Барабаны осени - Диана Гэблдон

— Нет, — сказала я довольно громко и схватила Иэна под руку, даже не ради поддержки, а чтобы убедиться, что он живой и теплый. — Конечно, нет.

Кожа мальчика была липкой от пота, но ощущение мышц под ладонью успокаивало. А почти невидимая фигура напоминала о Джейми. Иэн вымахал едва ли не с него ростом, да и в силе прибавил, хотя по-прежнему оставался тощим и нескладным, как любой подросток.

Мы с благодарностью шагнули в крошечный островок света от факела в руке Фергуса. Огонь плясал, и колеса фургона отбрасывали причудливые тени-паутины. На дороге было точно так же душно, как и на кладбище, но дышалось почему-то легче, свободнее. Больше не нависали давящие деревья.

Дункан, как ни странно, еще не заснул. Он ссутулился на козлах, втянув голову в плечи, словно сонный филин, и мурлыкал себе под нос, пока не увидел нас. Долгое ожидание, наверное, слегка привело его в чувство, он достаточно уверенно соскользнул с места и направился помогать Джейми.

Я подавила зевок. Поскорее бы уже разделаться с нашим печальным долгом и отдохнуть, даже на постели из горы листьев…

— Ifrinn an Diabhuil! A Dhia, thoir cobhair![3]

— Sacrée Vierge![4]

Я вскинула голову. Испуганные лошади ржали и рвались из упряжи, от чего фургон дергался и раскачивался.

— Гав! — высказался рядом со мной Ролло.

— Господи! — выдохнул Иэн, таращась на фургон. — Господи Иисусе!

Я завизжала. Из фургона показалась бледная фигура. Больше я ничего не успела увидеть — все завертелось.

Ролло бросился вперед с рычанием, вторившим крикам Иэна и Джейми и жуткому вою призрака. У меня за спиной послышались ругательства на французском — Фергус рванул обратно на кладбище, в темноте спотыкаясь и врезаясь в надгробия.

Джейми выронил факел — огонь замигал и зашипел на пыльной дороге. Рухнув на колени, я подхватила его и принялась отчаянно раздувать пламя.

Крики и рычание стали громче, а когда я поднялась с факелом в руке, то увидела, как Иэн пытается оттащить Ролло от смутных фигур, которые катались по земле в облаке пыли.

— Arrêtes, espèce de cochon![5] — выскочил из темноты Фергус, угрожающе взмахивая лопатой.

Поняв, что никто не обратил на него внимания, он шагнул вперед и двинул лопатой по голове пришельца с глухим «бам!», а потом развернулся к Иэну с Ролло.

— И ты угомонись, — пригрозил псу Фергус. — Сейчас же умолкни, поганая тварь, или я мозги тебе вышибу!

Ролло заворчал, оскалив огромные зубы, что, на мой взгляд, переводилось, как «а еще чего?». Однако его удержал Иэн: что было силы обхватил пса за шею руками.

— Откуда он взялся? — Мальчишка вытянул шею, пытаясь рассмотреть упавшее тело и одновременно не выпустить Ролло.

— Из ада, — буркнул Фергус. — Сейчас я его отправлю обратно.

От пережитого потрясения и напряжения он весь дрожал. Крюк тускло блеснул, когда Фергус смахнул им с лица прядь густых черных волос.

— Не из ада, а с казни. Ты что, не узнал?

Джейми медленно поднялся, оттряхивая штаны.

— Где Дункан? — огляделся он, вытирая лицо платком.

— Здесь, Макдью, — послышался мрачный голос со стороны упряжки. — Лошадям и так Гэвин не нравится, а тут они совсем расстроились. Правда, — признал Дункан, — я и сам струхнул малость. — Он недовольно уставился на человека в пыли и крепко похлопал по шее норовистую лошадку. — Эй, это просто какой-то недоумок, угомонись, хорошая моя.

Вручив факел Иэну, я опустилась на колени и осмотрела незнакомца. Досталось ему несильно, он уже шевелился. Джейми прав: нашим гостем оказался тот самый беглец. Молодой мужчина, лет тридцати, хорошо сложенный и сильный. Светлые волосы свалялись от грязи и пота. А еще от него несло тюрьмой и страхом. Неудивительно.

Я поддержала его под локоть, помогла сесть. Беглец заворчал, держась за голову.

— Как вы?

— Благодарствую, мэм, бывало и получше, — заговорил он с легким ирландским акцентом. Голос у него оказался мягкий, глубокий.

Ролло, слегка скалясь, сунул нос под мышку мужчине, а потом отдернул голову и шумно чихнул. Раздались тихие смешки, и напряжение мгновенно спало.

— Ты как долго там просидел? — требовательно спросил Дункан.

— Да с полудня. — Беглец поднялся на колени, покачиваясь после удара лопатой. Он снова коснулся головы и поморщился. — Ох, господи… Заполз туда, как только французик погрузил беднягу Гэвина.

— А до этого вы где были? — спросил Иэн.

— Под виселицей прятался. Думал, туда-то они уж точно не заглянут. — Глаза его в свете факела были светло-зелеными, как вода на отмели. Взгляд заметался от лица к лицу и наконец остановился на Джейми. — Стивен Боннет. К вашим услугам, сэр.

Руку для приветствия он не протянул. Как и Джейми.

— Мистер Боннет, — кивнул тот в ответ, сохраняя на лице спокойствие.

Не знаю, как он умудрялся смотреться так внушительно, будучи одет лишь в пару влажных грязных штанов.

Таких, как Боннет, деревенские жители называли ладно сбитыми, с грубым, по-своему красивым лицом. Ростом он был немного ниже Джейми, но стоял расслабленно, слегка сжимая кулаки. Драться умеет — судя по немного искривленному носу и шрамику в углу рта. Впрочем, эти изъяны нисколько не умаляли его животной притягательности. Женщины на таких падки. Однако далеко не все, поправила себя я, когда он бросил на меня задумчивый взгляд.

— За какую провинность вас приговорили к смерти, мистер Боннет? — спросил Джейми.

Он тоже выглядел спокойным, хотя напряженно следил за собеседником — точно как сам Боннет. Словно два пса, прижав уши, оценивают, когда броситься в бой.

— Контрабанда, — кратко ответил Боннет.

Джейми молча наклонил голову.

— И пиратство. — На лице дернулась мышца — это Боннет пытался улыбнуться или невольно выдал страх?

— А совершая преступления, вы, часом, не убивали?

«Хорошенько подумай, — говорили глаза Джейми, — а потом подумай еще раз».

— Только тех, кто первым хотел убить меня. — Слова прозвучали легко, почти беспечно. А вот рука Боннета, напротив, сжалась в кулак.

Меня осенило: Боннет сейчас будто вновь предстал перед судом. Он ведь не знает, что мы точно так же не желаем иметь дело с солдатами.

Джейми еще раз присмотрелся к чужаку, а потом кивнул и отступил на полшага назад.

— Что ж, идите, — тихо сказал он. — Мы не станем мешать.

Боннет шумно выдохнул. Сильное тело расслабилось, а плечи под дешевой льняной рубахой опустились.

— Благодарю, — отозвался он, затем провел ладонью по лицу и снова вздохнул. Взгляд метнулся от меня к Фергусу, потом к Дункану. — Может, вы мне подсобите?

Дункан, успокоившийся после слов Джейми, удивленно заворчал:

— Подсобить? Тебе, вору?

Боннет повернулся к нему. Железный ошейник создавал странное впечатление — будто голова парила отдельно