Любовь с приданным - Наталья Мальцева

— Да и пошёл он. Правильно тогда мне мама с папой говорили, тороплюсь, что подумать надо, а я ж люблю и всё, быстренько заявление в ЗАГС и теперь мучаюсь. Только недавно поняла, что ему от меня нужна прописка и часть квартиры, но тут его ждал облом. Ты же Люб знаешь, как нам квартиры родители покупают?

— Точно нет, но вроде как дарственную пишут на вас с правом прописывать в неё только своих детей, мужей и жён пока вы с ними не проживёте более десяти лет, нельзя.

— Вот, вот, он когда узнал, такую истерику закатил, я и с родителями уже поговорила, и они сказали решать мне. После того как вернусь, подам на развод, ну его. Работать не хочет, за эти два года только вылетает со всех мест, и постоянно у него все виноватые, один он золото.

— Правильно, тебе сейчас будет о ком заботиться, зачем ещё его на себе тянуть, — сказала Галя.

— Дашуня, я правильно поняла, ты у нас беременна? — спросила девочек я.

— Да, ему не говорю, разведусь и ребёнка на себя запишу. Чтоб он потом не мог предъявить ничего ребёнку, у него ума хватит потребовать.

— Тут я тебе ничего не могу сказать, но ты у нас девочка не глупая, и своего благоверного знаешь лучше меня, — сказала я, — лишь бы он не озверел и руки не распустил.

— Он слишком боится нашу семью, он знает я молчать не буду, и уже он узнает, как себя чувствует жертва домашнего насилия, — усмехнулась она.

— Это да, тут любой испугается, — засмеялись мы со старшими.

Говорили долго, у тети Анфисы детей было четверо, у всех крепкий и счастливый брак, и куча детей и со всеми я в очень хороших отношениях, хоть младше их всех и на много, но всё равно, при встрече у нас много общих тем для разговора, да и вообще наверное можно назвать их моей семьёй.

— Ну так мы то услышим, где ты пропала? — вот же, думала забыли эту тему. Младшие вон на диване уже сопят, с нами только Снежа и Даша остались.

— Девочки, скажу вы же всё равно, не поверите, скорее в дурку быстренько сдадите. Честно, сама бы себя туда определила, но я знаю где я была, и это пугает.

— Ой, навела тень на плетень, — засмеялась Ларка, — на Марс что ли летала?

— Нууу, нет то был не Марс, что за мир не знаю, но точно другой это был мирок, точно не земля, — вздохнула я.

И рассказала и про перенос, и про мои истерики и переживания. И про встречу с богом.

— Люб, знаешь не поверила бы, но твоя кислая мося, о многом говорит. Звучит конечно бредово, но видимо тебя кто-то разыграл, и узнаем кто, выдергаем ноги, шутнику этому, — сказала Галя.

— Галя права, мы тебя очень хорошо знаем, ты не умеешь врать, и даже если молчишь, то думаешь ты очень громко, — улыбнулась Лара.

— Громко, это как? — спросила её.

— У тебя по лицу всё можно прочитать, — засмеялись девчонки, — и сейчас мы видим, что ты не врёшь, видно тот, кто это устроил, не плохо всё поставил.

— Люба, а меня вот что интересует, — сказала Снежа, эта видно сразу поверила в моё перемещение между мирами, именно она нас с тёть Анфисой подсадила на фэнтези.

— Что Снеж? — спросила я.

— А этот бог, ты сказала, что при надобности он разрешил его позвать, — начала она.

— Да, говорил. Но я поняла, что это когда я буду в его мире, — согласно кивнула я.

— Но он не говорил в каком именно мире можно?

— Нет, знаешь нет, я просто так решила сама.

— Так давай позови, если появится значит это не шутка и тебе стоит готовиться к возвращению туда, если не придёт, значит мы будем искать того юмориста, точнее взрослые, и он узнает, что бывает за такие шутки, — пожала она плечами, мы все смотрели на неё в шоке.

— А я не знаю как, — растерянно сказала я, — этот божок так и не сказал своего имени, или я не помню его.

Теперь уже все смотрели в таком же шоке на меня.

А я представила этого обманщика, и так захотелось ему сейчас много интересного и познавательного сказать.

И тут он появился, прям по серединке моей летней.

— Ээээ, — только и могла сказать я, в шоке его обозревая.

— Любовь!!! Что происходит? Почему меня притянуло на ваш зов, но я не слышал и слова, только сильный посыл, — воскликнул он, я хихикнула, не ну тут он прав, посыл был, и не слабый такой я вам скажу.

— Да вот вспомнила, что имени вы мне так и не сказали своего, — улыбнулась я ему.

— Барисуарийвайминориониамо…

И он ещё добавил несколько зубодробительных фраз.

— Вы что не любимый ребёнок? За что ж вас мама так наказала? — смотрю в шоке на него.

— Наоборот, меня назвали в честь деда, папиного отца. И сразу предотвращу ваш вопрос, его очень любили, — смеялся этот с нечитаемым именем.

— Видно позвать вас я просто не смогу, ваше имя я просто не запомню, — махнула я рукой.

— Я даю вам своё согласие на второе своё имя, Борисуариус.

— Надо записать, точно забуду.

— Люба, я понимаю вы растерянны, но пожалейте своих подруг, если вот эти трое ещё держаться, то вот эта уже без сознания, — показал он на Галю.

— Вы что сделали? — заорала я на него.

— Тут я бессилен, у вас в мире очень слабый божественный энергетический след, я приглушил как мог, но всё равно полностью заглушить не могу. Вы снова меня удивили, вы не чувствуете моей силы, ваши подруги, хоть и чувствуют, но всё равно могут переносить мою силу, а эта слабая. Она очнётся, когда я исчезну.

— Понятно, но у меня к вам дело есть, давайте выйдет на улицу.

Мы вышли.

— Что случилось? — спросил он

— Скажите, раз у вас такая сила, вы могли бы поставить на нас, а точнее на Снежану, какую-нибудь защиту, девочку попала в беду.

— Я понял о чём вы говорите, их в отличие от вас, я читать могу, и видел у девочки этих гнусов. Я на людей ставить не могу, могу навредить, но на ваш дом я поставлю защиту. И