Когда растает льдинка - Дарья Федотова

Он согрелся первым, а я никак не могла унять дрожь. Тогда он развернул меня боком, закинул мои ноги на себя, прижал к груди еще сильнее (если это вообще было возможно), и плотно подоткнул одеяло. Я положила голову ему на плечо, закрыла глаза и наслаждалась теплом его тела.

— Ты меня до смерти напугала, — он поцеловал меня в макушку и стал растирать спину.

— Почему ты сказал, что это твоя вина?

— Вы пошли той дорогой из-за меня, — он замолчал, нервно сглатывая. Наверное, он тоже слишком долго молчал. — Мы поспорили с Алиной, что длинной дорогой я дойду быстрее, чем вы короткой. Если бы не дурацкие игры, вас бы там вообще не было.

— Антон, ты же не виноват, что все так сложилось!

— И ты тоже. Вика, ты не просто потеряла подругу. Это все произошло у тебя на глазах, когда ты была еще совсем маленькой. Вот я и решил, что должен присматривать за тобой.

Его слова расстроили, но я решила, что сейчас самое время, чтобы все выяснить.

— Ты был со мной только из-за чувства долга?

— Нет, конечно. Ну почему ты все время думаешь самое худшее? Ты для меня стала самым близким человеком, сама это прекрасно понимаешь. Между прочим, ты единственная была со мной в больнице.

Тишина обнимала нас. Нарушали ее тихое жужжание мотора и звуки работающей печки.

— А потом я влюбился в тебя.

В этот раз лицо так замерзло, что щеки просто не смогли покраснеть. Мне было страшно смотреть ему в глаза. Я замерла и спросила первое, что пришло в голову.

— Давно?

— Пару лет назад.

— Ты же тогда со Златой познакомился?

— Пытался найти замену. У тебя начались экзамены, ты поступала на самую ненавистную специальности во всем мире. Я со своими чувствами был не к месту. И мне казалось это неправильным. Как будто я тебя использую.

— И кто еще из нас предполагает худшее, — усмехнулась я, крепче прижимаясь к нему. — С чего ты вообще это взял?

— Ты была очень уязвимой и ранимой, я не мог подступиться к тебе.

— А потом появилась Злата, — по мере рассказа события выстраивались совсем в другом порядке, нежели мне запомнились. Взгляды, касания, прогулки, вечерние посиделки — все это оказалось намного большим, чем простая дружба.

— Да. Мы стали реже встречаться, и я думал, что меня отпустило. Но каждый раз, когда видел тебя — накрывало так, что мозги в кашу превращались. А тебе было не до меня.

— Почему ты тогда познакомил меня с Тимом?

— Ты отдалилась. Я не мог быть рядом с тобой, но при этом хотел, чтобы ты не чувствовала себя одиноко. А когда увидел вас вместе… мне крышу снесло. И мне показалось, что ты на меня по-другому стала смотреть. Я все пытался проверить это, но каждый раз мы ссорились.

Он наклонился и нежно поцеловал меня в висок.

— Пожалуйста, скажи, что мне не показалось.

Я подняла голову, и поймала его дыхание, а затем и губы. Нежные, вкусные, родные. Внутри все переворачивалось сотни раз, и я не хотела останавливаться. Тело само придвигалось ближе к Антону. Я летала, парила, растворялась. Тим был прав. Поцелуи не врут.

— Не хочу без тебя, — прошептала я, как только оторвалась. — Ты мне так нужен, но…

— Нет, пожалуйста, давай без «но». Давай просто будем вместе, — он уткнулся носом мне в шею, щекоча дыханием.

— Но как же Злата?

— Мы расстались.

Я вынырнула из-под одеяла, позабыв о холоде, и уставилась на него огромными глазами.

— Она тоже все видела в ресторане, — Антон притянул меня обратно к себе.

— И как ты?

— Теперь лучше.

— А она?

— Истерику закатила.

— Имела полное право, — я крепче прижалась к Антону, представляя, какая ужасная должно быть выдалась ссора.

— Согласен. Но вчера мы поговорили, и вроде все хорошо. В последнее время мы постоянно цапались, оба вымотались. В общем, все к лучшему. Она летом уедет, встретит кого-нибудь.

— Получается, у тебя на лето больше нет планов.

— Мой план — это еще один важный разговор с тобой.

— Нет, пожалуйста, можно без серьезных разговоров? — я передразнила его и спряталась с головой под одеяло, но он и там меня нашел.

— Вика, умоляю, не мучай себя. Чего на самом деле хотела бы Алина, так чтобы ты была счастлива.

Я тяжело вздохнула, представив, сколько всего предстоит сделать.

— Мне придется все начинать сначала!

— Зато ты будешь заниматься любимым делом. А я буду рядом. Обещаю.

Вместе с пальцами будто оттаяла душа, и я поняла, что отпустила подругу. В это же мгновение, как по волшебству, озеро преобразилось. Туман уполз, обнажая белоснежный, слегка подтаявший лед, который сверкал вплоть до другого берега. А над ним бескрайнее сине-фиолетовое небо, наполненное самыми яркими звездами.

Эпилог

14 февраля 2024 года

— Простите, пожалуйста, — извинилась девушка, чей огромный розовый шар в виде сердца ударил меня по носу.

— Ничего страшного, — отмахнулась я и села за любимый столик.

Кофейня, в которой мы сидели год назад, заметно разрослась. Владельцы выкупили соседнее помещение и второй этаж, и теперь это место стало полноценным рестораном.

— Тебя больше не раздражают сердечки? — за спиной раздался знакомый голос.

— Раздражают, конечно, но не так, как раньше.

Я развернулась и наткнулась на букет из мелких белых розочек и фиолетовых фрезий. Нежнейший аромат тут же окутал столик.

— Какие красивые!

— Но им далеко до тебя, — Антон ласково поцеловал меня в губы и сел напротив. — Ты закончила торт?

— Да, сейчас фото покажу.

Я поставила цветы в вазу, которая очень кстати осталась на столе от предыдущих посетителей, и достала телефон. В галерее сохранились десятки изображений кондитерского шедевра, над которым я трудилась несколько часов.

Курсы кондитера оказались недешевыми, но родители предложили оплатить обучение, если я закончу любое высшее образование. Так я поступила на технолога. Пришлось начинать все сначала, и мысль об этом меня постоянно терзала. Потерять два года, и в 21 остаться первокурсницей. Хорошо, что рядом был Антон. Он постоянно напоминал, что лучше потерять несколько лет, чем всю жизнь.

— Ого, это ты сама сделала?

— Угум, — кивнула я, стараясь скрыть гордость.

— И это только начало, — он щелкнул меня по носу и широко улыбнулся. Некоторые вещи не меняются. — О, смотри, кто там.

Глянув через плечо, я заметила знакомые зеленые глаза. Тим смущенно помахал нам рукой,