Испанец. Дерзкий корсар - Арина Теплова

– Прошу вас отобедать у нас, Сергей Данилович. А после я сам провожу вас в заказанные для вас комнаты на Александровском проспекте. Там самый престижный квартал и доходный дом один из лучших в Одессе.

– Благодарю вас за хлопоты, мы, конечно, отобедаем с вами, – закивал довольно Оленев.

– Эй, Липатий! – окрикнул дворецкого Протасов. – Проводи наших дорогих гостей в гостиную да прохладного чего налей им с дороги.

Слуга услужливо поклонился, засеменив впереди Оленевых, показывая им дорогу.

– Идем-ка со мной, паршивец, – буркнул сердито Протасов, когда они с сыном остались одни в парадной. – Поговорим чуток.

Закрыв дверь кабинета, Михаил обернулся и нахохлился, словно воробей. Он кожей чувствовал негодование отца.

– Думал, ты в казарме, а ты шатаешься невесть где! – обвинительно заявил Протасов-старший.

– Батюшка, я лишь встретил вашу невесту. Не дай Бог она заблудится.

– Не по тебе каравай моя невеста, Мишка, – угрожающе вымолвил Иван Романович с ревностью. – Узнаю, что хоть пальцем притронулся к Александре Сергеевне, шкуру спущу!

– Я и не смотрю на нее вовсе! – с обидой в голосе ответил Михаил. – Хотел вам только подсобить. Встретил, проводил. Оленевы довольны остались.

– Хитрец! – буркнул Протасов-старший, усаживаясь в свое любимое кресло за секретером. – Что, думаешь, я прощу твою дерзость, раз ты так расстарался? Нет уж.

– Батюшка, и что вы опять гневаетесь?

– Не гневаюсь, а повторяю еще раз. Блудную Лариску тебе в женах не видать! Не хватало еще, чтобы судачили, что у меня сноха продажная девка.

– Она дочь купца, батюшка, и…

– Даже не заикайся про нее! – процедил Иван Романович, грохнув кулаком об стол. – Знаю я все. Под ее юбкой пол-Одессы побывало. И тебя, дурака, она только пользует!

– Это не так.

– Я тебе сказал свое слово, Мишка! Еще раз узнаю, что ходил к ней, лишу наследства!

– Как это, батюшка, лишите? – ощетинился молодой человек. – По законному праву я ваш единственный законный сын и наследник.

– Это по закону. Напишу завещание и укажу там кого другого, – с угрозой заявил Иван Романович.

– Кого это другого? – нахмурился Михаил, даже не сомневаясь, что отец этого не сделает и только стращает. – На церкву, что ли?

– Зачем? У меня теперь невеста имеется. Красавица, умница, послушна аки агнец, смиренная и добрая. Народит мне детишек, на нее и деток от нее все и перепишу. Она и будет наследницей. А ты иди гуляй дальше к своей блудной Лариске.

– Вы не сделаете этого, батюшка, – прошипел Михаил уже напряженно.

– Сделаю, мое слово верное, – грозно заявил Протасов. И, видя, как побледнел сын, твердо добавил: – Что, испужался? И то верно, надо тебе бояться того. Знаешь ведь, что Лариска тебя с голым задом не примет. Ей деньги нужны, а тебе шиш с маслом!

– Батюшка, не надо этого, – повинился молодой человек, понимая, что попал в скверную историю.

Михаил смертельно побледнел. Он боялся, что, если отец узнает о том, что произошло две недели назад, он точно оставит его без денег.

– Пшел вон, не желаю более говорить с тобой, непутевый.

Одесса, особняк Протасовых

1831 год, Май, 21

Саша пребывала в лихорадочном состоянии. Сегодня, в день помолвки, с самого утра к ней пожаловала модистка, которую нанял отец, чтобы подогнать до полудня платье. Саша послушно стояла, пока швея делала свою работу, и молчала, зная, что платье ей в пору, она же вчера уже выходила в нем. Однако модистка еще сильнее ушила платье в талии, заявив, что корсет затянет девушку сильнее и ткань будет висеть. Саша опять не сказала ни слова, ведь вчера она ходила на был без корсета.

После обеда к девушке поднялась горничная, которую отец нанял на несколько недель, для того чтобы помогать дочери. Хотя Саша и не нуждалась в прислуге, умея все делать сама, спорить с отцом она не решилась. Ксюша, так завали горничную, была говорлива и улыбчива, она очень старалась угодить барышне и постоянно спрашивала обо всем.

К семи вечера Сашенька, полностью облаченная и элегантно причесанная по моде, вместе с отцом отправилась в дом Протасовых. Он находился в трех кварталах, оттого они пошли пешком. На улице было сухо, и девушка радовалась тому, что ее платье останется чистым.

Вся официальная церемония прошла быстро. Иван Романович объявил всем о предстоящем в скором времени венчании и о том, что Сашенька отныне его невеста. Приглашенный поп благословил обрученных серебряным крестом, прочитав до того небольшой церковный канон, и все многочисленные гости разошлись по двум гостиным, столовой и чайной. Везде были накрыты фуршетные столы с закусками и обилием напитков. Сашенька осталась подле жениха, как велел ей батюшка, и почти два часа к ряду, как и положено, принимала поздравления и приветствия от прибывших на помолвку гостей господина Протасова.

Чувствуя себя вполне комфортно рядом с женихом, который был обходителен с ней и любезен, Саша думала о том, что, наверное, все же сможет ужиться с Иваном Романовичем. Да, полюбить она его, конечно, не сможет, но уважать и быть верной ему вполне.

Он обеспечит ей спокойное безбедное существование, как сказал батюшка поутру, она же подарит ему свою молодость и наследников. Все будут счастливы. Все, кроме Саши. С детства мечтала покинуть пансион и стать свободной. А теперь ее вновь запирали в клетку, только теперь это был плен замужества. Правда, девушки из пансиона говорили, что замужние дамы обладают большей свободой, нежели девицы на выданье, и только на это Сашенька и надеялась. Что Иван Романович не будет сильно опекать и ограничивать ее.

Эти мысли терзали ее головку, пока она с Протасовым и батюшкой стояла в центре зала и принимала поздравления от подходивших гостей. Девушка тихо вздыхала, стараясь научиться жить по-новому, а точнее, рядом с будущим мужем.

Она очень хотела, чтобы ее любили. Точнее, ей думалось, что можно заслужить любовь своего батюшки и Ивана Романовича, если она будет послушной и правильной. Рано лишившись матери, а потом запертая в пансионе, Сашенька все прошедшие годы получала лишь крохи любви, в основном от пары подруг в пансионе, от таких же несчастных девиц, как она. И это, естественно, не могло заменить ей трепетную любовь родных, отца с матерью, а она так нуждалась в душевном тепле и ласке. Потому сейчас Саша очень старалась угодить будущему мужу, чтобы он полюбил ее.