Белая тигрица - Джейд Ли

Твои груди как семена только что раскрывшегося лотоса.

Похвала Мин Хуаня к Ян Гуйфей

Сегодня он оделся по-другому, хотя эффект оставался тем же. На нем была голубовато-серая шелковая сорочка и просторные черные брюки. Сорочку вновь украшала искусная вышивка: на сером шелке темно-синими нитями были вышиты облака. И если присмотреться повнимательнее, что и сделала Лидия, то можно было разглядеть за облаками дракона: в одном месте – часть хвоста, в другом – изгиб крыла. Когда она смотрела на это одеяние, то все время находила намеки на дракона, пролетающего сквозь облака. Вокруг пуговицы обвился след от четырехпалой лапы, а с правой груди на нее пристально смотрел круглый глаз.

Этот узор производил сильное впечатление, вселяя чувство беспокойства, поэтому она с трудом удерживалась, чтобы не затрястись от страха.

Лидия сидела на кровати в тесно облегающем голубом одеянии. На ней не было ничего, кроме этого халата, и, чувствуя при каждом движении трепетное прикосновение гладкого шелка к коже, она мучительно думала, что почти раздета. Но сейчас она замерла, поджав ноги и тщательно пытаясь скрыть свою наготу под легкой тканью. Она изо всех сил старалась казаться достойной англичанкой.

– Твои волосы связаны, – сказал человек-дракон, и от его хриплого голоса она нервно дернулась. – Развяжи их.

Лидия сделала то, что он просил, чувствуя, как дрожат ее руки, распуская узел волос. Они волной упали ей на плечи, и чем больше она старалась разгладить их, тем спутаннее они становились. Китаец мягко отвел ее руки, расправляя пряди волос. Тут же, конечно, возник и Фу Де, подавая ему гребень. Вскоре он расчесывал ее волосы нежными плавными движениями.

Она должна испытывать благодарность, говорила себе Лидия, за то, что он больше ничего не делал, а лишь прикасался к ее волосам. И все же ее беспокойство возрастало от каждого его прикосновения, и, пока он это делал, девушку охватила паника, внутри все сжалось.

– В тебе есть металл, – заметил китаец. – Золото вытекает из тебя так же легко, как и вода.

– Мои волосы не из золота, – высокомерно возразила она. – Это просто цвет моих волос. Они не из металла.

Китаец отошел назад, его глаза сузились, а она молча проклинала свой глупый язык. Ей не следовало поправлять его. Но ведь он настоящий дикарь, если не понимает очевидных вещей. Через мгновение он заговорил, в его резком голосе звучало замешательство:

– Ты хочешь рассердить меня? Или же люди у вас ничего не знают?

Лидия взглянула на него, пораженная этим заявлением, и повторила:

– Мои волосы не из металла.

– Конечно, это не металл, – отрезал он. – Но они сверкают, как золото, а цвет твоего лица имеет оттенок слоновой кости. Это означает присутствие металла в твоей... – его голос замер, потому что он подыскивал нужное слово.

– Личности, – шепотом подсказал Фу Де из-за двери. Дракон склонил голову, соглашаясь с ним.

– В твоей личности.

– Но это же смешно. Мои волосы и моя кожа не определяют моей личности.

– Конечно, не определяют. Они являются ее отражением, – заявил он.

– Но...

– Ты хочешь бросить мне вызов? – спросил дракон.

Хотя он говорил совершенно спокойно, она почувствовала, что внутри у него все кипит от гнева. Поэтому Лидия опустила голову и стала разглядывать свои руки.

– Не знаю, способна ли ты понимать такие вещи, но не смей поправлять тех, кто разбирается в этом лучше тебя, – продолжал китаец.

Ей хотелось возразить, но она приказала себе сдерживаться во что бы то ни стало. Лидию возмущала абсурдность ситуации, когда этот китайский язычник считал себя выше англичанки. Но с этим приходилось мириться: он был сильнее и у него были ключи от места ее заточения. Поэтому она подавила в себе гордость, позволив ему считать себя главным.