Необузданные Желания - Джей Ти Джессинжер

Ничего не отвечаю. Уверена, что всему виной мое воображение, которое заставляет думать, что я чувствую, как он смотрит на меня. Меня и мои ноги.

Спустя мучительно долгое время Деклан тихо говорит:

— В чем-то ты была права. — Мне требуется вся сила воли, которая есть в моем распоряжении, чтобы не ответить. Когда я не отвечаю, он тяжело выдыхает. — Я не причиню тебе вреда. Даю тебе слово.

Я сопротивляюсь желанию выпрямиться на своем сиденье и закричать: «Ха!», вместо этого притворяюсь, что меня сморил сон.

Его низкий смешок — почему-то самая сексуальная вещь, которую я когда-либо слышала.

Должно быть, я провалилась в сон, потому что следующее, что помню, это как Деклан опускает меня из хватки своих сильных рук на кровать.

6

ДЕКЛАН

Как этот болтливый, самоуверенный маленький демонёнок может выглядеть таким милым и невинным, но ей это удается.

Когда я опускаю Слоан на кровать в хозяйской спальне, она сонно моргает, глядя на меня. Ее веки отяжелели. Щеки раскраснелись. Волосы рассыпались по подушке, беспорядок шелковистых темных локонов, которые я хотел бы расчесать пальцами — нет. Господи иисусе. О чем я только думаю?

Она бы откусила мне пальцы.

Пристально глядя на меня, Слоан бормочет:

— Хочу тебе кое-что сказать, но я разговариваю не с тобой. Спокойной ночи, гангстер. — Затем переворачивается на бок и снова засыпает.

Я стою у края кровати и изумленно смотрю на нее сверху-вниз. Она даже не поинтересовалась, где мы находимся. Или куда мы направляемся. Она также и глазом не моргнула при виде той горы трупов, которую мы оставили после себя.

Я никогда не встречал никого более жизнерадостного. Такой бесстрашной. Такой чертовски…

Раздражающей.

Или такой подтянутой. У нее ноги, как у танцовщицы, длинные и гибкие, и задница, от которой я мог бы отскочить на четверть дюйма. А эти ее сиськи…

Прекрати.

Разочарованный в том, как реагирую на нее, я закрываю глаза и делаю глубокий вдох. Обычно я так не отвлекаюсь. Даже рядом с миниатюрной женщиной с таким подтянутым телом, как у нее. Особенно рядом с женщиной, страдающей таким крайне тяжелым случаем словесного поноса.

Мне нравятся тихони. Покорные и покладистые. Те, от кого мне не хочется рвать на себе волосы и поджечь себя. С каждым часом, который я провожу в обществе Слоан, моя симпатия к ее бывшему парню Ставросу растет.

Бывший любовник. Бывший — неважно. Начинаю думать, что этот человек — святой.

Я сбрасываю туфли и направляюсь на кухню, чтобы налить себе виски. Я выпиваю его и наливаю еще. Затем подхожу к стене с окнами в гостиной и стою, глядя на невероятный сверкающий вид ночного Бостона, еле сдерживаясь, чтобы не закричать.

Я никогда не хотел этого. Такой ответственности. Такой жизни. Я всегда был человеком в тени. Тот, что за кулисами, убирает учиненный беспорядок и прикрывает тылы.

Я не тщеславен. Предпочитаю действовать в тени. Теперь у меня перед носом будут все до единого главы организованной преступности по всему миру. Мне придется вести с ними переговоры. Заключать с ними сделки. Работать с ними, когда все, чего хочу, — это сжечь их жестокие империи дотла.

Но, как давным-давно сказал мне один мудрый человек, лучший способ уничтожить змеиное логово — сделать это изнутри. Держи своих друзей близко, а врагов еще ближе и все в таком духе.

Русские. Китайцы. Итальянцы. Армяне. Мексиканцы… список можно продолжать. Когда я ввязался в это так давно, что уже и не вспомню, когда именно, я наивно полагал, что сделаю мир лучше. Думал, что подарю невинным людям чувство защищенности, обеспечу им безопасность.

Но я на горьком опыте убедился, что как только одна змея умирает, ее место занимает другая. Плохих парней всегда больше. Их бесконечный, неограниченный резерв. Это заставляет меня задуматься, изменил ли я вообще что-нибудь.

Провожу рукой по лицу, стряхивая уныние, и возвращаюсь на кухню, чтобы налить стакан воды. Ставлю его на прикроватную тумбочку рядом с мирно спящей Слоан, затем направляюсь в душ.

После душа я надеваю чистый костюм и ставлю кофейник с крепким черным кофе. Мне оно пригодится. Потому что, как только взойдет солнце, со всех концов нагрянет несметное количество гостей, чтобы засвидетельствовать свое почтение новому королю.

7

СЛОАН

Когда я открываю глаза, требуется мгновение, чтобы сориентироваться в незнакомой комнате.

Все выполнено в оттенках серого и черного. Обстановка современная и мужественная. Одну сторону комнаты занимает незажженный камин. Диван и стулья сгруппированы в зоне отдыха неподалеку. Тяжелые черные портьеры задернуты на окнах, так что в комнате темно, но бледного свечения из открытой двери напротив меня достаточно, чтобы видеть окружающую меня обстановку.

Сажусь, меня бьет мелкой дрожью. Понятия не имею, который час и сколько времени прошло, но я умираю с голоду, и мне нужно в туалет.

Стакан с водой стоит на прикроватной тумбочке, как вызов.

Игнорируя его, потому что в него, наверняка, что-то подмешали, спускаю ноги с кровати королевских размеров и направляюсь по плюшевому ковру к открытой двери. За ней обнаруживаю просторную хозяйскую ванную комнату. Когда я вхожу, автоматически включается освещение, освещая плитку из белого мрамора и стеклянные поверхности.

Пользуюсь туалетом, затем роюсь в ящиках под раковинами, пока не нахожу тюбик зубной пасты. Делаю все, что в моих силах — чищу зубы пальцем, затем умываюсь и пытаюсь руками привести в порядок спутанные лохмы, в которые превратились мои волосы.

Но ничего не получается. Я выгляжу именно так, как и должна выглядеть на самом деле: жертвой похищения. Вот только я ненавижу это слово. Я прошла через многое, чтобы избежать того, чтобы на меня навесили подобный ярлык. Как только вы принимаете ярлык жертвы, он приклеивается к вам.

Возьми себя в руки, Слоан. Сделай глубокий вдох и вспомни, кто ты, черт возьми, такая. Закрываю глаза, сосредотачиваюсь и привожу мысли в порядок. У меня нет чистого нижнего белья.

Не знаю, почему это первая мысль, которая всплывает в моем сознании, но это так. Медленно выдыхаю вспышку чистого гнева на Деклана. Ни одежды, ни сотового телефона, ни туалетных принадлежностей, ни противозачаточных таблеток…

О, черт. Без таблеток у меня с минуты на минуту начнутся месячные. И будь я проклята, если испорчу эту юбку, перепачкав ее кровью. Она помятая, но ничего такого, что нельзя было бы исправить. Мне нужен сменный комплект одежды.

Выходя из ванной, я натыкаюсь еще