Необузданные Желания - Джей Ти Джессинжер

И Деклан был прав. Я явно поехала крышей.

Он, должно быть, ощущает, как мои гормоны посылают ему сигналы, потому что поворачивает голову на долю дюйма и приподнимает бровь, глядя на меня.

— Что, никакого умного ответа не последует?

— Гм. Нет.

Как мои руки вот так обхватывают его талию? Как одно из его накачанных бедер оказалось зажатым меж моих ног? Как температура в этой машине вдруг поднялась на двадцать градусов?

Деклан смотрит на мои губы. Наступает томительная пауза. Затем хриплым голосом он говорит:

— Вернусь через несколько минут. Помни, что я сказал: оставайся здесь. — Он скатывается с меня, распахивает одну из дверей, захлопывает ее и исчезает.

— Вернешься? — кричу я в пустоту. — Куда, черт возьми, ты намылился?

Словно в ответ, снаружи раздаются звуки стрельбы. Я вздрагиваю, когда в окна врезается еще больше пуль. Затем я тихонько вскрикиваю, когда кто-то запрыгивает на крышу. Раздраженная тем, что меня трясет и кричу, я сажусь, вытаскиваю пистолет из-за пояса и забиваюсь в угол заднего сиденья, держа пистолет обеими руками, а палец на спусковом крючке.

Снаружи Третья мировая война уже в самом разгаре.

Тот, кто находится на крыше, колотит во все стороны, топает ногами, как бык, и рычит, как лев. Жаль, что не могу видеть, что происходит, но из-за темноты ночи, тонированных стекол и проливного дождя все, что я вижу, — это размытые очертания быстро движущихся фигур и вспышки яркого белого света, когда кто-то стреляет из пистолета.

Так продолжается, кажется, целую вечность, прежде чем разом наступает зловещая тишина. Минуты летят, а ничего не происходит, и меня охватывает чувство страха. Я здесь легкая добыча. Заяц-крольчонок, ожидающий, когда набегут волки.

Деклан сказал не двигаться, но… что, если Деклан мертв? Тогда, я полагаю, парни из МС-13 станут моими новыми похитителями.

Прямо со сковородки в печь, так сказать.

Я бормочу:

— О, к черту все это, — тихонько приоткрываю дверь и выглядываю наружу. Мы в промышленном районе недалеко от аэропорта. Над головой низко пролетает гигантский реактивный самолет, с приглушенным ревом направляясь к дальней взлетно-посадочной полосе. Неподалеку высокие цементные трубы какого-то завода коптят небо. По обе стороны улицы расположились просторные склады, а на парковках перед ними нет машин. В нескольких ярдах позади меня дорогу перегораживает около дюжины машин-крокодилов и мотоциклов, которые, должно быть, принадлежат другой банде.

Посреди улицы валяются трупы.

Кроме заходящего на посадку реактивного самолета и отдаленных звуков уличного движения, я ничего не слышу. Никаких голосов. Никаких шагов. Никаких криков о помощи. Это чертовски жутко.

— Куда-то собралась?

Пораженная, я втягиваю воздух. Выглядывая из-за двери, я вижу там Деклана, прислонившегося к борту лимузина, скрестившего руки на груди. Он смотрит на меня сверху-вниз из-под полуприкрытых век.

Я оглядываю его с головы до ног. К сожалению, похоже, что на нем нет кровоточащих ран.

— Ты жив.

— Похоже, ты разочарована.

— Почти так же разочарована, как был ты, когда я пришла в себя в самолете.

Деклан наклоняется и вытаскивает меня из машины. Поставив меня на ноги, он забирает пистолет у меня из рук, наклоняется, чтобы засунуть его обратно в кобуру на лодыжке, затем выпрямляется и смотрит на меня.

— Я не был разочарован. Я был подавлен.

— Ну и дела, спасибо. Ты добряк.

Ладно, речь не совсем о сердце. У него есть еще один орган значительных размеров, но я не думаю о нем.

Деклан ведет меня через улицу, обхватив рукой за плечо и таща за собой, как будто я — ручная кладь. Когда начинаю хромать, он резко останавливается и смотрит на меня.

— У меня ноги болят. Так, пустяки…

Он снова поднимает меня на руки и продолжает идти, как будто проделывает нечто подобное каждый день. Что, возможно, и делает. Понятия не имею, как часто этот человек похищает людей и перевозит их по дождливым улицам, усеянным трупами.

Деклан ставит меня рядом с черным «шевроле камаро», открывает пассажирскую дверь и вталкивает внутрь. Захлопывает дверцу и трусцой обходит машину со стороны водителя, с удивительной грацией опуская крупное тело на сиденье. Затем заводит двигатель.

— Пристегни ремень.

— Мы угоняем эту тачку?

— У тебя настоящий талант замечать очевидные вещи.

— Хорошо, что парень оставил ключи в замке зажигания.

— Даже если бы он этого не сделал, мы бы все равно ее угнали. Я знаю, как заводить ретро тачки без ключа.

— Без сомнения, этому навыку ты научился в тюрьме. Ты дашь мне порулить? — Когда Деклан бросает на меня убийственный взгляд, я говорю: — У парня, с которым я водила дружбу в колледже, был потрясающий красный «камаро», который он обычно позволял мне…

— Пристегни ремень безопасности!

— Нет необходимости так орать.

Деклан перегибается через меня, хватает ремень безопасности, дергает его вниз и защелкивает. Затем хватает руль и сжимает его так сильно, как будто хочет, чтобы это был не руль, а моя шея. Мы буквально взлетаем, а двигатель ревет.

Когда мы мчимся по улице, из-за угла выезжают два черных внедорожника и направляются нам наперерез.

— Это твои люди? — поинтересовалась я.

— Ага.

— Значит, против всех тех парней были только вы с Шоном? Как это возможно? Их было около дюжины. У тебя в пистолете было недостаточно патронов. Если только у Шона не было в запасе большего магазина или чего-то в этом роде. Но все равно, вы оба должны быть действительно хорошими стрелками. Или везунчиками. И вообще, куда он делся?

— Иисус, Мария и Иосиф, — бормочет Деклан.

— Вообще-то я здесь пытаюсь сделать тебе комплимент.

— Нет, ты пытаешься свести меня с ума.

— Хорошо, хорошо. Я заткнусь. — Он фыркает. — Серьезно. С этого момента я буду вести себя тихо. Но предупреждаю тебя, тебе не понравится.

Нахожу рычаг сбоку от сиденья, который опускает сидение назад. Откинувшись, я пытаюсь устроиться поудобнее и закрываю глаза.

Машина замедляет ход. Деклан опускает стекло и обменивается несколькими короткими фразами на гэльском с одним из своих людей из внедорожников. Затем мы продолжаем ехать быстро, но четко в неизвестном направлении.

Я пытаюсь не обращать внимания на стук в голове. Мне больше удается игнорировать пульсирующее плечо и ноющие ноги, но голова у меня и правда болит. Надеюсь, что это последствия приема кетамина, а не сотрясение мозга, потому что я серьезно сомневаюсь, что Деклан согласился бы отвезти меня в больницу, чтобы проверить мой череп на наличие в нем трещин.

— Убери ноги с приборной панели. — Я прикусываю язык и спускаю ноги