Второй поцелуй - Анастасия Таммен

мы остановились на подъездной дорожке из гравия перед трехэтажным особняком восемнадцатого века. Свет лился лишь из пары окон на первом этаже. Стены из серого камня, частично увитые плющом, казались неприступными, но в кровельном покрытии зияли темные дыры. Многовековому саду вокруг особняка тоже досталось: среди деревьев грудами лежали поломанные ветки, а скамейка под дубом, на которой мы не раз целовались с Сэмом, оказалась перевернута.

– Я думал, ты обычный политик, – сказал Джейми, отстегивая ремень безопасности.

– Этот дом уже два века как принадлежит моей семье, – сухо ответил Сэм и повернул ключ в замке зажигания. Громко бурчащий мотор затих. – Я его не строил и не покупал, но собираюсь позаботиться о том, чтобы еще как минимум десять поколений могли здесь жить.

Учитывая, что Сэм был единственным ребенком Роберта и Мэри, его заявление подразумевало наличие собственных детей. Неужели на пороге меня все-таки встретят голубоглазые ангелочки? А рядом с ними женщина, которая делит с Сэмом постель? Пресвятая богородица, пощади! Стараясь скрыть панику, я насмешливо сказала:

– Сэм – настоящий английский лорд. Так что, даже если он станет прибедняться, не забывай, с кем имеешь дело.

– О, – только и сказал Джейми.

К моему удивлению, я услышала в его тоне пренебрежение. Особого преклонения перед титулами я тоже не ощущала. Когда Сэм сделал мне предложение, последнее, о чем я думала, – это о возможности стать леди Стоун.

Мы выбрались из машины, взяли сумки и направились к высоким двустворчатым дверям из темного дерева. Мне стоило помалкивать, но одна мысль не давала покоя.

– А детей ты уже успел наклепать? А то вдруг некому будет десять поколений подряд восхищаться твоим самоотверженным трудом.

Сэм сдержанно улыбнулся.

– Я активно работаю и над этим. Можешь не волноваться о моем потомстве.

Я подавилась слюной, на долю секунды представив, как именно он работает над произведением потомства. Пока кашляла, перед глазами мелькали две аппетитные ямочки чуть ниже его поясницы.

Мы подошли к дверям, и Сэм, быстро приложив большой палец к маленькому датчику справа на стене, надавил на массивную резную ручку из металла. Пересечение прошлого и будущего в одном мгновении. Как это похоже на Сэма. Мы по очереди зашли в длинный холл, застеленный бордовым ковром. На стенах висели все те же портреты лордов и леди Стоун, и пахло лилиями – любимыми цветами Мэри.

Вдруг раздался топот, и в следующую секунду из дверей, которые, я знала, вели в гостиную, выбежал лохматый сенбернар.

– Боже мой, это Барни? – поразилась я.

Я знала его щенком, который помещался у меня на ладонях, а теперь это была огромная псина размером с откормленного пони. Он радостно гавкнул, заметив нас.

– Тихо, – приструнил его Сэм. – Родители наверняка уже спят.

Пес завилял хвостом, тут же послушно перейдя на шаг.

– Барни совершенно безобидный, – сказал Сэм. – Мне кажется, он даже не знает, что у него есть клыки. Смысл его жизни заключается в том, чтобы лежать у камина и давать чесать себе брюхо.

Пес обнюхал Джейми и, уткнувшись мокрым носом в мою ладонь, дернул головой в сторону Сэма, заскулил, снова посмотрел на меня, резко поднялся на задние лапы и положил передние мне на плечи. Мои колени дрогнули под его весом. Огромные карие глаза оказались на одном уровне с моими. Клянусь, он смотрел так, будто узнал меня.

– Барни, оставь Роуз в покое, – потребовал Сэм, но пес никак не отреагировал.

Вместо этого он положил морду мне на плечо и прижался холодным носом к моей шее. Мой сладкий мальчик. Я обняла его и почесала за ухом.

– Воссоединение века. – Джейми улыбнулся, а потом погладил себя по животу. – Надеюсь, у леди Стоун найдется корочка хлеба для бедного изголодавшегося путника?

До меня не сразу дошло, что Джейми подразумевает не мать Сэма, а его жену.

– Мы еще не поженились, но с радостью познакомлю вас с Харпер, когда она вернется из Лондона, – сказал Сэм. – А пока пойду займусь ужином.

Я с облегчением выдохнула, но расслабиться толком не успела, потому что в этот момент Сэм глянул на меня и спросил:

– А что насчет тебя, Роуз? Успел тебя поймать в свои сети какой-нибудь лондонский красавчик?

Нет, Сэм, я совершенно одна. После тебя никто так и не смог завоевать мое сердце, потому что, похоже, все эти семь лет оно оставалось с тобой. Не мог бы ты мне его вернуть, пожалуйста?

– Я обручена! – вырвалось у меня вместо чистосердечного признания, а пальцы плотнее обхватили спину Барни, который даже и не думал отходить от меня.

На крохотную миллимикронаносекунду мне показалось, что Сэм расстроился, но уже в следующий момент он беззаботно уточнил:

– И как зовут этого счастливчика?

– Арун!

В какой момент язык зажил своей собственной жизнью и начал выдавать неконтролируемую ложь? Мои щеки запылали. Барни, будто почувствовав охватившую меня панику, опустился на четыре лапы и сел у моих ног.

– Бариста из кафе напротив твоего дома? – поразился Джейми.

Черт, я забыла, что, когда они с Биллом заезжали за мной в дни съемок, Джейми частенько забирал мой ванильный латте из кафе, пока я пытался соскрести себя с кровати.

– Нет, – отмахнулась я. – Его начальник. Хозяин кафе.

– Хозяина зовут так же, как и бариста?

И ради этого дотошного предателя я согласилась жить в одном доме с бывшим?!

– Представь, вот такое совпадение, – хохотнула я, сигнализируя Джейми губами, бровями и глазами, чтобы он подыграл мне. – Кстати, ты видел нас вместе на летнем барбекю.

Джейми прищурился, замер на пару мгновений, а потом резко открыл рот, наконец раскусив мою неумелую ложь.

– Ах, этот Арун… Да-да, прекрасный пакистанец.

– Индус, – поправила я.

– С тюрбаном.

– Мы с ним идеальная пара, правда, Джейми?

– Нереальная. Прям как из сказки.

Я предупреждающе сверкнула глазами, повернулась к Сэму и невинно улыбнулась. Он с недоумением переводил взгляд с меня на Джейми и обратно.

– Верхнюю одежду можно оставить вон на той банкетке, – сказал он после того, как тряхнул головой, точно избавился от мусора, которым мы его напичкали. – Вот за этой дверью – уборная. А я буду ждать вас в столовой. Она вон там. Вы пока располагайтесь, а я разогрею рагу из баранины. Барни, иди в гостиную.

Пес повесил голову, но послушно поплелся обратно.

– А где миссис Хиггинс? – спросила я.

Она была экономкой в этом доме еще до рождения Сэма, но в первую очередь отвечала за то, чтобы никто из домочадцев не умер с голоду.

– Мы пока отпустили служащих. У кого не пострадал свой дом, тот помогает близким.

– Но