Самое тихое желание - Александра Питкевич

— Что ты попросил? И разве еще не рано загадывать желания? — прижав метлу покрепче, я другой рукой ухватила мужчину под локоть. Путь домой представлялся мне бесконечно длинным, а сил почти не осталось. Тем более, когда в ботинках так задорно хлюпал растаявший снег.

— Желание никогда не рано загадывать, Ило. И раз уж мы все сделали, я приглашаю тебя в гости. На какао.

— Прости, но я искренне хочу попасть только в горячую ванну и затем под одеяло…

— Да, но твой дом на другой стороне города, а у меня есть прекрасная лавандовая пена. И она переливается, как радуга, — вкрадчиво, явно искушая, пропел алхимик, нагнувшись к моему уху.

— Мне кажется, или ты пытаешься меня затянуть к себе в постель? — вскинув бровь, неуверенно уточнила я.

— Ну, уж нет. Сегодня я предпочитаю спать, а не чихать до самого рассвета. Да и за кого ты меня принимаешь? Я приличный мужчина, и не поддамся на чары ведьмы, — с напускным возмущением прижав руку в груди, воскликнул алхимик. Затем его выражение лица сменилось на задумчивое. — Хотя, мне кажется, я уже проиграл в этой битве.

Мое хихиканье вырвалось из груди вместе с кашлем, заставив Сольдеса стать серьезным.

— Вот именно об этом я и говорю. Не хватало тебе Лешучую мокроступку подхватить накануне праздников. Решено, ты идешь ко мне и купаешься в лечебной ванне с пеной.

— С радугами?

— И с какао, — решительно кивнул Сольдес, вытягивая меня из леса на дорогу.

Глава 4

В дом мы буквально ввалились, последние метры держась за древко метлы, как за поручень в метро. Ноги гудели после прогулки по глубокому снегу, а тело дрожало от холода. Мне казалось, что я успела промокнуть насквозь, пока мы добирались до дерева, а потом заледенела коркой, когда все встало на свои места. Даже радость оттого, что Духи Грядущего Года сумели найти дорогу в наш мир, не могла согреть на протяжении всего долгого пути домой.

— Снимай обувь и куртку, все кидай сюда, потом разберемся, — захлопывая дверь, Сольдес практически уронил меня в кресло, сам метнувшись на второй этаж.

В холле было тепло, чувствовался запах камина, но от этого меня, кажется, начало трясти еще сильнее. Холод словно проник до костей и теперь никак не желал покидать тело.

— Ты еще не разулась? — с удивлением покачал головой Сольдес, стремительно спускаясь по лестнице.

— Я почти, — вяло отозвалась, не делая, впрочем, ни единой попытки разобраться с обувью.

— Я заметил, — шмыгнув носом, алхимик присел рядом, ухватив меня за лодыжку. — Но раз у тебя процесс движется так медленно, позволь мне помочь.

— Тебе потом придется мыть полы, — несколько флегматично заметила я, проследив за мокрыми следами, ведущими вверх по лестнице. Собственные ботинки алхимик все еще не снял.

— Этого я не слишком сильно боюсь, — мужчина улыбнулся, стягивая с меня правый ботинок, промокший насквозь. Темные брови сошлись в напускном беспокойстве, но блеск в глазах ему спрятать не удалось. — Больше меня тревожит, что если ты не поторопишься, то прекрасная ванна с пузырями и пеной перельется через край, и тогда мы будем купаться уже вместе. Но в холле и в одежде.

Я невольно хихикнула, представив себе эту картину.

— О нет, этого допустить нельзя ни в коем случае! Помоги мне подняться.

Было неловко от того, что мои мокрые ноги оставляли следы на паркете, но сейчас поделать ничего я не могла. Прежде чем заняться чем-то другим, тем же наведением порядка, нужно было согреться самой.

— Я тебя провожу, — откидывая в сторону собственную куртку, кивнул Сольдес.

Посмотрев на мужчину, на его прилипшие волосы и красный нос, я покачала головой.

— Не стоит. Позаботься о себе, чтобы я не волновалась еще и об этом.

Несколько мгновений глядя на меня с сомнением, алхимик все же кивнул.

— Ладно. Наверх, третья дверь…

— Налево. Я помню, — закатив глаза, перебила излишние указания.

— Это радует, — со странным выражением лица признался Сольдес, и я почувствовала себя немного виноватой. Все же, с ситуацией нужно будет что-то делать. Но не сейчас.

— Прости, — тихо выдохнула я, просто чтобы что-то сказать, но мужчина только покачал головой.

— Какой смысл в этих словах, если ты сама не знаешь, в чем именно виновна. Бегом в ванную! — выражение лица сменилось так быстро, что я и моргнуть не успела. Мне вдруг показалось, что еще немного, я получу шлепок пониже спины, если на самом деле не потороплюсь!

— Все-все, я уже ушла, — то ли хихикая, то ли чихая, я вскинула руки в защитном жесте, отходя к лестнице.

— Иди. Дверь не запирай, я принесу тебе какао, после того как приму душ и переоденусь. Ты ведь все еще пьешь его, сидя среди пузырей? — я замерла на первой ступеньке, так и не шагнув дальше. Вопрос оказался неожиданным, потому что…

— Я не знаю…

Это было ужасно странное чувство, не иметь ответа на такой вопрос, но я правда не знала.

— Когда ты была маленькой, когда жила летом в Бриминголе, то и дело проваливалась в лужи или попадала под дождь. А после Луиза набирала тебе большую горячую ванну с пеной и приносила какао. Чтобы ты могла согреться изнутри. Иди. Даже если ты не помнишь, то я помню все твои россказни, Иланда. И проделки тоже.

— Но это так странно, не помнить ничего.

— Боюсь, тебе будет еще более странно, когда ты вспомнишь. Чхи! Проклятая аллергия…

**

Пена добралась до середины ванны. Переливчатые, радужные пузыри пахли лавандой и чем-то свежим, вынуждая меня торопиться, скидывая мокрую, холодную одежду. Большое круглое витражное окно, неяркий свет золотистых ламп и аромат… Я поняла, что это было верным решением, добираться сюда, а не домой. Пока кот присматривает за лавкой, не было ни малейшей причины торопиться и в таком состоянии лететь над всем городом.

Теплая плитка согревала босые ноги. Оглянувшись и убедившись, что дверь прикрыта, я быстро шмыгнула к ванной, осторожно забираясь в воду. В первый миг перехватило дыхание. Вода показалась кипятком для замерзших конечностей. Подождав мгновение, я осторожно села, окунувшись в пену по грудь. Пузыри потрескивали и лопались, щекоча кожу, помогая немного расслабить зажатые мышцы.

Тепло медленно проникало под кожу, вытесняя холод. Усталость накатывала с такой силой, что было не просто поднять руку даже для того, чтобы закрыть воду. Кажется, я задремала,