Постель не повод для знакомства - Евгения Халь

В Багдаде все спокойно,

В Багдаде все спокойно,

И только недоволен судьбою падишах.

Хотя некоторые старожилы отеля утверждают, что Багдад — это еще цветочки. А вот что по-настоящему страшно, так это "Дым сигарет с ментолом" группы "Нэнси" — лырыческая страдательная песнь реальных пацанов в спортивках "Адидас" и золотых велосипедных цепях на шее, которую они слушали между захватом киосков и отжимом заводов в 1992 году. Правда, я ее слышала только пару раз за все время работы в отеле. Но никогда не забуду, как отреагировал Леня, услышав завывания:

Дым сигарет с ментолом пьяный угар качает,

В глаза ты смотришь другому, который тебя ласкает.

Леня несся по коридору в кабинет шефа, шипя на ходу горничным:

— Всем залечь в окопы, закрыть голову руками и не отсвечивать! У кого есть каски — надевайте! Вот он и пришел, Армагеддец!

Я тогда сразу не сориентировалась, и, улыбнувшись, сказала Шиве:

— Курить вредно! Что с ментолом, что без. Так шефу и передайте.

Леня в ответ взял меня за плечи, погладил по волосам и проникновенно сказал:

— Беги, девочка! Изо всех сил беги! Так, как никогда не бегала! А я приму удар на себя! Если что — матери сообщите, что я ее любил. И всем пяти сотням женщин из моей телефонной книжки, — молодецки расправив плечи, Леня решительно распахнул дверь кабинета шефа и исчез на три дня.

— Доброе утро, Виктория Алексеевна, — раздается нестройный хор голосов, когда я вхожу в кабинет.

— Если вам, конечно, на нас не наплевать, — со скорбным лицом добавляет Леня, — о чем вы, сударыня, недвусмысленно дали понять в сообщении.

— О чем вы? — обвожу взглядом всех присутствующих.

— Да о вашей эсэмеске, мадемуазель, — обиженно хмурится шеф-повар гостиничного ресторана Гаспар. — Я как-то не привыкаль, чтобы с утра на меня плевать, даже если это делает аншанте… эээ…

— Очаровательная по-русски, — негромко подсказывает Леня.

— Благодарю, месье, очаровательная девушка, — Гаспар разворачивает на ладони свой телефон и показывает мне.

Мои щеки заливает краска, а в голове взрывается горячий пульс. В сообщении написано: "Через десять минут планерка в моем кабинете. Мне на тебя наплевать, наплевать, наплевать!"

Никогда в жизни я не совершала таких ошибок на работе. Не понимаю, что со мной. Это я о Марке думала. Гипнотизировала саму себя. Но чтобы так проколоться?

— Простите меня, пожалуйста, это было не вам всем. Это другому человеку. Не понимаю, как это могло произойти вообще!

— Я ему не завидоваль, этому другому человеку, — скорбно поджимает губы Гаспар.

Я тоже. Но шеф-повару об этом знать необязательно.

— Ой, да тебе какая разница? Чего ты лезешь, куда не просят? — Зина, которая сидит рядом с Гаспаром, бросается на мою защиту.

Она поворачивается лицом к Гаспару, приподнимается, и ее огромная грудь воинственно нависает над ним.

— Не завидоваль он. Вы подумайте, какая цаца! Разобиделся! Сказано же тебе: человек задумался, ошибся и извиняется.

Под натиском грозного орудия Зины, зачехленного в лифчик непроизносимого размера, Гаспар съеживается и что-то лепечет по-французски.

— Охолони чутка, Зинуля, — миролюбиво замечает Леня. — Кутузов уже французов когда-то научил уму-разуму. Теперь они наши друзья. Давайте заканчивать эту свару с утра. Мир, дружба, фестиваль, жвачка. Виктория Алексеевна, огласите уже повестку планерки, пока русская баба не пошла с вилами на иноземных захватчиков.

Леня прав. Мудрый он мужик. Нужно срочно перейти к делу, и тогда моя чудовищная оплошность будет похоронена под текучкой.

— У меня для вас важное известие: к нам едет инвестор. Вот он, — поворачиваю телефон экраном к ним, показывая всем Эйтана Шора. — Мужик, судя по всему, очень въедливый и неприлично богатый. Поэтому все должно работать, как часы. Александр Александрович лично просил не облажа… извините, не ударить лицом в грязь. Зина, проверьте, чтобы горничные все выскребли особенно тщательно. Леонид Аркадьевич, я вас прошу: проверьте канализацию, кондиционеры, электричество.

— Будет сделано, — кивает Леня.

— Но главный и первый удар принимает на себя кухня ресторана, то есть, Гаспар, — поднимаюсь из своего кресла и подхожу к нему.

Шеф-повар горделиво расправляет плечи и обводит всех присутствующих надменным взглядом. И в этот момент дверь открывается. В кабинет заходят Марк и Артем.

— Доброе утро! — бросает Марк с таким выражением лица, что всем присутствующим сразу становится ясно, что ничего доброго в нем нет и близко.

— Привет, народ! — Артем тут же идет на мое место и плюхается в кресло, развалившись в нем. — Да что ж такое-то? Почему во всех офисах такая неудобная мебель? — морщится он. — Когда отель станет моим, немедленно все заменю. Как я буду думать мысль на такой кошмарной мебели? Куплю массажные кресла. И вас, Вика, наконец, расслаблю. А то вы вон какая напряженная.

Весь персонал сначала ошарашенно смотрит на него, а потом непонимающе на меня.

— Не хотите нас представить, Виктория Алексеевна? — ядовито спрашивает Марк. — Хотя бы? Для начала? А то на совещание нас не пригласили, хотя должны были. Мы просто не нашли администрацию на рабочих местах, спросили, где все, и нас направили сюда.

Мне вдруг кажется, что голова Марка, как в кино, превращается в змеиную морду, и из шипящей пасти показывается отравленное жало. Моргаю, отгоняя наваждение, и произношу сухим тоном:

— Познакомьтесь, это соискатели на должность главного управляющего: Марк Александрович и Артем Александрович Морозовы.

— Мы теперь одна команда, — Марк обводит всех надменным взглядом.

Ага! Как же! По твоим глазам видно, что барин прибыли-с, и теперь челядь должна молча внимать его приказам. По лицам присутствующих ясно вижу, что они думают так же.

— Я бы даже сказал, что мы теперь одна большая шведская семья, — Артем вытягивает ноги и кладет их на мой стол.

Ну это слишком! Одно дело: в кабинете шефа так шутить, и совсем другое при персонале. И еще ноги на столе! Буравлю Артема выразительным взглядом. Он, правда, немедленно убирает ноги со стола, выпрямляется и шепчет:

— Простите! Увлекся. Готов понести заслуженное наказание, — он подмигивает и сладострастно закусывает губу. — Вы потом меня отшлепаете, Виктория Алексеевна?

Зина, не выдержав, громко хмыкает. Остальные тоже едва сдерживаются, чтобы не захохотать. Отличная у нас все-таки команда управляющих: наглый барин Марк и клоун Артем. Мне точно не будет скучно. Но планерку необходимо вернуть в рабочее русло. Откашливаюсь и обращаюсь к шеф-повару:

— Нас прервали, но я вас очень прошу, Гаспар, чтобы все было, как нужно!

— Я все сделать так, что этот инвестор стол будет грызть вместе с тарелькой. Вы же меня знаешь.

— Знаю, — тяжелый вздох вырывается из моей груди. — Поэтому очень прошу: без экспериментов, пожалуйста, Гаспар. Только