Второй поцелуй - Анастасия Таммен

– Уже иду! – крикнула я. – И кстати, самоубийцы не предупреждают заранее. Только если хотят, чтобы их остановили!

– Мне все равно. У меня сейчас мочевой пузырь лопнет.

Я хихикнула, спрятала телефон в карман и вышла из уборной. Джейми, пританцовывая, проскочил мимо меня внутрь. На долю секунды я подумала о том, чтобы дождаться его и вместе пойти в столовую, но потом оставила эту мысль. Я взрослая независимая женщина, и встреча с бывшим не способна выбить меня из колеи. К тому же у меня есть красавчик жених.

Столовая выглядела точно так же, как семь и, наверное, сто семьдесят семь лет назад. Добрых три четверти комнаты занимал длинный деревянный стол, за которым в девятнадцатом веке сидели сами королева Виктория и принц Альберт во время своего визита на остров. Здесь как раз строился форт, который позднее назвали в честь принца Альберта. Я провела ладонью по спинке стула, на котором обычно располагался Сэм. Дерево было темно-коричневым и теплым на ощупь. Пока мы с Сэмом встречались, его родители часто устраивали обеды, на которые звали и моих маму с папой. Во время семейных посиделок Сэм гладил подушечками пальцев мою ладонь, посылая по всему телу мурашки.

Звон разбившихся тарелок послышался из кухни, которую отец Сэма много лет назад перенес из подвала в игровую комнату для бриджа, примыкавшую к столовой. Не раздумывая, я бросилась к распашным дверям. Внутри на белом мраморном полу царил хаос из фарфоровых осколков и красного рагу, а в центре находился Сэм. На его руках, джинсах и бежевом свитере блестели капли подливки.

– Проклятие, – прошипел он, стряхивая с рук остатки ужина.

На шум примчался Барни, но я мягко вытолкала его обратно в столовую, чтобы он не порезал лапы.

– Жди здесь, – сказала я и повернулась к Сэму, закрывая за собой дверь: – Ты в порядке?

Он резко кивнул, схватил полотенце и принялся вытирать капли со свитера, но делал только хуже, размазывая их по светлой ткани, обтягивающей его широкую грудь. Выглядело это так, будто Сэма истыкали ножом для стейка, и теперь он истекает кровью.

Я подбежала, перепрыгивая через осколки, и посмотрела на его руки. Понять, есть ли на них кровь, было невозможно.

Раньше я могла часами любоваться его красивыми длинными пальцами. Мама говорила, что я сумасшедшая – обращать внимание на такие мелочи, но руки Сэма были произведениями искусства.

– Ты поранился?

– Нет. – Он избегал моего взгляда. – Хотел в одной руке донести тарелки, а в другой – столовые приборы. Не понимаю, как официанты это делают.

– Хорошо, что миссис Хиггинс вернется через неделю, – поддела я его. – Без нее вы пропадете.

Я размотала рулон бумажных полотенец и застыла, не зная с чего начать. Проще было бы взять шланг, как на ферме Уильяма, и вымыть всю кухню вместе с Сэмом. Моя больная фантазия услужливо нарисовала картинку: мокрый до ниточки Сэм трясет головой, словно пес после купания. Сердце сжалось от умиления.

– Подозреваю, что Арун покорил тебя умением жонглировать десятью чашками и блюдцами сразу?

Наши взгляды схлестнулись, и по спине побежали мурашки. Я вдруг поняла, что стою на расстоянии вытянутой руки от Сэма и, если сделаю один маленький шаг вперед, смогу его обнять. Или нанести парочку настоящих ножевых ранений.

– Ты знаешь, что путь к моему сердцу лежит не через желудок.

Я отвернулась и принялась стирать остатки соуса с кухонного шкафчика, пытаясь скрыть, как сильно на меня действует его близость.

– Честно говоря, не знаю, – задумчиво пробормотал Сэм.

Краем глаза я заметила, как он прошел к подсобке, ведущей в винный погреб, и взял мусорное ведро с совком с веником.

– Арун позволяет мне работать столько, сколько я пожелаю.

– Не думал, что женщине в наше время нужно для этого разрешение.

Я намочила бумажное полотенце и стерла красные разводы с белых кухонных фронтов.

– Ну, ты вот мне не разрешил.

Совок с только что собранными осколками упал на пол. Барни за дверью принялся скулить.

– Прости, что? – возмутился Сэм.

Я резко распрямилась и уперла руки в бока.

– Ты был против, чтобы я работала на Би-би-си после университета.

– А как я должен был отреагировать? У нас с тобой было два года отношений на расстоянии, пока я учился в Оксфорде. И я был готов потерпеть еще три, пока ты будешь учиться в Голдсмите. Но неужели ты серьезно думаешь, что твоя идея продлить эту пытку должна была меня обрадовать? К твоему сведению, пока мы встречались, меня в Оксфорде прозвали монахом, потому что я от девушек начал шарахаться. Верность тебе хранил!

– Ну я-то терпела и не жаловалась!

– Черт возьми, мне было двадцать три, и я хотел видеть тебя каждый день, а не только на каникулах и иногда на выходных. Думал, что вернусь домой и ты будешь рядом. Все время. Постоянно.

– Это эгоистично, – хмыкнула я.

– С тобой невозможно разговаривать, – бросил он, нагибаясь и снова поднимая совок. – Кстати, «против» и «не был рад» – это разные вещи. Ты как журналист должна понимать разницу. Но, может, в реалити-шоу такие нюансы не важны?

Несносный душнила! Вот кем был и оставался Сэм.

– Вы что, убили наш ужин? – с горестным стоном спросил Джейми за моей спиной.

– Жестоко и хладнокровно.

С этими словами я развернулась и вышла из кухни. Вытащила телефон и набрала сообщение Кейт.

Я присела на стул во главе стола, но с противоположной стороны от дверей на кухню, и принялась гладить за ухом подошедшего Барни. Сэм говорил так, будто я одна виновата в том, что мы расстались, хотя это он вычеркнул меня из своей жизни, когда я отказалась плясать под его дудку.

Ну ей-богу, какая восемнадцатилетняя девчонка, перед которой открываются безграничные перспективы в одном из лучших университетов мира, согласится вернуться на крохотный нормандский остров, чтобы стать женой сына губернатора и вести по праздникам радиопередачи? Ну?

Телефон в кармане завибрировал.

Передо мной на стол опустилась тарелка с бутербродами. Я подняла взгляд на подошедшего Джейми.

– Вот это я понимаю, великодушный прием! – саркастично цокнула я языком. – Кусок хлеба с сыром.

– И с маслом. Но мне уже все равно. Я такой голодный, что готов сожрать свою подошву.

Во время ужина я сидела с одной стороны стола, а Сэм и Джейми – с другой. Мы