Жёстче мести - Виктория Ранд

На стол Виктором опустился недопитый стакан бренди. Как он пьет этот напиток?

Рассказывать Артуру о том, почему я стремительно исчезла не стоило. Ни к чему ему знать о подвальном инциденте.

Честно сказать, было очень интересно наблюдать, как наркоман строит из себя аристократа. Нужно было поступать на психологический. Думаю, для дипломной работы отличный экземпляр.

— Пойдем?

— Да, — мой голос звучал уверенно, что выглядело странно даже для меня самой.

Должно быть, Виктор думал, что я стану умолять его на коленях прямо перед этим Артуром, но этому не бывать. Как он сказал, «наберусь опыта». Только возвращаться я сюда больше не намерена.

Виктор попрощался с Артуром, все также не поднимая на меня взгляда. И только когда я дошла до входной двери, почувствовала, как меня насквозь прожигают черные глаза.

Очень сильно хотелось обернуться, чтобы посмотреть в них последний раз. В глаза того монстра, что запер меня в своей «кладовке» и грязно пользовался моим телом и положением.

Я решила показать ему, что он теряет. Задрав воздушную атласную юбку, оголила ягодицы в кружевном белье. Мой маневр видел только он, и на последней секунде я все-таки обернулась, чтобы посмотреть.

Он стоял в проеме, в упор глядя на меня. Как обычно властный, непокорный и жестокий. С искрами пламени в глазах.

* * *

Дом Артура был шикарным. Конечно, он уступал особняку Виктора, но зато здесь не присутствовало той черноты, которой были пропитаны стены, как и душа хозяина. Отсутствовала вычурность, фонтаны. Много светлого дерева, уютных мелочей в качестве свечей и декора. Были даже комнатные цветы. Это все смягчало обстановку и больше напоминало мой дом. Мысли вновь навеяли образ отца.

Если верить Виктору, что папа знает, где я нахожусь, а я могу только в это поверить, а не в то, что мой отец убийца! Значит, мне срочно необходимо придумать, как сообщить о моей дислокации. Возможно, удастся договориться с Артуром. Нужно только обаять его по полной. Кажется, он и так от меня без ума, нужно этим воспользоваться. Еще я надеюсь, что он не будет меня запирать, как это делал Виктор.

Артур провел мне небольшую экскурсию по своему дому. Оказывается, он большой ценитель вина и уже имеет свою приличную коллекцию редких бутылок. Он рассказал мне о виноградах самого высокого качества, которые используют только для небольших партий. Еще о том, что плоды достаточно чувствительны к малейшим изменениям микроклимата, и им достаточно небольшого изменения температуры или влажности, чтобы изменить вкус вина.

Артур объяснил, что редкое вино — одно из тех вложений, ценность и качество которого со временем только повышается.

— Редкое вино — хорошая инвестиция, которая может принести впоследствии высокую прибыль.

— Видно, что ты в этом разбираешься, — старалась поддержать беседу.

Затем он мне показал свою гордость — самый редкий экземпляр в его коллекции. А после подошел к другому стеллажу.

— Любишь Францию?

— Была там один раз, полный восторг.

— Это одно из моих любимых, — показал на взятую им бутылку. — Не коллекционное, но вкус достойный. Ты должна попробовать.

Поднимаясь из погреба по лестнице, он придерживал меня за талию. Мужчина с приличными манерами, хорошим вкусом. При других обстоятельствах он бы мне понравился, но было одно, но, которое наотрез отворачивало меня от этого человека — пагубная привычка к наркотикам. Для меня это важный критерий. Даже для простой симпатии.

Глава 9

Разлив вино по бокалам, мы сели за стол, на котором были расставлены шахматы на доске. Интересное заявление.

— Принести закуски?

— Да.

Есть я вовсе не хотела, но и опьянеть раньше времени в мои планы не входило. Через несколько минут рядом на столе стояла тарелка с горгондзолой, шоколадными трюфелями и инжиром.

Взяв кусочек инжира, положила его в рот. В сочетании с красным полусладким вкус был изумительным. А взгляд Артура, аппетитно следящий за моими движениями, говорил о том, что он не против положить мне в рот что-нибудь другое.

— Очень вкусно.

Он одобрительно кивнул и отпил из своего бокала.

— Ты ходишь первая.

Бестактно сажать человека за шахматный стол, не поинтересовавшись о том, умеет ли он играть. Меня это не пугало, я умела и довольно неплохо. Сделала первый ход.

Что и требовалось доказать. Уже на двадцатой минуте я поставила ему мат.

— Блестяще, — облизнулся как кот.

Кажется, самолюбие его не задето, но блеска в глазах поубавилось.

— Благодарю, — думаю, он практиковался только в онлайн-играх, а после демонстрировал свое «умение», если это можно так назвать, спутницам, гостившим один вечер. Я же явно вызывала в нем больший интерес. Создавалось ощущение, что хочет показать мне нечто большее, чем просто коллекцию вина и вялую партию в шахматы. Пока это для меня оставалось загадкой, я решила его поддержать. — Это была достойная партия.

Пауза затянулась. Он молчал и по-прежнему облизывал губы, подтверждая мои домыслы. Сейчас до его фантазий мне не было никакого дела. Нужно с чего-то начать разговор обо мне. О важном.

Давить на жалость и рассказать правду или юлить и попросить сделать хотя бы звонок?

Артур поднялся и обнял меня со спины. Положив руки на плечи, бесцеремонно втянул воздух возле моей головы.

— Люблю красивых и умных женщин, — ладошки его медленно поползли вниз по моим рукам. — Люблю по-особенному, — снова втянул воздух.

Какая гадость. Зачем он это делает?

— Для меня важно, чтобы женщина ощутила себя любимой и полностью удовлетворенной в интимном плане.

— Мне кажется, ты спешишь.

— Ты гостья моего дома всего на сутки, а время быстротечно.

— Сутки? — уточнила. Виктор не говорил ничего про время, но я думала, его будет явно больше.

— Виктор мне дал тебя всего на сутки, а планы у меня большие, — демонстративно уткнулся твердым членом между лопаток.

— Боже, — изумилась от его напора и размера.

— Тш-ш-ш, — вновь наклонился, но на этот раз отодвинул волосы и поцеловал в шею. — Все будет по нарастающей. От нежности к безысходности. То, что я дам тебе, уверен, ты не испытывала ни с одним мужчиной. Многие женщины об этом мечтают.

— Я не понимаю, о чем ты.

— Множество оргазмов, словно слои, накрывают друг друга. Грань реальности рассеивается. Тело не поддается описанию и контролю, — еще поцелуй и еще. — Тебе захочется просить меня о пощаде, но стоит мне остановиться, будешь умолять, чтобы продолжил.

— Я не хочу так.

Он вразумил себе, что его слова должны возбудить меня, но все было в точности до наоборот. Мне даже страшно не было, а только мерзко. Интересно, ему правда Виктор рассказал