Дай мне развод - Ария Тес

до конца» или в «костер», но на третьи сутки поняла, что…все это просто бессмысленно. Барахтаюсь, как дурочка, а по итогу что? Страдаю больше я, чем он. Развлекается сейчас, и я могла бы. Учиться, ходить куда-то, но нет. Мой глупый бунт навредил больше всего мне, а какой в нем смысл? Я ведь действительно все знала. Согласилась. Потом придумала то, чего нет, и теперь пожинаю плоды. Надо просто подвести итог и смириться. Сдать назад. Вернуться в зону своего комфорта. Так, хотя бы я буду иметь подобие нормальной жизни…Да и верность…любовь…может и ну его? Буду продолжать существовать в собственной, простой жизни. Как-то. Придумаю как, выжила же в доме своего отца с мачехой-мегерой, которая вечно клевала меня по поводу и без. Выживу и теперь.

К сожалению, мне приходится признать, что…ну не тяну я на эту битву. Точнее как? Битву то закрутить легко могу, но идти напролом только в теории звучит, как что-то интересное и потрясающее, а по факту это означает терять и терять. Еще раз терять. Потом еще. У него есть деньги, связи и возможности, а я просто сиротка при живом отце, и помощи попросить ни у кого не могу. Я не могу!

Поэтому когда на седьмой день ночью я чувствую, как прогибается постель под весом тела, не вскакиваю, не извиваюсь ужом, а терплю. Запах алкоголя, его руки на своем теле и его пьяный шепот.

- Здравствуй, Дарина…я дома. Ты меня ждала?

Нет. Лучше бы ты не приезжал.

Жмурюсь и стойко молчу, слышу бархатный смешок на ушко.

- Я знаю, что ты не спишь, мой зайчик. Можешь не притворяться.

- Ты пьяный.

- Так ты меня ждала?

Молчу. Снова усмехается, а потом вдруг резко поворачивает на спину, но никаких следов веселья на лице не наблюдается. Напротив. Ильяс серьезен, зол, возможно, и ему точно не до улыбок. Изучает долго. Слишком долго, чтобы это считалось нормальным, а я все еще не знаю, как на это реагировать. Поэтому затаилась и молчу, жду и, наконец, получаю.

- Ты подумала над моими словами?

Черт…как горько это признавать. Но что поделать? Путем шантажа и дикого давления, он получает то, что хочет. Отворачиваюсь к окну и шепчу то, что говорить совсем не хочется, а надо…

- Я все поняла.

Выбираю самую лояльную формулировку, ведь «я готова терпеть твои измены» или «я пришла в себя», мне совсем поперек горла. Нет, не готова. И нет, не пришла, потому что я «из себя» и не выходила.

- Это хорошо. Я рад слышать, - Ильяс касается моих волос, потом переходит на щеку и вдруг хрипло шепчет, - Если тебе от этого станет легче, то она для меня ничего не значит.

О да. Легче. Усмехаюсь и силюсь немного отодвинуться, ведь по факту…я для него тоже болтаюсь примерно на том же уровне. Какой смысл сравнивать нашу «значимость», если мы на дне?

- Дарина… - предостерегающе, - Ты вроде все поняла? Угомонись.

- Да, поняла, - отвечаю холодно, снова глядя ему в глаза, - А теперь слезь с меня. Наш брак не включает в себя твои касания.

- Ты — моя жена. Это залог моих касаний. Тем более…

Вторая ладонь опускается мне на бедро, что я рефлекторно пытаюсь остановить, вцепившись в запястье. Спойлер: его не останавливает. Он будто не чувствуют, ведет выше, пока не добирается до ягодиц, которые сильно сжимает.

- …Как ты будешь рожать моих детей, если мне тебя не касаться?

Что?! Расширяю глаза и забываю обо всем, включая осторожность. Выпаливаю.

- Мы же договорились! Дети после окончания моей учебы, Ильяс!

- Потренироваться я хочу уже сейчас.

На губы обрушивается жесткий, властный поцелуй, от которого я по-прежнему пытаюсь улизнуть. Нет! Какая гадость…вошкаюсь глупо, но его хрен сдвинешь! Так бесит…меня раньше тянула его форма и сила, но теперь…нет, теперь только отталкивает и раздражает! Кое-как мне удается отпихнуть его и выпалить:

- Пусти! Я не хочу тебя!

Ильяс тут же щурится.

- А я хочу. Жену не видел целую неделю.

- Будто тебе есть дело!

- Ты права. Его нет. Но ты принадлежишь мне по праву, поэтому…

- И что?! Будешь меня еще и насиловать?! - голос срывается на слезы, - Давишь, хватаешь…

- Напоминать надо, почему я тебя схватил?

- Не надо. Я хорошо помню, - ершусь, - Потому что ты мне изменяешь, а мне это не нравится.

- Потому что ты много себе позволила.

Холодно. Ильяс двигается ко мне ближе, укладывается поудобней, так сказать, щурится.

- Я никогда тебя не хватал, как ты выразилась. Или что? Скажешь, не так было?

- Было, но…

- Без «но». Я бы и не схватил, ты по сравнению со мной боевой хомячок.

- А ты животное!

- Дарина!

Срывается на рык, но что там? Я уже завелась и не в «том» смысле. Отпихиваю его, с силой вонзив пальцы в рубашку.

- Ты мне изменил! А я…

- Мы снова возвращаемся к этой теме?! - повышает голос, - Я сказал уже все, что тебе надо знать!

- Я тебя ненавижу!

Так жгут меня эти слова. Так необходимо их выпалить, но они, однако, никак не смущают Амаева. Напротив. Радуют. Вдруг, на его лице расцветает улыбка, а потом он ломает остатки моего жалкого сопротивления, двигается ещё ближе и шепчет.

- Так ли ненавидишь?

- Так. Слезь с меня! Ты не имеешь права!

- Ты — моя жена!

- Хватит это повторять! Я тебе нужна, чтобы рядом улыбалась, а не для этого! Понятно?! Так что…черт, да слезь ты наконец! Я тебя не хочу!

Пожалуйста, пусть в тебе останется хотя бы капля человечности…и она есть. Ильяс скатывается с меня, потом упирает основания ладоней в глаза и вдруг начинает тихо смеяться.

- Как вы бабы умудряетесь вынести мозг всего за десять минут? Я поражаюсь…

А я сейчас стошню. Спасибо, что снова напомнил какой ты кабель, хотя я этого никогда и не забуду.

Игнорирую, потому что смысла обсуждать что-то…его просто нет! Переворачиваюсь на бок, двигаюсь максимально подальше и плотно закрываю глаза. Спать. Да. Утро вечером мудренее…

Месяц спустя

Мне хватило произошедшего, чтобы мое сопротивление сдулось, как воздушный шарик. Потому что страшно. Но знаете, что я отвоевала? Нет, «отвоевала» звучит слишком «велико», мои то достижения вряд ли можно назвать таким весомым словом. Война была свернута еще на этапе подготовки орудий ближнего