Никто кроме тебя - Анна Россиус

После недолгой паузы Йен недоуменно спросил:

– А сам-то ты что там делал? Почему сразу домой не поехал?

– Захотелось в озере поплавать.

– Торнтон, получается, за тобой следил?

– Получается. Я подъехал к Хайленд Мэнору и еще минут пятнадцать в машине посидел. С выключенными фарами. То есть, он не ожидал там никого встретить.

– Увидел тебя и все равно полез?

Джордан развернул экран смартфона к кровати, таким образом, чтобы Йен смог увидеть Оливию.

– Он меня отвлек. С ним была девушка, вся израненная, в бессознательном состоянии. Он бросил ее и сделал вид, что уехал, а сам полез. Мы подрались, разворотили там всё.

– Ничего себе! Она что, у нас в Ущелье?!

– Я же не мог к Ураганному Хребту службу спасения вызвать! И оставлять ее в пустом холодном доме до утра было жалко.

– Надо там всё осмотреть. Не стал бы Торнтон искать наугад, что-то важное для них там есть точно. Могу заехать сейчас, посмотреть.

– Ты мне больше нужен здесь, как врач. Что делать при травме грудной клетки? Если сильный ушиб…

Йена удивил этот вопрос. С самого детства, на тренировках в лесных и горных вылазках, они оба не раз оказывались на грани жизни и смерти. Чего только не бывало – и открытые переломы, и глубокие кровоточащие раны. Ушибы вообще за травмы не считались.

– Если кровь горлом не идёт, наложи тугую круговую повязку и лежи, восстанавливайся.

Джордан зажёг еще одну лампу, и поднёс смартфон ближе к лежащей девушке, немного приподняв ее левую руку.

– Смотри, на грудной клетке слева большой кровоподтёк.

– Синяк живописный, свеженький, раз еще не посинел.

– Насколько это серьезно может быть? – спросил Джордан, накрывая Лив одеялом до подбородка.

– Ну, раз не кричит – все не так плохо.

– Она без сознания, или спит – я не понял.

– Обморок – плохой симптом, – вздохнул Йен. – До этого она жаловалась на что-то?

Джордан припомнил подробности их встречи у старого поместья.

– От боли не корчилась. Дышала, правда, как-то неровно. И глаза горели.

– Либо тебе показалось, либо она одна из них.

– Не показалось. Хотя кретин говорил, что она не из Дипвуда.

– Ладно. Если не корчилась, значит, рёбра целы. Но лёгкие все равно могли пострадать. Отёк сильный?

– Ещё какой.

Йен уже не сомневался, что предстоит нелегкая ночь.

– Возможно, лёгкое повреждено. Может быть внутреннее кровотечение. В плевральной полости скапливается кровь, и получается вот такая вот «подушка».

– Без рентгена это можно диагностировать?

– Не точно, но можно. Как и при любой кровопотере – падает давление, увеличивается ЧСС, кожа сереет. Сердце и магистральные сосуды скорее всего не повреждены – умерла бы уже.

– Не отключайся пока.

Джордан окинул взглядом и впрямь слишком бледную девушку. Прижал ладонь к ее левому боку и на минуту замер, прислушиваясь к ощущениям. Затем включил секундомер и нащупал на ее запястье пульс. Через тридцать секунд провёл в уме нехитрые вычисления и облегченно проговорил в трубку:

– Давление не на много ниже нормы. Сердце работает нормально.

– А перед самым обмороком что было?

Джордан помолчал, решая, стоит ли рассказывать своему миролюбивому другу о содеянном.

– Она немного понервничала, – уклончиво ответил он.

– Только не говори, что ты не сдержался и…

– Сдержался, и это тема для отдельного разговора.

– Это что-то новое!

– Не то слово! Но об этом потом. В общем, она не хотела говорить, зачем её Торнтон сюда привёз, и пришлось ее напугать. Теперь думаю, эта гематома – не моих ли рук дело?

В мельчайших подробностях Джордан рассказал о случившемся от начала до конца.

– Ну, ты по времени прикинь. Такой багровый цвет появляется после травмы не сразу.

Джордан это понимал не хуже Йена, но, тем не менее, чувство вины не давало ему покоя. Какую же боль ей пришлось вытерпеть из-за него?

– Что, если в лёгком и правда кровотечение?

– Будем дренировать.

– Не опасно такое делать в нестерильных условиях?

– Опасно, но стерильной операционной поблизости-то нет. Ладно, может, всё не так плохо. Я уже подъезжаю. Следи, чтобы не было остановки дыхания. Приложи лёд, отёк уменьшится. И дай ей обезболивающее посильнее, пусть спокойно поспит.

– Я и без лекарств могу убрать ее боль.

– Лучше тебе ее вообще не трогать без особой надобности до моего приезда. А то, мало ли, не удержишься, и это плохо закончится. Внутривенно промедол – надёжнее и безопасно.

– Ты можешь позвонить сестрёнке? Пусть принесет что-нибудь из одежды.

– Попробую, – усмехнулся Йен. – Её сейчас дома-то сложно застать – пропадает с каким-то пареньком. Первая любовь, похоже.

– Если Тея всё-таки дома, передай ей мою просьбу.

– Я у тоннеля, сам скоро буду, – проговорил Йен и отсоединился.

Убедившись в том, что Оливия нормально дышит, Джордан спустился на первый этаж и отыскал в домашней аптечке нужный препарат. Затем набрал еще один номер.

На пороге гостиной незамедлительно появился один из близнецов Холлов, кузенов Джордана. Кто это, Остин или Коннор, в темноте было не различить.

– На главной дороге сегодня произошла авария. Найдете в овраге разбитую машину. Нужно вернуть её в Дипвуд, адрес я скажу позже.

– Сделаем, – без лишних вопросов кивнул парень и исчез в ночной темноте за дверью.

– И пусть кто-нибудь осмотрит библиотеку в старом поместье, – ему вдогонку крикнул Джордан. – Всё, что покажется необычным, нести мне.

В морозильной камере нашлись пакеты со льдом. Джордан обернул один кухонным полотенцем и, прихватив аптечку, отправился обратно в спальню.

* * *

Минуты текли невыносимо медленно, превращаясь в часы. За окном по-прежнему стояла кромешная тьма, и внутри кабинета стоял полумрак – единственным источником света служила небольшая лампа в левом углу широкого письменного стола, распространявшая вокруг тусклый красноватый свет. Будучи не в силах сосредоточиться на работе, Джордан вот уже несколько минут смотрел невидящим взглядом на экран включенного напрасно компьютера, монотонно постукивая длинными пальцами по кожаной папке с проектом, и взвешивал возможные риски и последствия того, что собирался сделать.

Решение оставить Оливию в деревне было, на первый взгляд, логичным и простым.

Он не сомневался, что поступит именно так, до тех самых пор, пока не явились Йен и Тея. К величайшему разочарованию Джордана, который сперва решил, что Оливия не из местных,