Ранчо одиноких сердец - Лайла Сэйдж

С самого начала той тренировки что-то пошло не так. Мне досталась возбужденная, норовистая лошадь, я знала, что не стоит на нее садиться, и все же не остановилась.

Вспомнив о том дне, я вздрогнула, сердце бешено забилось в груди. И, как всегда, меня захлестнул страх. Тем не менее я не сводила взгляда с Райли, с помощью племянницы стараясь отвлечься от тяжелых воспоминаний.

«Не сейчас, Эмми, – мысленно велела я себе. – Не время поддаваться панике».

Я сделала глубокий вдох, точно так же, как прошлым вечером возле «Сапога дьявола». Легкие наполнил утренний воздух, напоминая, что наступил новый день.

И что я дома.

Райли сунула поводья Бруксу, который послушно взял их, и помчалась в мою сторону. Она пролезла через щель в ограде загона и, не успела я сделать еще один вдох, бросилась в мои объятия.

– Тетя! Ты приехала! – Райли приложила маленькие ладошки к моим щекам.

– Да, солнышко, – улыбнулась я своей любимой четырехлетней малышке.

– Ты видела, как я ездила верхом? На спине Чирио.

– Видела, – подтвердила я и шутливо добавила: – Ты можешь стать даже лучшей наездницей, чем твой отец.

Райли улыбнулась еще шире.

– Он говорит, что я должна равняться на тебя, потому что ты ездишь на лошади лучше всех на свете.

В живот мне вновь врезалась призрачная бейсбольная бита. Да, из меня вышла отличная наездница. Неспособная сейчас даже сесть на лошадь. Первоклассная шутка, особенно учитывая, что я носила фамилию Райдер[4].

Райли подалась ко мне и втянула носом воздух.

– Тетя, – заявила она, – от тебя пахнет дымом.

Явиться на урок верховой езды с похмелья, неся на себе все ароматы «Сапога дьявола»? Господи, я вела себя сейчас как Брукс.

– Райлз! – позвал Брукс. – Пора расседлывать пони. Пожалуйста, отлепись от Эмми.

Девочка хихикнула.

– Тетя меня не отпускает!

– Ну нет, малышка, не перекладывай ответственность, – заявила я, ставя племянницу на землю.

Райли пролезла через решетку загона и вернулась к Чирио. Брукс вручил ей поводья и бросил взгляд на меня; от приветливой улыбки не осталось и следа. Теперь он выглядел раздраженным.

Неужели злится, что я не дала ему как следует закончить урок верховой езды? И это после его вчерашней выходки в баре?

Зачем ему вообще понадобилось вести занятия? Ведь этот самый парень обычно стрелял по глиняным голубям из кузова пикапа моего брата.

Брукс зашагал к краю загона, чтобы открыть ворота. Он вывел оттуда детей, и они вместе направились по дорожке, ведущей к конюшням.

Хотелось верить, что благодаря моим солнцезащитным очкам он не заметил, как я внимательно за ним следила.

Люк

Господи, при свете дня Эмми Райдер выглядела столь же привлекательно, как и в неоновых огнях. Я бы даже сказал, чертовски привлекательно.

Когда возле загона остановился квадроцикл, я не сомневался, что приехала она, и корил себя за желание ее увидеть.

В выцветших голубых джинсах и потрепанной футболке с портретом Джорджа Стрейта Эмми походила на мечту любого ковбоя. И когда она устроилась рядом с группой мамочек, которые последние сорок пять минут обсуждали мою задницу, я с трудом смог отвести от нее взгляд.

На ранчо был еще один парень, который время от времени давал уроки верховой езды, но я почти не сомневался, что Густ намеренно поручил ему взрослую группу. Мне же достались дети, поскольку Густ считал, что все мамочки в округе слетятся на меня как мухи на мед.

Но меня не интересовали собравшиеся за изгородью женщины. Эмми рядом с ними выглядела неуместно. Я наблюдал за ней краем глаза. Она вежливо поздоровалась, но явно не собиралась вести светские беседы. Эмми приехала сюда ради Райли.

Девочка безумно любила свою тетю и без умолку болтала о ней, даже если Эмми здесь не было. В обычных обстоятельствах я дождался бы окончания урока и, лишь когда расседланные пони уже стояли бы в стойлах, позволил маленькой проказнице пообщаться с тетей.

К сожалению, я питал сильную слабость к Райли, поэтому не смог отказать малышке в просьбе. И, честно говоря, сцена их встречи меня потрясла. Глядя, как широко улыбается Эмми, сжимая в объятиях племянницу, я испытал какое-то необъяснимое чувство.

Наверное, во всем виновато похмелье.

Я вновь посмотрел на Эмми. И понял, что со вчерашнего вечера ничего не изменилось.

Я по-прежнему считал ее красивой. И гадал, как бы она выглядела в моей постели. Я все еще злился, что она ушла с Уайаттом; лучше бы осталась со мной.

Хотелось верить, что Эмми не сможет прочитать эти мысли на моем лице.

Черт, я ступал на опасную территорию.

Эмми Райдер крепко меня зацепила. И как теперь, черт возьми, мне себя вести?

6

Люк

После окончания занятий я зашагал в Большой дом. Сегодня выдался хороший летний день. Дул легкий ветерок.

Ранчо «Ребел блю» – лучшее место на Земле, и мне всегда нравилось ходить по тропинке, ведущей вдоль ручья, через рощицу осин. Большой дом стоял на небольшой возвышенности и словно бы присматривал за всем вокруг, прямо как Амос Райдер.

Обычно прогулки от пикапа к загону и обратно были для меня лучшими моментами дня. Но сегодня… сегодня я увидел нечто прекрасное, единственное, что, на мой взгляд, превосходило красотой «Ребел блю», – Эмми.

Да что со мной, черт возьми?

Эмми всегда была хорошенькой, но я воспринимал ее лишь как младшую сестру лучшего друга. Однако женщина, которая прошлым вечером вошла в мой бар, держалась как богиня. Эмми никогда так себя не вела, особенно с парнями. И пусть меня взбесило, что ее вниманием завладел Уайатт, мне все же понравилось подобное преображение.

Амос говорил, что Эмми слишком не уверена в себе; теперь, по-моему, она полностью избавилась от этого недостатка. Словно в Мидоуларке ей было немного тесно, а уехав, Эмми смогла как следует расправить крылья.

Так какого черта она вернулась? Этот вопрос не давал мне покоя.

Тропа, сделав поворот, вывела меня к маленькой хижине, перед которой стоял пикап Эмми – нежно-голубой «джи-эм-си циклон» 1991 года выпуска. До сих пор помню, как она его купила. Густу и Уэсту первые в их жизни машины подарил отец. Да кто в здравом уме отказался бы