Семья для чемпиона - Алекс Коваль

– Я не качок, а хоккеист, а ты, приличная девушка, давай без истерик. Достало.

– Ты… – пыжится «актриса», – я… да ты…

– Давай помогу? Я тебе ничего не обещал. Ты мне ничего не обещала. Потрахались и разбежались. Уговор был такой. Я не сказочный принц, да и ты тоже не нежная фиалка. В чем теперь претензия?

– Я думала, что ты другой, Ремизов!

– Значит, сюрприз – я такой. И я пошел в душ, а к тому моменту, как я выйду, тебя здесь быть не должно. Я не шучу.

– С-сволочь ты, Ярослав! Конченая сволочь!

Ну вот так всегда. Все хотят оказаться в койке с крутым парнем, соглашаясь на любые его условия в надежде, что в них влюбятся с первого, блин, стона. Зато, когда утром дамочек догоняет реальность, разбивая розовые очки, я становлюсь сволочью, скотиной, козлом, ну и дальше по списку. Хотя ни разу за свою жизнь я ни одну не обманул. Считайте, «оговорить условия» перед тем, как снять какую-то девочку, – мой гребаный пунктик. Никаких ожиданий, никаких планов и никакого продолжения. Никогда.

Выйдя из душа, с удовлетворением окунаюсь в звенящую тишину, царящую в квартире. Так-то лучше!

Прохожу в спальню, скидываю полотенце и достаю из комода боксеры. Натягиваю вместе со штанами. Девчонка ушла. Деньги забрала. Ну да, кто бы сомневался?

А это что еще за на фиг?

Сдергиваю висящий на ручке прикроватной тумбы кружевной лифчик и лежащую рядом записку: «Думаю, мы друг друга не так поняли. Для тебя я доступна двадцать четыре на семь, Яр. Позвони». Номер телефона и красный отпечаток женских губ, как долбаная печать. Охереть! Уязвленная гордость девочки оказалась не такой уж и уязвленной? А говорила, не шлюха.

Вот и как жить эту жизнь и строить отношения, когда каждая вторая с гнильцой? Звезданулись совсем.

В дверь раздается звонок. Смотрю на экран видеодомофона. На пороге топчется Образцов. Как всегда, при параде и с невероятно серьезной миной. Такой, что иногда я искренне задаюсь вопросом – а он хоть в детстве-то улыбался?

Открываю:

– Какими судьбами в такую рань?

– И тебе привет, дружище. Пустишь?

– А у меня есть варианты? Здоро́во.

Отступаю. Стас проходит. Мы обмениваемся рукопожатиями.

– Кофе будешь?

– Не откажусь.

– Греби на кухню.

– Я смотрю, ты наконец-то воспользовался моим советом?

– Ты о чем?

Образцов кивает. Я опускаю взгляд. Блин! В руке все еще зажат чужой лифчик.

– Или ты себе прикупил? – лыбится шутник.

– Да иди ты, – открываю пустой ящик и зашвыриваю чужое нижнее белье туда вместе с запиской. Завтра придет клининг, скажу, чтобы выкинули.

Заряжаю кофемашину и подставляю две чашки. Аппарат начинает приятно гудеть. Образцов присаживает свою задницу на высокий барный стул и нервно барабанит костяшками пальцев по столешнице. Каждое «тук-тук» – как отбойным молотком по вискам.

– Стасон.

– Чего такое?

– Прекрати. Раздражает.

– Что-то ты не выглядишь как человек после бурной ночи с сексуальной красоткой. Она оказалась настолько плоха, что вы вместо трах-тибидоха смотрели на звезды?

– Я смотрю, ты сегодня в хорошем настроении?

– А ты злой и помятый. Серьезно, у тебя все пучком, Яр?

– Ты прикатил в половине десятого утра, чтобы обсудить мое настроение? Оно паршивое. Как и каждое утро, независимо от того, просыпаюсь я один или с женщиной.

– Вообще-то нет. Твое настроение точно не моя забота. Я привез… погоди, – лезет в черную кожаную папку мой спортивный агент, выкладывая на стол передо мной какие-то бумаги, – вот.

– Что это?

– Статья. Стелла сегодня скинула. Ее подготовили для одного из самых рейтинговых журналов в нашей стране. Она уже готова уйти в печать. Для нас держат первую полосу и разворот. И мы подготовили пресс-релиз. Его я кинул тебе на почту. Почитай, скажи как тебе. Вообще Джонсон уже запустила целую пиар-компанию, дело встало за неимением кандидатур на роль фиктивной жены и ребенка. Нам нужны фотки. Срочно.

– Фак, – ругаюсь я, растирая ладонями лицо. – Я совсем об этом дерьме забыл, – хватаю со стола бумаги, пробегая глазами. – Семья для чемпиона? – морщусь. – Прикалываешься?

– Че ты морду корчишь, Ремизов? Что не так?

– Все не так. Все совершенно не так.

– Джонсон подготовила шикарную историю вашей с «женой» любви. Продумала все до мелочей – не прикопаешься. Встретились, влюбились, скрывались. Тайные отношения и прочая лабуда – бабоньки умоются слезами, прочитав. Особенно когда узнают, что ты взял женщину с ребенком. Типа такой благородный ублюдок. По-моему, это вообще пушка!

– Вот именно, что я чувствую себя лживым ублюдком. Я по-прежнему не уверен, что это хорошая затея, – забираю одну чашку кофе, вторую протягивая приятелю. – Я не умею играть на публику. У меня же на роже написано – трепло.

– Ты больше десяти лет играл в национальной лиге, тебя как капитана чаще всех дергали на интервью и выжимали на пресс-конференциях. Вы горели три-ноль в прошлом сезоне, а ты всем заливал, что у вас в команде все прекрасно. И после этого ты говоришь, что не умеешь играть на публику?

– Ну ты меня и не на хоккее жениться просишь. Отношения с женщиной – это в разы сложнее, чем с шайбой и клюшкой.

– Я тебя и отношения заводить тоже не прошу. Воспринимай это как своеобразную услугу, которую тебе предоставляют. Вот и все.

Я падаю за стол напротив Образцова и делаю глоток кофе. Крепкая арабика приятной дрожью прокатывается по телу, согревая и бодря. Бросаю взгляд в окно и на статью. На статью и в окно…

Шикарный все-таки ЖК построили. Высоко, просторно, и вид бомбический открывается с тридцатого этажа. Особенно ночью. Всю столицу видно. Интересно, Аве бы понравилось? Любопытно, где они с сыном живут?

А впрочем, какая мне разница!

А у Димы сегодня тренировки нет…

Проклятье!

Одергиваю себя. Думать о чем угодно, только не о насущной проблеме, – не выход. Образцов уже дыру своим цепким взглядом в моей черепушке высверлил. Насел и слезать не планирует, судя по всему.

– У тебя есть кто-то, кто смог бы нам помочь, Яр? Подруга, знакомая, бывшая.

– Адекватных нет.

– А неадекватных?

– А неадекватные наделают столько шума, что после статьи о тайной свадьбе мы будем запускать статью о скоропостижном разводе и фееричном завершении моей профессиональной карьеры.

– Ладно, понял. У меня есть на примете одна девчонка. Хорошая, спокойная, за славой не гонится, а вот деньги не помешают. Я ей наберу, – хватается Стас за телефон.

– А ребенок? У нее есть ребенок?

– Черт. Ребенка у нее нет. Хм, – задумчиво тянет друг, – где можно нанять ребенка, как думаешь? Начинающего актера?