколько отраженным на нем чувством юмора и жизненной силой. Люссиль вдруг сообразила, что не ответила на его вопрос, и покраснела еще больше.

— Я… да… нет! — Она постаралась овладеть собой. — Вы настроены на шутливый лад, сэр!

— Что вы, я говорю совершенно серьезно. — Он не отводил от нее взгляда. — Нам будет очень хорошо.

Он взял из ее руки бокал и отставил в сторону. Люссиль, вдруг понявшая, что за этим последует, почему-то не могла пошевелить ни рукой, ни ногой. Как зачарованная, наблюдала она за тем, как он наклоняется, а когда его голова оказалась совсем рядом, закрыла глаза. Он слегка прикоснулся губами к ее рту и откинулся назад. Люссиль порывисто вздохнула, глаза ее широко распахнулись.

— Подумайте об этом, — мягким голосом продолжал Сигрейв, но тут же изменил тон: — Хочу сделать вам деловое предложение. У меня есть дом в Челси. Я мог бы предоставить его вам на тех же условиях, что и этот, если вы согласитесь отказаться от аренды «Кукса».