Принц-холостяк - Дебби Макомбер

– Уверен, принц говорил совершенно искренне, – возразил Пьетро.

– Я была в Сан-Лоренцо уже дважды, но это было очень давно. Я ему, правда, ничего не сказала, потому что не хотела прерывать.

– Кажется, вы просили о встрече со мной?

– Да. – Она заметила, что секретарь принца держится гораздо официальнее, чем накануне вечером. – Мне не хотелось бы выглядеть назойливой, но я считаю необходимым объясниться насчет приглашения моих родителей. – В течение сорока пяти минут, пока она была с принцем, Присцилла едва вставила пару слов. Теперь же ее словно прорвало. – Видите ли, они пригласили принца Стефано посетить нас завтра во второй половине дня. Я пыталась объяснить маме и папе, что если бы не вы, то ничего бы не было. Но они не желают ничего слушать.

На самом деле у четы Рутерфордов сложилось твердое впечатление, что дочку пригласили на чай из-за ее неотразимого очарования.

– Уверен, что принц с удовольствием познакомится с вашими родителями.

Подавленная, Присцилла поникла. Именно этого ей так не хотелось услышать.

Пьетро замялся.

– А вы бы предпочли, чтобы принц отказался?

Она кивнула, чувствуя себя такой жалкой.

– Но почему, собственно говоря? Разве принц Стефано вас чем-нибудь обидел?

Присцилла подняла голову:

– О нет! Он такой… необыкновенный. Просто если он к нам приедет, то мама определенно подумает, что у него ко мне романтический интерес.

– Ну, если учесть количество проданных лотерейных билетов, то можно сделать вывод, что это характерно для нескольких тысяч женщин.

Присцилла не выражала никаких чувств к Стефано. У нее просто их не было.

– Если принц встретится с моим семейством, то он наверняка упомянет о приглашении в Сан-Лоренцо. Могу поспорить, что, услышав это, родители сойдут с ума от счастья.

– Вам не хочется приехать в мою страну?

– Мне там очень понравилось. Но разве подобные чувства испытывает не каждый, кто бывал в Сан-Лоренцо?

Присцилла и без того чувствовала себя довольно неловко. Но стоило ей только открыть рот, как все становилось еще хуже.

– Но тогда я не понимаю, в чем проблема.

– Верно, – прошептала она. – Вы и не поймете.

– Пожалуйста, объяснитесь, Присцилла.

Впервые он назвал ее по имени. Хотя его английский был безупречен, он произнес слово «Присцилла» как-то по-особенному, необычайно, даже с придыханием.

– Вы свободны сегодня после обеда? – вырвалось у нее совершенно непроизвольно. – Просто обидно, если вы так и не увидите наш город. Я могла бы показать вам Парк-Плейс-Маркет. Мы бы прокатились по монорельсу над центром Сиэтла… – Присцилла еще никогда не была столь смелой с мужчинами; она сама себя не узнавала.

Дорогая ручка с золотым пером выскользнула из рук Пьетро. Слова девушки страшно его взволновали, и поэтому он поспешил наклониться за ней.

Так как он замешкался с ответом, она поняла, что совершила ужасную глупость. Такой человек, как личный секретарь и друг принца Стефано, не должен тратить на нее свое время. Выпалив свое идиотское приглашение, она поставила его в неловкую ситуацию. Он не мог отказаться, не обидев ее, но и согласиться тоже не хотел. Человек с такой должностью не ходит на экскурсии, а уж если и пойдет, то, скорее всего, не с ней.

– Конечно, вы не можете… Простите меня за назойливость. Я просто не подумала. – От его взгляда она смутилась еще больше и вскочила, прижимая сумочку к груди. – Пожалуйста, извините меня.

– Присцилла, – произнес Пьетро мягким голосом, – сядьте.

Она чувствовала себя настолько униженной, что повиновалась.

– Простите… – Ее голова ушла в плечи.

– Вам незачем извиняться.

Она не стала возражать, хотя в эту минуту была готова провалиться сквозь землю.

– Прежде всего объясните, почему вы не хотите принять приглашение принца посетить нашу страну.

Она судорожно сглотнула.

– Из-за родителей. Они думают, что принц может в меня влюбиться. Им не понять, что он просто вежливый человек.

– Значит, ваши родители – причина того, что вы не хотите видеть принца в гостях?

Она кивнула.

– Как же я глупа! Мне не следовало вам ничего говорить. Теперь я понимаю, что с моей стороны это было бестактно и грубо. Я надеялась… – Она замялась.

– Да? – с нетерпением спросил Пьетро.

– Что он откажется.

Пьетро глубоко вздохнул.

– Боюсь, это невозможно. Принц Стефано уже попросил меня ответить от его имени.

– Понимаю. – Вот так-то.

– Мне кажется, Присцилла, вам не следует преуменьшать свои достоинства. Принц весьма вами заинтересовался. Он мне сам сказал, что вы просто чудо.

Присцилла несколько раз моргнула, не в силах поверить, что это правда.

– Так и сказал?

– Да. Почему вы спрашиваете?

– Просто меня это удивляет.

– Зря. Вы такой чудесный человек, Присцилла Рутерфорд. – Улыбка Пьетро снова стала теплой и ласковой. Присцилла почувствовала себя под ее гипнозом.

– Спасибо. Спасибо вам, – еле слышно прошептала она.

Пьетро поспешно отвел взгляд, разрушая то тайное очарование, которое на мгновение установилось между ними.

– Принц Стефано будет у вас завтра в три часа, – объявил он. Голос стал неожиданно сухим и деловитым.

– А вы приедете с ним? – Еще пять минут назад Присцилла была на сто процентов уверена, что Пьетро будет сопровождать принца, но…

– Нет.

Она вздохнула и понимающе кивнула. Да, о его приезде можно было только мечтать.

– А теперь… теперь насчет вашего приглашения.

Взгляд Присциллы выжидательно остановился на Пьетро. Их глаза встретились и долго не могли разойтись. Девушка вдруг забыла, что следует скрывать свои эмоции.

Пьетро нехотя отвел взгляд, и Присцилле почудилось, что ему нелегко говорить.

– Я вынужден его отклонить. Но то, что вы сочли нужным пригласить и меня, я считаю самым большим… счастьем за всю свою жизнь.

Она кисло улыбнулась, надеясь, что Пьетро понимает: согласись он с ней пойти, для нее это также было бы величайшим счастьем.

Еще никто и никогда не заботился о Хоуп с подобным рвением. Матушка со своими душками-подружками чуть не свела ее с ума, каждую минуту справляясь о макияже, маникюре, прическе и костюме. Совместными усилиями было решено надеть черное креповое платье, которое обтягивало бедра и открывало великолепную стройную спину. Сама она никогда бы не выбрала этот фасон, но Бетти знала кого-то, кто в свою очередь знал еще кое-кого, у кого было именно такое платье.