Можно и не любить - Дороти Иден

— Спасибо, — сказала она и поднесла стакан к губам.

— Надеюсь, вы не против того, чтобы пить из моего стакана.

— Не против. — Она слегка улыбнулась. — Конечно нет.

Она стала пить воду не потому, что ей хотелось пить, а потому, что было безопаснее пить-воду, чем пытаться понять, что же все-таки происходит. Она сделала несколько глотков и вернула ему стакан.

— Так лучше, — любезно произнес он, — ваши щеки уже порозовели.

— Мистер Маклин…

— Грант, — сказал он и улыбнулся. Господи, подумала она, если она ему не выскажет все в ближайшие несколько секунд, будет слишком поздно. Но как она сможет это сделать и не оказаться в еще более глупом положении? Как ей выразить свое негодование по поводу случившегося, если он не придает этому никакого значения и уже забыл обо всем?

— Ханна?

Ну скажи же что-нибудь, сердито подумала она. Черт побери, Ханна, скажи что-нибудь. Хоть что-нибудь. Она глубоко вздохнула.

— Со мной все в порядке, мистер… — у него поднялись брови. — Спасибо, Грант, — сказала она с вежливой улыбкой. Она крепко зажала свое заявление об уходе, смяла его и засунула в карман. — В самом деле.

— Хорошо. — Он поднялся на ноги, и она тоже. — А теперь, — сказал он деловым тоном, — скажите, сможете ли вы проработать все те дела к часу дня?

— Конечно. Как раз успею, — кивнула она, и они подошли к двери в приемную.

— Может, вам принять аспирин? — Он открыл дверь и отступил в сторону. — У вас, вероятно, начинается грипп. Все им сейчас болеют.

— Сомневаюсь, — сказала она так же любезно и безразлично, как и он. — Я вовсе не чувствую себя больной.

— Тогда вы устали.

— Да. Немного…

Слова застряли у нее в горле. Выражение его лица не изменилось, но его глаза потемнели и подернулись пеленой. И она сразу почувствовала ту же легкость, как и вчера, когда он взял ее в свои руки и поцеловал.

— Вы плохо спали ночью, Ханна? — Она не ответила, а его губы совсем чуть-чуть раздвинулись в улыбке, как бы намекая на некую интимность, известную только им двоим. — Нет, вы не спали. И я не спал.

Его глаза пробежали по ее лицу, остановились на приоткрытых губах. Ханна задержала дыхание. Боже. О Боже…

— Ханна? — Салли тихонько постучала в приоткрытую дверь и широко улыбнулась. — О! Мистер Маклин. Извините, что побеспокоила вас, сэр. Не знала, что вы здесь. Я хотела спросить у Ханны, не хочет ли она сделать перерыв и выпить кофе, но если она сейчас занята…

Салли говорила все тише и тише, а Грант поворачивался к ней. Лицо его напоминало застывшую маску.

— В это время? — Он нахмурившись посмотрел мимо женщин на висевшие на стене часы.

— Сэр, те, кто обычно приходит на службу рано, — Салли слегка кашлянула, — ходят в столовую выпить кофе как раз в…

— Избавьте меня от подробностей, пожалуйста. Мне неважно, где и что вы едите и пьете, лишь бы это не мешало работе. Вы подготовите нужный мне материал к часу, Ханна, не так ли?

— Да. — Ханна смогла кивнуть.

— Хорошо.

Дверь захлопнулась. Салли молча на нее посмотрела, потом сделала вид, что дрожит.

— Брр, — сказала она. — Когда он появляется, температура падает на пятьдесят градусов. Честно говоря, не представляю, как ты с ним уживаешься. Послушай, что сказала Бетти, когда увидела ту ночную рубашку…

Ханна последовала за Салли в коридор. Она делала вид, что слушает рассказ Салли, и смеялась вместе с ней. Но на самом деле она ничего не слышала. Она все еще была под впечатлением того момента, когда Грант смотрел на нее, а в глазах его она читала воспоминание о вчерашнем вечере. Что бы могло случиться, если бы не вмешалась Салли.

Она опустила руку в карман и нащупала смятое заявление об уходе. Вернись в кабинет и отдай его ему, шептал ей внутренний голос. Иди, черт побери.

— Вот мы и пришли, — сказала Салли. Она подошла к тарелке с печеньем, стоявшей рядом с кофейником.

— Тебе какое? Клубничное или с сыром?

Ханна некоторое мгновение колебалась, потом расправила плечи. Не будь дурой, подумала она, вынула руку из кармана, смяла заявление и швырнула его в корзину для бумаг, стоявшую у входа в столовую.

— Клубничное, — сказала она. Она улыбнулась Салли широкой, лучезарной улыбкой.