Двойной латте в дождливый день - Софи Анри

– Знаю, Кнопка, не кипятись.

Когда мы вошли в маленькую комнату, Рэйден усадил меня на старый диван у окна, а затем достал аптечку из шкафчика над столом и подсел ко мне. Наши коленки соприкоснулись. Я почувствовала его парфюм – цитрусы с нотками древесины, – и у меня слегка закружилась голова.

Потрясающий аромат.

Хотя бы в своих мыслях я могла быть честна. Рэйден и сам потрясающе выглядел в этой своей обтягивающей черной футболке. Он не был накачанным, но совершенно точно посещал зал и держал себя в форме. В очень потрясной, мать его, форме!

Я вдруг вспомнила, как он показывал свою татуировку на животе, и невольно сглотнула. Жаль, что он не предложил ее потрогать…

Черт! Почему рядом с этим парнем мои гормоны буквально сходят с ума?!

– Ну что, Кнопка, готова к растерзанию?

Пока я витала в облаках, представляя, как восхитительные мышцы Рэйдена напрягаются под моими пальцами, он уже обработал руки антисептиком и подготовил стерильные салфетки.

Айви, вытри слюни и держи неприличные мыслишки при себе!

Я кивнула и вцепилась пальцами в мягкую обивку дивана.

– Не бойся, Кнопка, я знаю, что делать.

– А вдруг вы с Дэном сообщники и ты сейчас усыпишь меня хлороформом, а потом я очнусь где-то в канаве или в лесу без почек, печени и других важных органов?

Рэйден мягко рассмеялся.

– Я думал, ты фанатеешь по фэнтези, а не по криминальным детективам.

– Одно другому не мешает.

Рэйден ничего не ответил и протянул ко мне длинные пальцы, явно созданные для игры на пианино. Я слегка тряхнула головой, отгоняя мысли о том, где еще эти пальцы справились бы на отлично.

Пора завязывать с романтическим фэнтези 18+.

– Классные серьги, – без иронии и усмешки сказал он и начал откручивать бусинку, закрепляющую индастриал.

Я вся сжалась в ожидании болезненных ощущений, но Рэйден действовал осторожно. Его прикосновения были такими нежными и мягкими, что все мои пошлые мысли улетучились, уступая место странной щемящей тоске.

Интересно, а как Рэйден касается девушек, которые ему нравятся? Это должно быть невероятно приятно…

Айви, вы видитесь только второй раз, а ты уже влипла. Поддалась коварным чарам плейбоя-бариста, как последняя слабачка!

Я зажмурилась, мысленно воссоздавая образ секс-символа Бена Барнса. Да, ему уже сорок, но вы вообще видели, как горячо он выглядит в сериале «Тень и кость»?

– Так, первое дело сделано. – Рэйден положил штангу на заранее подготовленную стерильную салфетку. – Теперь придется немного потерпеть, я постараюсь сделать все аккуратно, но, скорее всего, будет больно.

Я кивнула, выражая готовность.

Он смочил антисептиком другую салфетку и начал обрабатывать мое ухо. Я едва не заскулила от щиплющей боли, но тут Рэйден сделал то, отчего я почти растеклась лужицей по дивану. Он нежно обхватил ладонями мое лицо, чтобы я не дергала головой, и подул на поврежденное место. Его дыхание отдавало мятной свежестью и пробуждало табун мурашек на моей шее.

– Ты напряжена.

Да ну? Может, все дело в том, что один обнаглевший плейбой-бариста в шаге от того, чтобы поцеловать меня? Так… Надеюсь, я не сказала это вслух?

– Ухо болит, – с трудом произнесла я, осознав, что мое молчание неприлично затягивается.

– Скоро станет легче.

Наконец Рэйден отстранился, и мне стало проще дышать. Облегчение длилось недолго, потому что в следующую минуту он обработал зигзагообразную штангу и принялся вкручивать ее обратно, что причинило адскую боль.

– Ауч, – прохныкала я, едва сдерживая слезы.

– Прости, Кнопка, но индастриал нужно вставить, иначе прокол начнет зарастать. Ты ведь недавно проколола хрящи, да?

– Да, – процедила я сквозь зубы, продолжая терпеть боль. – Неделю назад, на восемнадцатилетние.

– Бунт против родителей? – с улыбкой спросил Рэйден. Он закрепил бусинки на штанге, подул на ухо, отчего мое сердце вновь сделало сальто, и начал прибирать столик после процедуры.

– Можно и так сказать. А ты тоже бунтовал? – я взглядом указала на его тату на запястье.

– Нет, но мои родители восприняли это как бунт.

Я понимающе кивнула:

– И в каждый твой приезд читают нотации о том, что ты неблагодарный сын?

Рэйден хмыкнул и присел на край стола напротив меня.

– Я редко езжу домой, поэтому они прекрасно справляются с этой задачей по телефону.

– Ты не из Арден-Сити?

Он нахмурился и неловко почесал затылок:

– Я из Нью-Йорка.

Я от удивления даже раскрыла рот:

– Почему ты поступил сюда? – Я чуть не ляпнула, что он променял город мечты на унылое захолустье, но вовремя придержала язык. Мало ли какие у него причины. Я тоже перебралась сюда не из огромного желания.

Рэйден прикусил губу с внутренней стороны, будто размышляя, ответить на вопрос или послать меня куда подальше.

– Я устал от Нью-Йорка. От вечной суеты, от людей, которые меня окружали, от решений, которые за меня принимали… В Арден-Сити я еще ребенком приезжал к двоюродной бабушке, и мне всегда здесь было спокойно и уютно.

– Понятно. – Хотя мне сложно было понять, как можно устать от Нью-Йорка.

– А ты местная?

– Нет, мы с мамой жили в Бостоне, а сюда перебрались из-за ее бойфренда.

Внезапно дверь распахнулась, заставив меня вздрогнуть, и в комнату влетел разъяреный Дэн.

– Я уж подумал, что вы тут покувыркаться решили. Какого черта так долго, Вэнс? Моя смена закончилась полчаса назад!

– Не утрируй, – ответил Рэйден. – Твоя смена закончилась пятнадцать минут назад, и мы как раз собирались выходить.

– Живее давай! Иначе точно пожалуюсь на тебя мистеру Эвансу.

Дэн вернулся в зал, а Рэйден подошел к гардеробному шкафу и достал форменный фартук и бандану.

– Кстати! – Он полез в карман черных джинсов. – Вот твои наушники. Зак все починил и даже прочистил динамики.

Я издала победный клич, что вызвало у Рэйдена очередную улыбку.

– Пойдем, потом проверишь их на исправность, а то Дэн всю неделю будет бубнить, какой у него ужасный напарник.

С этими словами он распахнул дверь и вышел в зал, на ходу повязывая на лоб красную бандану. Я засеменила следом.

Под вечер кофейня была забита людьми. Пока Рэйден обслуживал образовавшуюся очередь, я присела на свободный стул с краю барной стойки и вставила родные эирподсы. В уши полилась чистая мелодия на мощной громкости. Плейбой-бариста не соврал, что его друг почистил динамики.

Закрыв глаза, я начала напевать под нос слова из любимой песни Imagine Dragons и так увлеклась, что, когда кто-то легонько коснулся кончика моего носа, испуганно вздрогнула.

Рэйден стоял передо мной, протягивая большой бумажный стакан:

– Твой двойной латте с сахаром и клубничным сиропом, Кнопка.

– Но я не