Триумф нежности - Джудит Макнот

— А теперь я могу сказать, что я вижу, когда смотрю на тебя?

Кэти попыталась ответить легко, но ее голос был таким жехриплым, как и его:

— Ты собираешься говорить, как герой мыльной оперы?

— Да.

— Хорошо.

Его смех был сильным и низким.

— Я вижу красавицу с золотистыми волосами и улыбкой ангела.Я припоминаю принцессу, стоящую в баре и неодобрительно на всех поглядывающую;затем я услышал колдунью, которая сообщила мужчине, делающему ей довольноопределенные предложения, что она живет с лесбиянками.

Он погладил кончиками пальцев ее щеку.

— Когда я смотрю на тебя, я думаю, что ты, моя красавица,принцесса и колдунья.

То, что он назвал ее своей, заставило Кэти вернуться креальности. Решительно вырвавшись из объятий Рамона, она сказала снеестественной веселостью:

— Ты не хочешь спуститься вниз в бассейн? Он сегодня открыт.— Говоря это, она засунула руки в задние карманы, позволив взгляду Рамонаскользнуть по натянувшейся на груди футболке, и, заметив его взгляд, торопливоопустила руки.

Бровь Рамона приподнялась в немом вопросе: почему онавозражает против того, чтобы он смотрел на нее, ведь только что она была в егообъятиях?

— Конечно. Я буду рад увидеть ваш бассейн и познакомиться ствоими друзьями.

Кэти снова почувствовала себя неудобно. Он покажется слишкомсмуглым, слишком чужаком для блестящей светской компании в бассейне. К тому жеона хорошо знала, когда мужчина хочет затащить се в постель. Рамон именно этогои добивается. И как можно скорее.

Двери из стекла с витражами вели из гостиной в маленькийвнутренний дворик, окруженный изгородью, которая создавала иллюзию уединения. Вцентре дворика стояли два деревянных шезлонга красного цвета с огромнымиподушками, украшенными цветным узором. Вокруг было посажено множество пышныхрастений, некоторые из них цвели. Кэти остановилась около скульптуры,окруженной бордовыми и белыми петуниями. Держась рукой за изгородь, онаколебалась, пытаясь подобрать слова для тех мыслей, что вертелись у нее вголове.

— У тебя прекрасная квартира, — заметил Рамон, — да и ценаза нее, наверное, немалая.

Кэти быстро повернулась к нему, намереваясь использовать этовскользь брошенное замечание, чтобы сказать, что они не пара и что он долженохладить свой не в меру горячий пыл. Но так, чтобы не обидеть его.

— Спасибо. Честно говоря, плата очень высокая. Я живу здесьпотому, что для моих родителей это гарантия, что мои соседи и друзья — людиопределенного достатка.

— Ты хочешь сказать — богатые люди?

— Не обязательно богатые, но достаточно обеспеченные люди,добившиеся определенного успеха в жизни.

Лицо Рамона превратилось в маску, лишенную каких-либочувств.

— Наверное, будет лучше не представлять меня твоим друзьям.

Кэти посмотрела на его надменное красивое лицо, и ей опятьстало стыдно. Взволнованно проведя рукой по лбу, она перевела дыхание.

— Рамон, забудем, что произошло между нами. Я хочу, чтобы тыпонял — я не собираюсь ложиться с тобой в постель. Никогда.

— Потому что я испанец? — хладнокровно спросил он. Кэтипокраснела от досады.

— Нет, конечно же, нет! Потому что… — Она насмешливоулыбнулась. — Если использовать известную фразу — «я девушка не такого сорта».— Чувствуя себя намного лучше оттого, что между ними все стало ясно, онаповернулась к воротам, ведущим к бассейну:

— Ну, теперь давай спустимся и посмотрим, что там вбассейне.

— Не думаю, что это благоразумно, — сардонически заметилРамон. — Я не хочу ставить в неловкое положение тебя перед твоимипреуспевающими, обеспеченными друзьями.

Кэти взглянула через плечо на высокого мужчину, которыйсмотрел на нее сверху вниз. Его глаза были полны иронии и презрения. Кэтивздохнула:

— Рамон, если я самодовольная дура, то тебе едва ли стоитмне уподобляться. Пожалуйста, пойдем в бассейн.

Он засмеялся и распахнул перед ней дверь. В бассейне стоялкрик и летели брызги. Играли в водное поло. Девушки в бикини и мужчины вплавках грелись на солнце. Их тела блестели от лосьона для загара. Всюду банкис пивом, радиоприемники, из динамиков неслась веселая музыка.

Кэти подошла к ближайшему столику с тентом, пододвинулаалюминиевое кресло и села.

— Как тебе все это нравится? — спросила она, когда Рамонопустился рядом с ней.

Его взгляд разом охватил пестрое сборище.

— Забавно.

— Привет, Кэти! — окликнула Карен, появляясь из бассейна.

Она напоминала прелестную русалку. Ее тело блестело откапелек воды. Как обычно, Карен сопровождали двое безнадежных воздыхателей.

— Ты знакома с Доном и Брэдом? — спросила Карен, небрежнокивнув на мужчин.

Кэти знала их так же хорошо, как и Карен, — они жили рядом,поэтому она слегка удивилась вопросу, но потом вспомнила, что Карен никогда непомнит, кто с кем знаком. Тем более что взгляд Карен был сейчас прикован кРамону. С необъяснимой неохотой Кэти познакомила их. Она пыталась не заметитьвспыхнувшую улыбку Рамона и блеск в зеленых глазах подруги, когда та протянуларуку для пожатия.

— Почему бы вам не сбросить одежду и не поплавать? —предложила Карен, не отводя глаз от красавца атлета. — На закате здесь будетклассная вечеринка. Вы могли бы остаться.

— У Рамона нет с собой плавок, — быстро отказалась Кэти.

— Это не проблема, — тут же нашлась Карен. — Брэд одолжитему, не так ли?

Брэд, который настойчиво ухаживал за Карен уже около года, скуда большим удовольствием одолжил бы Рамону билет из города, но тем не менеевежливо предложил плавки.

— Где… — чуть ли не благоговейно выдохнула Карей, — ты нашлаего? Он похож на греческого Адониса… или Адонис был блондином? Так или иначе,он похож на темноволосого греческого бога.

Кэти подавила в себе желание охладить интерес Карен кРамону, она не сказала, что «Адонис»— всего-навсего испанский фермер. Вместоэтого она произнесла:

— Мы познакомились в пятницу в «Глубоком ущелье».

— На самом деле? Что-то я там его не видела, а егоневозможно не заметить. Что же он делает, кроме того, что выглядит как античныйбог?