Жена Джалала. Вернуть свое - Злата Романова

Она долго убеждала меня в своей правоте и в конце концов я с ней согласилась, и вот теперь, видимо Элиза решила, что я могу в страхе реально попытаться сбежать перед самой свадьбой, вот и напоминает о том разговоре.

– Тебе не нужно беспокоиться и сторожить меня, Элиза, – пожимаю ее руку, лежащую на моем плече. – Завтра я выйду замуж и постараюсь сделать так, чтобы мой муж был всегда доволен мною. Я уже поняла, что бегством только наврежу себе еще больше.

– Надеюсь, что так, – вздыхает мачеха, очевидно не до конца веря мне. – Ладно, ложись тогда спать. Завтра трудный день, тебе понадобятся все силы.

Мы желаем друг другу спокойной ночи и она уходит, а я еще долго лежу без сна, снедаемая тревогой за себя. К счастью, я больше не видела своего жениха, как и других членов его семьи, но совсем скоро Джалал станет моим мужем и тогда никто не сможет защитить меня от него. Я все еще мечтаю о том, чтобы уснуть сегодня и больше не проснуться. Не посмею сама с собой что-то сделать, но, если бы мой смертный час наступил в эту ночь, я совсем не возражала бы против этого. Лучше уж умереть, чем быть женой жестокого чудовища. Как же я его ненавижу! До конца жизни буду молиться, чтобы он получил сполна за все, что собирается сделать со мной. Потому что в то, что он проявит доброту и будет ласковым я не верю. Такие эгоистичные монстры неспособны думать о ком-то, кроме себя. А этот, похоже, получает настоящее удовольствие от страха и боли своей женщины.

Глава 6

Следующее утро начинается для меня со звона тарелок. Это Элиза принесла завтрак в постель. Я настолько тронута ее заботой, что едва сдерживаю эмоции. В этом доме еду в комнату приносят только если человек настолько болен, что не может стоять на ногах. В моей жизни такая болезнь, как и завтрак в постель, случались лишь два раза, да и те в детстве.

К сожалению, я настолько сильно переживаю, что мне кусок в горло не лезет. Мачеха, кажется, понимает мое состояние и не настаивает. Совсем скоро приезжает команда стилистов, которая красит и причесывает меня, наводя красоту. Потом Элиза помогает облачиться в классическое свадебное платье с пышной юбкой и длинными рукавами. На голову мне вместо платка надевают довольно плотную вуаль, закрывающую волосы, но смотрится она потрясающе.

– Ты такая красивая! – восхищенно говорит Элиза, когда я полностью готова.

И я с ней согласна, потому что картина в зеркале мне нравится. Я выгляжу сегодня лучше, чем когда-либо в своей жизни. И если бы моим женихом не был монстр, которого я боюсь, то я насладилась бы днем своей свадьбы, своим образом невесты, шикарным бриллиантовым гарнитуром, который подарил мне папа, и даже его мимолетным пожатием моей ладони.

К сожалению, все мои силы уходят на то, чтобы держать лицо. Я отвечаю согласием на брак во время никяха (прим. автора: никях – это обряд заключения брака у мусульман, как, например, венчание у католиков и т.п.). Заставляю себя скромно улыбаться многочисленным родственникам. А потом стараюсь не паниковать, когда приехав в ресторан, понимаю, что семья Тагировых не так консервативна, как наша, потому что мужчины и женщины празднуют вместе, в одном зале, а я сама усажена за стол рядом со своим мужем, рядом с которым мне кусок в горло не лезет. Я даже взгляд боюсь на него скосить, вижу лишь боковым зрением мощную руку, затянутую в темный пиджак.

– Ты выглядишь так, словно сейчас свалишься в обморок, – тихо говорит мне Джалал и от звука его голоса по моему телу проходит холодная дрожь. – Расслабься, рыжуля.

Легко ему говорить! Как я могу расслабиться, когда не могу перестать думать о предстоящей нам брачной ночи?! Он-то мужчина, ему бояться нечего.

– Кстати, прекрасно выглядишь, женушка. Я хочу сам снять с тебя это платье, так что дождись меня ночью и не раздевайся, пока я не приду, поняла? И прикрой лицо. Хочу, чтобы мой подарочек был полностью запакован.

Я молчу, не в силах заставить свой язык двигаться, чтобы хоть что-нибудь на это ответить, но он, кажется, и не нуждается в ответе. Отдал приказ и ждет, что его выполнят. С каждой минутой, проведенной вместе, я презираю этого человека все больше, хотя это, казалось бы, невозможно, ведь я и так о нем самого плохого мнения.

– Аза, пойдем со мной, – неожиданно возникает рядом его мачеха Раиса вместе со своей дочерью, имени которой я не запомнила. Слишком много родни мне сегодня представили, это займет какое-то время, пока я пойму кто есть кто.

– Зачем? – хватает меня за предплечье, когда я пытаюсь встать, Джалал, прожигая кожу своим прикосновением даже сквозь рукав платья.

– Веди себя прилично, здесь же люди! – шипит на него Раиса. – Отпусти ее. Гости хотят пообщаться с невестой.

– Не слишком утомляй ее, даю вам час, – надменно говорит мой муж и я ежусь от неловкости за его хамское поведение.

Иду вслед за Раисой, которая смотрит на меня еще прохладнее, если это возможно, с тех пор, как моим женихом стал внезапно Джалал, в не ее сын, и весь следующий час она мучает меня, водя от одного стола с важными гостями к другому, как будто хвастается новой игрушкой. Но я готова хоть всю ночь праздновать таким образом свою свадьбу, лишь бы не покидать ресторан и не уединяться в спальне со своим мужем. Который, кстати, куда-то исчез из зала, против чего я совсем не возражаю.

– Аза, пора ехать домой, – подходит ко мне одна из старших сестер Джалала в девятом часу вечера.

В моей голове нарастает паника и вспыхивают мысли о всевозможных путях отступления, но я позволяю усадить себя в машину, которая отвозит нас в их огромный дом, который лучше назвать усадьбой или поместьем. Позволяю проводить себя в спальню, где меня оставляют одну, ждать исполнения тяжкого приговора. И вместо того, чтобы бороться, просто жду своей участи. Потому что выбора уже нет. Сделанного не воротишь. Но от понимания этого, к сожалению, легче не становится.

* * *

Я