Избранница Дикой Охоты - Мари Дюкам

Только оказавшись на выбитых в скале ступеньках, ведущих в рощу, я выдохнула. Если спущусь, не свернув себе шею на скользких камнях, то полдела сделано!

Мой оптимизм держался на скромной надежде: если вход в этот мир был через пруд, то, возможно, и выход здесь же? И те существа, которых я видела, не могли же приглючиться? Уж они-то наверняка знают, как вернуться домой.

Ступив с последней ступеньки на тропу, я понеслась к пруду.

— Эй! Кто-нибудь! — позвала я громким шёпотом, не осмеливаясь кричать.

Ответом мне стал шелест ветра в голых ветвях дуба, а поверхность воды, подёрнутая тончайшей плёнкой льда, даже не шелохнулась. Но так легко сдаваться я не собиралась. Подобрав с земли камешек, запустила им в середину пруда.

Лёд хрупнул, треснул сеткой, сквозь которую тут же проступила вода — и ничего. Только звуки леса, такие до боли знакомые, обступили меня со всех сторон.

Как бы не хотелось лезть в ледяную воду, но выбора не осталось. Выругавшись, я дёрнула завязки плаща: если уж тонуть в пруду, то не в таком количестве одежды, вдруг передумаю? Обнажённые руки тут же покрылись мурашками, холодные пальцы ветра скользнули по линии декольте, заставив поёжиться. Упрямо поджав губы, я медленно сделала первый шаг в воду.

Ледяные иглы впились в ногу, ступню свело судорогой, аж дыхание от боли перехватило. Невольно отшатнувшись назад, я обхватила голые плечи руками. Былая решительность тут же испарилась. А вдруг заныривание в пруд ничем не поможет? Может, стоило сначала осмотреть рощу?

Малодушно согласившись отложить купание, я снова завернулась в плащ. Горло сковали внезапно подступившие слёзы. Не хочу оставаться в этом чужом мире! Хочу домой, к электричеству и водопроводу!

— Да покажитесь вы!

От нахлынувшего отчаяния шёпот перешёл в крик. Услышат меня — ну и пусть! Нет ничего хуже, чем застрять в доморощенном Средневековье.

Я устало привалилась спиной к высоченному дубу. Ветер кинул мне в лицо горсть листвы, ещё сильнее зашумел ветками, за спиной хрустнул валежник.

— Чего ты хочешь, Призванная?

Голос раздался вовсе не из рощи, куда я изо всех сил вглядывалась, а будто сверху. Голые ветви дуба яростно рвал ветер, срывая с них остатки бурых листьев. Небо стремительно чернело, грозя разразиться нешуточным ливнем.

— Верните меня домой! — отчаянно закричала я.

Ярость бури стихла в мгновение. Мир застыл в мрачной красоте осени, переходящей в зиму. Я тяжело дышала, изо рта облачками вырывался пар.

— Сейчас это невозможно.

Мягкий женский голос заставил меня подпрыгнуть на месте. Она появилась словно из самих деревьев: прозрачная до зелени кожа, нечеловечески огромные глаза, тонкие губы приподняты в усмешке, за ними виднелся ряд острых верхних зубов. Спутанные светлые волосы и простая рубаха до пят довершали образ деревенской сумасшедшей. Вот только я могла поклясться, что это был не человек.

Я так долго таращилась на странное существо, что аж забыла, зачем пришла. Девушка — назвать её тварью или монстром язык не поворачивался — не мигая смотрела в ответ. И если меня сковал страх, то в её взгляде скорее сквозило неподдельное любопытство.

— Кто ты? Кто вы все такие? — наконец выдавила я, отступая на всякий случай в сторону.

— Когда-то мы были первыми жителями этих земель. — Девушка прикоснулась к коре дуба, и на миг мне показалось, что от её ладоней исходит тусклый свет, на который дерево отозвалось движением ветвей. — Сейчас о нас ещё помнят, но после заточения Триединой всё меньше и меньше. Без неё и без людской памяти мы угасаем.

— Но что вы хотите от меня? — Я непонимающе нахмурилась.

— Освободить Богиню, конечно.

С губ сорвался саркастический смешок.

— Боюсь, вы обратились не по адресу. Я могу подготовить годовой бюджет, разработать план экономического развития, подсчитать эффективность работы отдела, но всякие штучки с богинями — это не ко мне.

Сомневаюсь, что девушка поняла каждое слово, но общий смысл наверняка уловила. Она улыбнулась, снова обнажив острые верхние зубы, а я невольно почесала горло — уж больно угрожающе выглядела её ухмылка.

— Ты и только ты можешь это сделать. Дар многих из нас пожертвован ради её возвращения. Без Триединой ты не сможешь пересечь черту.

— Но как-то же я оказалась здесь! — в отчаянии воскликнула я.

— Твоя предшественница была слаба. Мы пожертвовали своей магией ради того, чтобы забрать тебя.

И без уточнений стало понятно: обратно меня никто не отправит. Я с трудом подавила готовый вырваться крик и вместо этого выдохнула. Ярость ни к чему не приведёт, а только привлечёт лишнее внимание. Если я хочу вернуться домой, надо мыслить рационально — насколько это возможно в ситуации, когда тебя забросило в чужой мир.

— И как мне освободить вашу богиню? — хмуро спросила я.

— Убить повелителя Дикой Охоты.

Час от часу не легче! Я сжала виски обеими руками, боясь, как бы голова не раскололась на части от информации. Мало того, что меня выдают замуж за этого повелителя, так теперь ещё его и пристукнуть надо умудриться?

Я нервно хихикнула:

— По-вашему, это легко?

— Только ты можешь это сделать, — спокойно повторила девушка. — Ты единственная, чей Призыв не подчиняется ему и его всадникам.

Опять эта ересь про магию… Хотелось затопать ногами, причитая, что никакого призыва у меня нет, но усилием воли я заставила себя взглянуть правде в глаза. Вчера я вызвала огонь, сегодня позвала хоть кого-нибудь — и вот разговариваю с кем-то типа феи. Осталось только понять, как это работает.

— Что это такое — Призыв? — спросила я, обессиленно привалившись к стволу дуба. — Что тут вообще происходит?

— Призыв — сила этих земель, — просто ответила девушка, но, заметив мой взгляд, продолжила: — Раньше ей обладали многие жители Алатрута: знать в большей степени, простолюдины — в меньшей, но всё же. Когда сюда пришли паломники из Хельгланда со знаменем Создателя и новым даром, люди приняли их настороженно, но не стали истреблять новую веру. Подумали, что места хватит всем. — Она горько усмехнулась. — Но один из людей, лорд Водан, предал Триединую. Он обменял свой Призыв на дар Создателя — Подчинение, сковал Богиню и заточил её в озере. Он стал первым повелителем, а присягнувшая ему знать, согласившаяся отдать Призыв взамен на Подчинение, стала его свитой, Дикой Охотой. С тех пор уже двести лет как всадники отбирают по всему Алатруту одарённых мальчиков и девочек для того, чтобы увеличивать мощь Подчинения на нашей земле, а повелитель обязан брать себе в жёны деву с Призывом