Мажор и недотрога - Джекки Корд

Закрываю глаза. Открываю. Она взглядом командует: «сколько ждать можно?!»

Рассказываю все. Почти.

Про поцелуй молчу опять, про девушку и отца Кима.

— Ты встряла.

Алка не завидует. На лице написано.

— Сильно?

— На столько. — широко разводят руки.

Беда. Беда.

— Эти двое, — вздыхает, — должны жить на разных планетах.

О нет.

— Там ледяная война.

Даже не холодная. Мамочки.

— Тима знаешь откуда?

Щурится подруга.

— До этого дня не видела.

— Тогда зачем он полез?

— Откуда я знаю.

Спрашивает в пятый раз. Как будто истина придет.

— На зло Киму?

Вариант. Логичный. Самый подходящий.

Может узнал что было? Вот и пришел.

Мотаю головой. Не вяжется с тем, что ждал утром. Кима тогда не было рядом. Значит не ревность вызывал.

— Вспомнила?

Подруга оживляется.

Нет. Она разочарована. Я в ужасе. Масштабы катастрофы необъятны.

Пара заканчивается. Звонок звонит, сплетне-зомби вспоминают о свежей тушке новостей.

Обо мне.

Как загнанный зверёк я оглядываюсь. Подруга тут на помощь приходит.

— Я помогу.

Хладнокровна как удав.

— Ты правду мне сказала. Я верю. Ты верь теперь.

Гордо бьет себя в грудь. Берет меня за руку. Пихает сквозь толпу.

Ее уважают. Не сильно лезут сейчас.

— Разойдитесь.

Алка отмахивается от сокурсников.

— Что у неё с Кимом?

Вопят девчонки. Ещё подошел с десяток с других курсов и потоков.

— Ничего, ничего!

Громко заявляет менеджер моей общественной жизни. Глас моего тихого я.

— Пригнись и вали по команде.

Это она мне, когда кольцо из девчонок сужается.

— Девочки! Стойте! Стойте. Я отвечу на все ваши вопросы! Внимание! Все внимание ко мне!

И даёт мне пинок под мягкое место. Сигнал? Ага.

Вот и я стартую. На четвереньках сквозь ноги.

Выпрямляюсь в коридоре. Несусь в кафетерий. Кима нужно найти, пусть объясняется со своим фан-клубом.

На первом этаже нет никого и близко похожего.

Брожу между столиков. Вдруг пропустила его. Не заметила.

Все равно нет. Первый раз когда реально нужно.

Хочу выбежать. Поиски продолжить в другом месте. Тут замечаю, как Олимпийский

Мишка входит в столовую. В компании олимпийской деревни в полном составе.

Меня не замечает. Может вид делает. Может срок действия благотворительной акции в поддержку лузеров закончился.

Все равно ему спасибо. Подставился. Сейчас фанатки к нему могут прикопаться. Чемпион помочь хотел, а сейчас огребет за доброту.

Все это моя вина. Стыдно и неловко.

Как бы вину загладить? Времени нет, но нужно.

От себя не жду, но в очередь вклиниваюсь. Для всех неожиданность.

— Кофе!

Командую. Невоспитанная нахалка, по губам себя бью. И кричу дальше.

— Гамбургер. Оливье! Котлетку и картошку!

Он спортсмен. Хорошо должен есть. Спортпит и все такое. Логика проста.

Кое-как тащу поднос. Нахожу столик. Останавливаюсь и быстро ставлю перед парнем.

Чемпион конспект обсуждает. Прерывается.

— Что за?! А. Это ты.

Узнаёт. Рассматривают. С ним и вся деревня следит за мной как за финальным забегом.

— Спасибо, что заступился.

Мнусь на ногах. Он улыбается. Вгоняет в краску. Я тушуюсь. Резко разворачиваюсь и бегу.

Все смотрят! Все! Перешёптываются.

«С двумя самыми популярными». Слышу. Понимаю, что дела мои ещё хуже.

Близка к паники. В ней я опасна. В ней я в академку грожусь уйти.

Трусиха я.

Может до завтра забудут? Что тут обсуждать?

«Они же враги, и эта…»

Шептуны подкидывают вариант.

— Спасибо за кофе.

Весело летит от Тимофея через весь кафетерии. Слова в спину бьют. Быстрее бежать заставляют. Без оглядки.

— Да что за…!

Врезаюсь в кого-то. В суматохе почти с ног сношу.

Не извиняюсь. Так можно целый день. Косяк на косяке.

Бегу. Стараюсь вернее.

Резко останавливаюсь. Отлетаю назад. Это инерция — физика.

— Стой, монстрик. Я тоже кофе хочу.

Филатов. Филатов. Филатов.

Только не ты!

— Может потом?

Смотрю с мольбой в глазах. Пойми же ты, что время неудачное.

Не понимает. Ухмыляется и тащит обратно в кафетерий.

Это видя все. И Тимофей. И олимпийская деревня. Свита Кима и все пришедшие поесть.

— Вот и свободный столик.

Филатов останавливается возле стола. Там сидят несколько ребят. Ни черта он не свободен. Был. Тут же как волшебству с него все сбегают. Ветром сдуло.

— Я кофе буду. И поесть.

Сам садится. Мне указание дает. И деньги. Открывает кошелек и достает несколько купюр.

— Сок себе купи.

Обязательно. Киваю. Чтобы на голову тебе вылить. Индюк паршивый.

Ради Тимофея я встряла в очередь, чтобы побыстрее. Для Кима стоять буду час битый. Даже пропускаю некоторых, когда не видит он.

Сама улыбаюсь ему. Пусть думает, что все в порядке.

Скоро перемена закончится. Я все стою.

Так и Ким голодный. Вижу злится, но не подходит.

Друзья его разошлись уже.

— Что хочешь? Опять.

Работница буфета меня запомнила. Недовольно смотрит. Не понравилась я ей.

— Кофе. Самый дешевый.

— Растворимый.

— Конечно, — удивляюсь, — и его самый дешевый.

— Что еще?

Стандартный вопрос безразличным голосом.

— Салат.

— Какой? — устало.

— Вчерашний.

Конечно же.

Бровь тетки взлетает вверх. Удивлена. Так я ж не для себя стараюсь. Для “любимого”.

— Какой?

— Овощной, — если она про состав.

Кофе шлепается на поднос. Салат приземляется рядом. Я беру пластиковую вилку вместо металлической.