Эльфофобия - Таша Алферьева

* * *

На следующий день дивных взяла в оборот Ния. За завтраком сама подсела к ним с расспросами о способностях, потеснив четвёрку девиц, успевших присоединиться к эльфам до её прихода. Мы завтракали вместе с Гордэном. Друг украдкой вздыхал, глядя на Кассандру, компанию которой добровольно пожелал составить Эдриан. Безнадёжно влюблённый в мою подругу парень искренне полагал, что его чувства абсолютная тайна для окружающих, в том числе для объекта обожания, и, само собой, глубоко заблуждался.

Вовсю шла подготовка к Осеннему балу. Украшалась зала, сооружались декорации для выступления любительского театрального кружка и прочих талантливых учеников. Одни собирались петь песни, другие читать стихи.

Рукодельница Ния изготовила огромные искусственные цветы из фатина и кружева. Накануне вечером я, Касси и Гор развешивали их по стенам, дополняя стеблями и листьями — зелёными атласными лентами.

— Красиво, — восхищённо произнесла подруга, отойдя на несколько шагов и любуясь тем, что у нас получалось. Мы с Гордэном пыхтели сверху, стоя на раздвижных приставных лестницах. До прихода Нии Касси по очереди страховала то одного, то другого. — Последние цветы осени, напоминание о лете, взрастившем их своей теплотой и заботой. Эли, поправь вон тот жёлтый лепесток, он некрасиво поник… Да, справа… Ой, подожди! Я подержу.

— Осторожно! — испуганно закричал Гор, увидев, как моя лестница начала скользить вбок.

Я попыталась зацепиться за стену. У меня даже получилось несколько мгновений балансировать, изображая из себя балаганного акробата. А потом… Подруга взвизгнула, не успев дотянуться, да и вряд ли бы у неё получилось остановить столь тяжёлую конструкцию в полёте. Я зажмурилась, готовясь к удару. Что ж так не везёт-то с этим балом⁈ Сначала просто идти не хотела, теперь, вообще, ходить не смогу…

Фух! Кажется, устояла. Обошлось. А то второй раз за седмицу такое нелепое падение…

— Спасибо, Курт, — дрожащим от волнения голосом поблагодарила Касси.

Я посмотрела вниз. Лестницу крепко держал Лишер.

— Спускайся, — сурово потребовал он, невольно заставляя чувствовать себя виноватой, словно я чем-то насолила маркизу и теперь как шкодливая кошка спасалась от него на этой неустойчивой верхотуре.

Курт выровнял лестницу, дождался, пока слезу, и подал руку.

— Спасибо.

— Чем вы здесь занимаетесь? — поинтересовался нечаянный спаситель у всех сразу.

— Развешиваем украшения, — охотно ответила Касси. — Немного увлеклись. Забыли об осторожности.

— Я заметил, — хмыкнул Лишер. — Давайте помогу. Что надо делать?

Мы с друзьями переглянулись: поможет? Он, наверное, даже имён наших не знает.

В зал вошла Ния с ворохом бумажных гирлянд и, быстро оценив обстановку, раздала соответствующие указания. Её гораздо больше заботили свободные руки присутствующих, чем степень их знакомства друг с другом. Дело сразу пошло на лад. Чуть позже прибежали ещё несколько парней и девушек и вскоре зала была полностью готова к главному событию осени.

Весельчак Виор, не столько помогавший, сколько развлекавший нас всё это время, предложил отметить окончание работ и как фокусник вытащил из-за пазухи квадратную бутыль с тёмной жидкостью. Большинство девушек сморщило носик — явно не яблочный сидр или лёгкий мятный ликёр, который повара готовили для адептов и преподавателей на завтра. Похоже, Виор незаконно хранил в комнате спиртное покрепче. Мы с Нией прекрасно поняли какое и отправились поправлять бантики, украшавшие край сцены.

— Слушайте сюда, — обратился Виор к решившимся составить ему компанию адептам. Парни уселись прямо на полу возле собранных в кучу переносных лампад. — Вы, наверное, знаете, что всё лето в «Подкове» танцевала загадочная южанка с Галлаоских островов? В дни её выступлений в таверне было не протолкнуться. Посетители лезли друг другу на голову, лишь бы видеть, как она порхает над подмостками. Иногда легко и невесомо, будто пёрышко, а иной раз так, что искры из-под ног летели и доски трещали.

— Ты сто раз это рассказывал, — перебил кто-то.

— Так вот, — ничуть не смутился Виор. — Недавно выяснилось, что на родину она не вернулась, осталась в Зирге. И осенью один раз даже выступала. Поэтому есть надежда увидеть Джану своими глазами. Надо только попросить хозяев таверны, чтобы они её пригласили, да заплатить хорошенько. Девица любит деньги.

— Предлагаешь пустить шапку по кругу? — скептически хмыкнул один из слушателей.

— Почему бы и нет?

— Ну не знаю. Стоит ли тратиться на какую-то танцовщицу.

Я не заметила, как вместо того, чтобы туже затянуть слабо завязанный бант, окончательно его распустила. Неужели то единственное выступление видел кто-то из адептов Истимора?

Толпа в осенний дождливый вечер собралась знатная. Отмечали выгодную торговую сделку, заключённую коневодом Джедом — одним из завсегдатаев «Подковы». Не столько пользуясь чужим благодушием, сколько сама пребывая в приподнятом настроении, я поддалась на весёлое подначивание и поспорила, что Джане под силу станцевать на накрытом столе, не задев при этом ни одной тарелки. Выигрыш — сто золотых, проигрыш — обещание снять маску. Рискованно, но я предусмотрительно оговорила кучу условий: стол выбрали побольше и покрепче, половину посуды унесли, остальную расставили предельно аккуратно. Джед посмеивался в усы, однако не возражал, поглаживая широкую, окладистую с проседью бороду.

Двое вышибал подбросили меня на стол. Зрители ахнули: им показалось, что танцовщица прыгнет прямо в тарелки, но она опустилась точно между ними и осталась стоять на полу пальцах в ожидании музыки…

Бородач нисколько не расстроился по поводу проигрыша, с большим удовольствием отсчитал нужную сумму и пообещал прийти снова, полюбоваться на танец. Я вернула половину и возразила, что он не увидит Джану до следующего лета. Вместе с началом учебного года загадочная южанка должна была исчезнуть. И она исчезла, но неужели кто-то успел заглянуть под вуаль её тайны?

— Эли, что ты делаешь! — недовольный возглас Нии заставил вынырнуть из воспоминаний и перестать распускать третий по счёту бант.

— Говорят, от её танца сносит голову как от хорошего самогона! — словоблудие Виора не знало границ. Этак он скоро до сакрального значения джиги договорится и объявит Джану богиней.

— Я бы посмотрел.

Зачем⁈ Разве подобное — иллийский народный танец — способно заинтересовать маркиза Лишера?

Не выдержав поселившегося между лопаток ощущения опасности, украдкой обернулась. Курт смотрел на меня пристально, будто в ожидании эмоций от услышанного. В полумраке светлые глаза почернели, делая взгляд тяжёлым и пронзительным. Не может быть!

— Опять знобит? — заметила Ния моё волнение.

— Нет. Кажется,