Опасность и соблазн - Конни Брокуэй

— Послушайте меня, — сказал он, не обращая внимания на ее состояние. — Даже если вы и найдете кого-то, кто согласится на ваши условия, разве вы можете знать, что это за человек? И что может случиться через пару дней на безлюдной дороге? За вашего предыдущего кучера ручалась контора, а посмотрите, насколько надежным оказался он с его характером? Кто бы ни взялся отвезти вас — рекомендаций у него не будет никаких.

Кейт наконец вырвала руку, или, точнее, Кит отпустил ее так быстро, что она откачнулась назад, ударившись о стену. Теперь он нависал над ней, отрезав от остальной комнаты.

— Представьте себе, что вы просто исчезнете. — Он устремил на нее свои красивые глаза, точно сытый хищник, который не прочь немного поиграть с жертвой. — Кто вас найдет? Кто вообще станет вас искать?

Его загорелая рука упиралась в стену над головой Кейт, его тело поймало ее, точно в клетку. Она изогнулась, плотно прижавшись щекой к стене. Его пальцы были совсем рядом с ее виском. Если она пошевелится, он прикоснется к ней. Страх будоражил ей кровь, как сильный яд. Кит окинул ее лицо медленным взглядом, задержавшись на губах. Она закрыла глаза, пытаясь унять противную дрожь.

— Кто узнает, где спрашивать или кого спрашивать о вас?

Он мог сделать с ней все, что угодно, и никто ему не помешает. Но этого-то он и добивался: если она так беззащитна здесь, насколько возрастет опасность на дороге! И Кейт поняла. И согласилась.

Несколько лет она искала выход из создавшихся обстоятельств. И это была первая открывшаяся перед ней возможность, хотя и не ахти какая. Как бы ни были велики ее страх и возможная опасность, они не заставят ее повернуть назад. Теперь уж она не отступит.

Кейт открыла глаза:

— Я должна ехать.

— Почему?

Она думала, что Кит покончил со своими наставлениями, но он по-прежнему смотрел на ее губы, словно очарованный тем, как она произносит слова.

— Вы помните мою кузину Грейс?

— И что?

— Она вышла замуж за младшего брата маркиза Парнелла, Чарлза. Они жили в его фамильном замке рядом с Клитом, — проговорила она торопливо, — но несколько месяцев назад Грейс написала, что они с Чарлзом перебираются в Лондон. — Она рискнула взглянуть на худое лицо Макнилла. — Она прислала сундук, полный личных вещей, которые представляли собой небольшую денежную ценность и которые она просила меня сохранить до их приезда. — Кейт сделала жест в сторону открытого сундука. Медный телескоп, немного книг и плоский дорожный портфель лежали сверху. — Вскоре после этого мы узнали, что Грейс и Чарлз погибли во время лодочной прогулки. Убитый горем маркиз прислал письмо, сообщив, что ему хочется вернуть их вещи. Я обещала привезти их лично.

— Ах, миссис Блэкберн, вы просто кладезь нежных чувств, — с иронией заметил Макнилл. Он отвел прядку волос, которая упала на уголок ее рта. — Но я уверен, что его светлость переживет одну зиму без вещичек своего брата.

Он вынуждал ее сделать признание, чего ей вовсе не хотелось. Кейт отвела взгляд.

— Мы с маркизом… мы встречались несколько лет назад. Я уверена, что у него остались хорошие воспоминания обо мне, — сказала она, поневоле смиряя гордость. — Надеюсь, мне удастся убедить его стать благодетелем нашей семьи. Мы — последние здравствующие родственники Грейс.

Макнилл рассмеялся:

— Бедные родственники? Это вам не идет, миссис Блэкберн.

— Умирать с голоду идет мне еще меньше! — Она резко повернулась к нему. Как он смеет судить ее?! Многие живут на вспомоществование более удачливых родственников. Они с сестрами будут не первыми.

Он некоторое время смотрел ей в глаза, а потом его губы скривились в молчаливом согласии.

— Весна — лучшее время для исполнения задуманного вами дела.

— Весной у меня не будет средств на такое путешествие.

— У меня есть деньги. — Кит резко оттолкнулся от стены, опустив руки. Ему надоело играть с ней. Он считал, что с этим делом покончено. Он отошлет ее обратно в Йорк и даст ей кошелек с таким количеством денег, что ей хватит нанять карету весной и пуститься в путь, чтобы выполнить наконец свой долг перед семьей. Только весной будет уже поздно. Помощь маркиза нужна ей сейчас.

— А у вас есть деньги, чтобы содержать нас всю зиму? Чтобы платить за обучение Шарлотты? Чтобы купить ей новые платья? — Кейт была слишком горда, чтобы объяснить ему, что платья — это самое главное из стоящих перед ними трудностей. Ее взгляд выразительно скользнул по его нечесаным волосам, рваной рубашке и изношенным сапогам.

Он ответил жестким и язвительным взглядом.

— Знал бы я, что ваши дела настолько плохи…

— Мистер Макнилл, — прервала она его тираду, — если бы я не считала, что мои дела плохи, меня не было бы здесь этим вечером. За минувшие годы у нас было не слишком много возможностей поправить наши дела. Я не могу упустить эту. К весне, — продолжала она, — горе маркиза утихнет, заговорят практические соображения, и мои героические усилия вернуть ему вещи брата уже не произведут такого впечатления. И не покажутся достойными вознаграждения.

— Вы расчетливое создание. А скажите, это тоже характерно для… аристократов?

— Поступить так меня вынуждают обстоятельства, — сказала Кейт. Разве он может понять? У него есть здоровье, сила и никаких обязательств — кроме тех, которые он так отчаянно пытается выполнить. — Сейчас обстоятельства требуют действия. Мне придется довериться трактирщику и найти кучера. Выбора у меня нет.

— Нет, есть, — сказал он. — Я отвезу вас.

— Нет! — сорвалось с ее губ.

Его губы скривились.

— В чем дело, миссис Блэкберн? Вы мне не доверяете? — Нет.

Он рассмеялся без всякой горечи:

— Разумно, но я не причиню вам вреда. Я владею немногим, но тем, чем владею, дорожу: мое слово, честь и независимость. Первое я сохраню потому, что у меня есть умение и сила, второе — потому что у меня сильная воля, а третье — потому что я не связан ни с одной женщиной или мужчиной, кроме тех, перед которыми я в долгу. И среди прочих, а их не так уж много, ваша семья стоит на первом месте.

Кейт в полном смятении всматривалась в его обветренное лицо. Скорее всего этот человек — ее единственный шанс добраться до замка Парнелл. У нее не было ни малейшего желания пускаться в путь с каким-то незнакомцем, особенно при условиях, которые Макнилл так сжато и красочно обрисовал. Но его она боялась. Кейт инстинктивно чувствовала, что он представляет для нее реальную угрозу, а она привыкла доверять своим инстинктам.

— Нет.

Его рука сжалась в кулак. Кейт невольно отпрянула, вспомнив о гневе, который он обрушил на Дугала и его дружков. Тихо выругавшись, Макнилл отошел от нее.

— Может быть, вы и правы, — хрипло сказал он. — Бог знает, может, вы и правы.