Эльфофобия - Таша Алферьева

— А если не выгорит? — куда деловитее поинтересовался Барт.

— Значит так тому и быть, — резонно пожала я плечами в ответ. — Одним единственным выступлением вашу клиентуру я вряд ли распугаю. А если выгорит, то весь доход от первого представления ваш.

— Да какой доход? — удивился мужчина. — Прикажете продавать входные билеты?

— Конечно нет, — улыбнулась я, вспоминая, как Грэм жадно пересчитывал брошенные к ногам Синеглазки монеты. Тогда в детстве у меня тоже было особое прозвище. — Впрочем. Давайте так. Я покажу, на что способна, а вы решите, стоит ли игра свеч.

По причине раннего утра в обеденном зале было пусто. Повара копошились на кухне, подавальщицы приходили ближе к вечеру. Днём Марта и Барт вполне справлялись своими силами.

Я взошла на небольшой помост, что обычно служил сценой для музыкантов, подхватила подол платья и вздёрнула его до колен. По-другому никак. В джиге всё внимание приковано к ногам, бессмысленно пытаться танцевать, целомудренно пряча их под юбкой. Марта охнула, Барт крякнул, а я, не давая им времени опомниться, принялась отбивать самую простую чечётку…

Да, пришлось рискнуть и истратить часть сбережений на наряд для выступления, но оно того стоило, потому что не только окупилось, но и превзошло самые смелые ожидания.

* * *

Наступил день бала, а моя книжечка для записи партнёров по танцам до сих пор оставалась совершенно пуста. Не то чтобы я была настолько непривлекательна для мужского пола из-за распускаемых Онориной слухов (в конце концов, танец не обязывает к свадьбе), просто сама отказывалась, недолюбливая напыщенные, медлительные, со множеством фигур бальные танцы. Впрочем, уверена, что даже у самых обворожительных адепток Истимора на этот раз осталось несколько свободных строчек. Ведь каждая девушка рассчитывала быть приглашённой кем-нибудь из дивных хотя бы раз.

С утра в Школе на всех этажах царила страшная суматоха. Шли последние приготовления к празднику. Повара стряпали угощения, участники театральных сценок и прочих творческих номеров доделывали костюмы, остальные наглаживали бальные наряды.

Касси достала из шкафа платье, померила и уговорила Нию украсить лиф жемчужными бусинами, которые извлекла из своего дорогого, но внезапно устаревшего именно сегодня ожерелья. Идти на обед она отказалась, дабы затянуть потуже корсет — орудие дамских пыток, надеваемое исключительно в особых случаях. Мы с Нией не использовали ЭТО никогда, отсутствием аппетита не страдали и обрадовались возможности немного отдохнуть от стонов по поводу «медленно ползущего времени». За трапезой к нам присоединился Гордэн. Я спросила, попал ли он в список кандидатов на танец с нашей красавицей. Друг печально вздохнул, что собирался сделать это именно сейчас.

После обеда Ния побежала проверить готовность бального зала, а мы с Гором решили прогуляться по коридорам и ещё немного поболтать.

— Опять этот странный аромат, — заметил друг и начал старательно принюхиваться. — И снова я не могу его уловить, как ни стараюсь. Что за удивительный эффект?

— Мамины духи, — улыбнулась я. — Только этой весной обнаружила, что они, оказывается, не выдохлись. И знаешь как? Касси мимо проходила, когда я открыла флакон, и почувствовала запах. Потом мы стали вместе принюхиваться — ничего. Шлейф аромата можно уловить лишь случайно, специально обнаружить нельзя, как ни старайся. Мама их обожала. Это всё, что осталось у меня на память о ней. Запах. Ненавязчивый и родной. Я пользуюсь этими духами, когда нуждаюсь в поддержке.

— Сегодня именно такой день? — понимающе уточнил друг. Мы остановились в нише окна. От стекла тянуло холодом. По небу очень быстро неслись рваные, похожие на дым пожарищ облака.

— Да, — согласилась я, невольно ёжась. — Ничего не могу с собой поделать. Когда вижу эльфов, сердце сжимается от страха, бьётся как сумасшедшее. Потом беру себя в руки, успокаиваюсь, уговариваю себя, что мне ничто не угрожает. После этого даже могу с ними общаться вполне дружелюбно, но… в следующую встречу всё начинается сначала. Мой страх заметен со стороны?

— Немного, — Гор дыхнул на стекло и нарисовал на запотевшей поверхности глаз. — Твои зрачки расширяются. Иногда ты вздрагиваешь. Опускаешь голову, не смотришь им в лицо. С натяжкой можно предположить, что ты стесняешься, робеешь.

— С натяжкой? — переспросила я, подрисовывая бровь.

— Ну… — протянул парень и внезапно добавил острое ухо. — На фоне других девушек твоё поведение выглядит странно.

— Фу, — высказалась я по поводу его художества и ребром ладони затёрла рисунок. — Если что, имей в виду: все мои танцы свободны. Надоест подпирать стенку, приглашай.

— Ты же не любишь все эти фигуры и расшаркивания, — возразил друг.

— Не люблю, — согласилась я. — Но умею. Увидимся вечером.

— Ммм… Эли, попроси Касси потанцевать со мной хотя бы разочек.

— Сам попросишь. Давай дадим решительный бой нашим страхам.

— Ну… — неуверенно промямлил парень.

Я ободряюще потрепала его по плечу и поспешила в сторону перехода в левое крыло. Почему легко убеждать и побуждать к чему-то других и так трудно саму себя?

* * *

За два часа до начала бала мы с Нией начали затягивать корсет на Касси. Поначалу дело шло легко, но потом упёрлось, по всей видимости, в рёбра. Подруга задерживала дыхание, втягивала живот, зачем-то вставала на цыпочки. Бесполезно. Предел был неминуемо достигнут.

— Ну, куда ещё тоньше? — возмущалась Ния. — Платье будет болтаться или грудь из декольте выпрыгнет. Посмотри, как она у тебя поднялась.

Действительно формы кокетки никогда не выглядели столь вызывающе пышно.

— Ладно, — смирилась Кассандра, тем не менее с удовольствием оглядывая себя в зеркале. — Теперь платье.

Розовый шёлк плотно обтянул стройный стан, смело наполовину приоткрыл высокую грудь и заструился вниз от талии шуршащими складками. Я вспомнила любимую куклу сводных сестёр. У неё были такие же золотистые, идеально завитые, блестящие локоны, яркие и крупные, как лепестки мака, губы, голубые глаза в обрамлении тщательно подкрашенных ресниц. Широкий пояс из фатина, завязанный со спины в большой бант, усиливал сходство с дорогой игрушкой, приготовленной в подарок.

— Совершенство! — не удержалась от комплимента своему изображению Касси. — Девочки, одевайтесь.

— Спасибо, госпожа, что наконец-то позволили нам заняться собой, — с шутливым поклоном пробубнила Ния.

— Да ладно. Я вам сейчас помогу.

Представив целых три куклы, стоящих рядком и манерно хлопающих ресницами, я с широкой улыбкой вытянула из шкафа свой наряд — платье из