Виртуальный роман - Алёна Токарева

— Пусть парень пару деньков отлежится… Не возражаешь? — спросил Борис. — А я уж побуду при нём. У меня ведь есть отгулы. Позвоню на работу и скажу, что задержусь.

— Конечно, милый, — поспешно согласилась я. — Может, Ванечке что-нибудь нужно? Я могла бы приехать…

На том конце повисла лёгкая пауза.

— Ну что ты! — воскликнул мой благоверный. — Ни в коем случае! Не хватало ещё тебе в твоём положении заразиться…

Что же, вполне разумно, и не подкопаешься. Но тогда у меня не возникало желания «подкапываться» — я всё принимала за чистую монету. Борис вернулся через несколько дней весёлый, посвежевший, даже немного подзагоревший.

— Как там Ваня? — обеспокоенно спросила я. — Ему лучше?

— Что? — не сразу въехал Борис. — Ах, да… Ну, конечно… Уже почти здоров.

Я немного удивилась его реакции и тому, что при таких обстоятельствах сам он отлично выглядел.

— Ты как будто вернулся с отдыха, а не от больного ребёнка… — не удержалась я от замечания.

— Так там же воздух какой! — поспешно воскликнул мой благоверный. — Ванька больше спал, а я на участке работал…

Я удовлетворилась его объяснением и быстро переключилась на другую тему, но в подсознании осталась маленькая зарубка. Хотя в дальнейшем эти зарубки стали расти в геометрической прогрессии. Постоянно возникали то внеплановые командировки, то разные проблемы с детьми, которые без Бориса никак не могли решиться, то форс-мажор у приятелей, тоже требовавших его всенепременного участия, то ещё бог знает что.

Даже я при своём плохом самочувствии и безграничном доверии к обожаемому супругу начала улавливать эти нестыковки. Однажды, когда Борис якобы был в командировке в другом городе, мне позвонила Вера.

— Прямо не знаю, как тебе сказать… — долго мялась она. — И расстраивать не хочется в твоём положении…

— Да говори толком, в чём дело! — вскричала я. — Ты меня и так уже напугала!

— Лучше я приеду… — сказала Вера.

Я, чуя недоброе, ждала её как на иголках. Она явилась и показала мне фото на телефоне.

— Час назад видела твоего Бориса в супермаркете с эффектной блондинкой… — торжествующе проговорила подруга.

Ей как будто не давало покоя моё счастье, и она, может, сама того не осознавая, всячески старалась убедить меня, что здесь таится какой-то подвох. Хотя, в общем-то, оказалась права.

— Охота тебе шпионить! — возмутилась я, но на фото взглянула и без труда узнала рядом с Борисом его вторую жену Марину — ту, что успешная актриса.

— И что? — по инерции спросила я. — Это его бывшая, и у них общий ребёнок. Они вполне могли отправиться за покупками для Кристины.

Но даже я при всей своей наивности понимала, что это несусветная чушь. Достаточно было увидеть, как Борис обнимал Марину и какими глазами на неё смотрел.

— Вот, есть ещё, — заявила безжалостная подруга, продемонстрировав мне и другие фото. — Я их много наделала. Долго за ними шла. Эта баба часто мелькает в сериалах, не заметила?

— Ну и мелькает, — с тяжёлым сердцем согласилась я, ведь против правды не попрёшь. — Она известная актриса — что здесь такого?

— Конечно, в этом нет ничего «такого», — ехидно заметила Верун. — Только вот почему твой Боренька так её прижимает? Они ведь давно в разводе…

В тот вечер Борис застал меня в слезах, и я впервые закатила ему сцену ревности. Уж не знаю как, но дала себя уговорить. Он долго объяснял мне, что за всем этим нет ничего серьёзного.

— Конечно, Марина мне не чужая… — пытался оправдаться мой благоверный. — Но мы с ней теперь скорее родственники, которые не испытывают друг к другу ровным счётом никакого влечения…

Ничего себе родственники! Разве станут они целоваться в губы и жаться друг к другу как попугаи-неразлучники? Но мне хотелось ему верить, вот я и поверила. А скоро родился Ромка, так что жизнь круто переменилась, и стало совсем не до слежки за мужем. Первое время Борис здорово помогал — тут ничего не скажешь. И я решила, что все эти странности остались в прошлом, и теперь мы, наконец, стали образцово-показательной семьёй. Наивная! Чуть Ромка подрос — и «командировки» моего благоверного возобновились. Плюс начались подозрительные телефонные звонки, когда Борис старался побыстрее улизнуть то на кухню, то в ванную, плотно прикрыв за собой дверь, либо обещал перезвонить и убегал на улицу.

Несколько раз, когда он был в душе, я брала телефон и слушала. Разговаривали всегда женским голосом, и голоса эти были разными. Видно, не одна я воздавала должное неоспоримым достоинствам Бореньки. Находились и другие тонкие ценительницы его убойных качеств.

Последней каплей стал случай, когда Вера попросила пристроить к нам на работу свою дальнюю родственницу — юную «куклу Барби» Светочку.

— Понимаешь, Светка в этом году не поступила в универ, а оплачивать учёбу у родителей нет возможности, — объяснила моя подруга. — С работой туго. Куда её возьмут без образования? Пусть годик у нас перекантуется, а?

— Ну пусть, — согласилась я. — Нам как раз продавец нужен.

— Вот и я о том же! — обрадовалась Вера. — Цветы она любит и толк в них понимает. На дизайнера ведь пыталась поступить…

Глава 7

К тому времени мы с Веруном уже давно поняли, что на филологии далеко не уедешь, и занялись цветочным бизнесом. А он пошёл на удивление споро. Особенно когда к нам присоединился мой Борис. Так умело всё разрулил, что вскоре у нас уже было несколько цветочных магазинов, а в перспективе мы собирались расширяться и дальше. Правда, когда родился Ромка, я по понятным причинам немного отошла от дел, и теперь заправляла всем Верун при непосредственном участии Бориса. Но моего формального согласия по тем или иным вопросам они, конечно, спрашивали.

И вот явилась Светочка-божий одуванчик — этакая смазливая блондинистая дурочка с глазами на пол-лица. Мы её пристроили, обогрели и приласкали. Но однажды, когда Ромка был у моей мамы, я в неурочное время явилась из универа домой и застала эту красотку в собственной постели, кувыркающейся с моим же собственным благоверным.

— Наташка, это не то, что ты думаешь… — стал глупо оправдываться Борис, поспешно вскочив и кутаясь в простыню.

А что ещё, интересно, тут можно подумать? Господи, какая пошлость! Неужели мужики не могут изобрести что-нибудь поумнее?

— Выметайтесь!