Спи, моя радость. Часть 3. Утро - Вероника Карпенко

На погасшем экране смартфона россыпь белых крупинок становилась все гуще. Соня стерла их рукавом и сложила «виновника» в сумку. Жаль, что память уже не сотрешь!

«Он смирится. Ему нужно время», — так недавно сказала мама. Похоже, оно было нужно им всем. И не только отцу.

— Сонь, ну чего ты? — Дашкин голос стал жалобным.

Подруга придвинулась. Но, несмотря на их близость, она ей не верила! Недоумение читалось на румяном лице, проступало сквозь притворную жизнерадостность.

«Ну, давай же! Скажи это!», — думала Соня, — «Что он бросит меня, наигравшись. Что ему нужен секс, а я как последняя дура, влюбилась без памяти».

Но Дашка, вздохнув для приличия, принялась утешать её.

— Да все нормально будет! — проговорила она.

Соня шмыгнула носом. Глупо думать, что люди поймут их и примут. Их любовь — это дар! Или, может, проклятие? Быть изгоем сумеет не каждый. Ей одной не хватило бы смелости. Только с ним! Только вместе.

— За то он — красавчик, — продолжала подруга. — Я вот вообще не люблю жирных! Ты видела парня у Ленки с четвертого курса?

— Она его скоро догонит, — включилась в беседу Соня, вспоминая, о ком идет речь.

— Вот, с кем поведешься! — философски заметила Дашка. — А вообще это тренд! Сейчас модно иметь разницу в возрасте. Ты погляди, вон, на звёзд.

Не желая быть голословной, подруга «нырнула» в смартфон.

— Вот, смотри! — она ткнула в статью на экране и стала зачитывать имена.

Соня слушала невнимательно. Ветер высушил слёзы. Он прогнал недовольное серое облако, моросящее манной крупой.

Нет, они не изгои. Они просто счастливы! Ну и пусть, что у их абсолютного счастья непривычные глазу черты.

Глава 11

— Ждем наплыва клиентов в декабре. А пока всё свои чередом, — доложилась мама.

Теперь их созвон стал обязательным ритуалом. Наравне с чисткой зубов перед сном. Такое участие в Сониной жизни мать проявляла впервые. Это и радовало и в то же время пугало! Как будто своим «как дела» она подвергала сомнению саму мысль о том, что у них может быть все хорошо.

— Ты нормально питаешься? — поинтересовалась она.

Соня вздохнула:

— Конечно!

Молчание длилось недолго.

— А что у вас сегодня на ужин? — спросила мама.

— Ты серьезно? — обреченно воскликнула Соня.

Теперь к перечню вопросов о её самочувствии добавилось еще и обсуждение рациона. Правда, здесь у Сони был повод для гордости! Она впервые сварила борщ. Со свеклой и капустой. Накормила Никиту. Он выжил и даже попросил добавки.

— Ты пьешь витамины? — продолжила мама по списку.

Соня включила «автопилот»:

— Да, да.

— А то твой отец…, — начала, было, мать.

Реакция была молниеносной. Соня тут же проснулась:

— Не хочу ничего о нём слышать!

Мама дала задний ход. Хотя ей не шла роль миротворца, она упорно пыталась им быть. Раньше папа мирил их, а теперь…

— Не планируешь стричься? — решила она сменить тему.

— Я уже! — машинально ответила Соня.

— Опять во «Флорансе»? — язвительно бросила мать.

И хотя волшебница-фея по имени Кристи стригла её лучше всех, Соня искала замену. Слишком свежа была в памяти «очная ставка», которую им ненароком устроил салонный администратор. В тот день в плотном графике теть Лены образовалось «окно», и заполнить его согласилась одна из клиенток.

Соня прошла половину пути, и спускаться назад было глупо. Увидеть «препятствие» раньше ей помешал навязчивый мессенджер. Дашка опять запостила какую-то фигню про собак! Она отвлеклась, а когда подняла глаза, то увидела… Марину.

Она шла ей навстречу уверенным шагом. Настолько уверенным, что в первую секунду Соня попятилась! Казалось, Марина сейчас подойдет и ударит, плюнет в лицо. Или, того хуже! Расплачется. Но она прошла мимо. Даже не взглянув в её сторону. Лишь уголок накрашенного рта чуть дернулся, в момент, когда они поравнялись.

Соня невольно вспомнила её слащавое: «Привет, Сонечка». Которое прежде так сильно её раздражало. И навязчивый запах корицы, что намертво въелся в одежду. Захотелось окликнуть. Хорошо, что сдержалась.

Не меняя ритма, Марина преодолела оставшиеся ступени. И вдруг застыла у двери. Лишь на секунду! Возможно, её посетила мысль обернуться? Наградить на прощание обидчицу: обозвать, проклянуть, посмеяться в лицо. Но она просто вышла на улицу.

А Соня так и осталась стоять со смартфоном в руках. Над перилами возникло виноватое лицо теть Лены. Череда личных драм рикошетом прошлась и по ней.

— Сонь, я честно забыла, что ты придешь. Форс-мажор! — принялась извиняться она.

— Да ладно, — Соня махнула рукой.

Ну, кто виноват, что Марина продолжала ходить в их салон? Продолжала здороваться с мамой. Но только не с ней!

Она заглянула в подсобку и ахнула. Вместо оговоренного в «устном соглашении» пакета с верхней одеждой, на полу стояла дорожная сумка.

— Это все мне? — уточнила она, опасливо взвешивая в руке посылку «с того света».

— Там еще кое-что из еды, — объяснила теть Лена. Она отмахнулась, мол «я ни при чем».

«Вскрытие» чемодана обнаружило партию шоколадных конфет, овсяные хлопья и яблоки. Кроме провизии внутри были теплые вещи, кое-что из косметики и… конвертик с деньгами. Словно мама благословляла её на побег! «Купи билет куда подальше, оденься теплее и не забудь поесть».

— Теть Лен, отдайте лично в руки, — попросила Соня, с серьезным видом.

— Непременно! — деловито кивнула теть Лена, беря из её рук конверт.

Теперь, в дополнение к банкнотам, внутри него лежала записка:

«С прошедшим днем ангела, мам!».

В тот день она испекла для Никиты шарлотку. Пирог пригорел и прилип черным дном к круглой форме для выпечки.

— Ты со мной язву заработаешь, — вздохнула Соня.

Никита надрезал уцелевшую часть, извлек лопаткой влажную сердцевину.

— В первый раз не получилось, получится во второй, — подбодрил он её.

— Сомневаюсь, — ответила Соня, соскребая остатки теста.

Готовка была не её «коньком». Хотя, и уборка тоже! А скудной стипендии с трудом хватало на колготки. В перспективе было еще три года учебы. Но Никита и не думал «роптать на судьбу». Наоборот! Он без конца говорил, как ему повезло.

— На вкус очень даже! — одобрил он. — А знаешь, чего не хватает?

— Чего? — с набитым ртом проговорила Соня.

— Корицы, — он подмигнул.

Кусок пирога угодил в пищевод недожеванным.

— Терпеть не могу корицу! — раздраженно сказала она.

— А я и не знал, — удивился Никита.

— Я и сама только недавно узнала, — загадочно бросила Соня.

Она помыла посуду, Никита включил телевизор. Затем они, как настоящие