Аромат жасмина - Дебора Мей

– Как ты чудесно пахнешь… – промурлыкал он, и его рука заскользила по ее плечу. – Этот запах жасмина в твоих волосах… Я словно окунулся в облако из лепестков…

Его речь опутывала сознание девушки крепче любой веревки, и Элиза с ужасом поняла, что вряд ли сможет долго сопротивляться. Красавец с демонической внешностью не может не быть уверен в своей легкой победе над такой глупышкой, какой она, конечно же, является. Господи, какая у него улыбка… губы с искусительной усмешкой манят к себе, а в темноте его глаз можно утонуть… Нет, она не должна так глупо себя вести! Нужно попытаться отвлечь его разговором и тем самым хоть на время обезопасить себя.

– Барон фон… – как можно небрежней попросила она, слегка отодвинувшись, – назовите мне еще раз ваше имя.

– Барон фон Ауленберг, – ответил он и вновь потянулся рукой к ее щеке. – Но я разрешаю тебе называть меня просто Фридрихом. Ты такая милая девочка…

– Вы, наверно, очень богаты?

Ее интерес к богатству вызвал насмешливую улыбку Ауленберга. Похоже, он все-таки ошибся, и девчонка блефует. Ее побрякушки – лишь хорошая фальшивка. Такая же, как выдумка о знатном происхождении. Ну что же, эта игра будет ей дорого стоить.

– У меня есть все, моя милая, – усмехнувшись, снисходительно кивнул барон. – Дома, богатые угодья, экипажи, драгоценности…

– Вы много путешествуете? – Элиза решила, что стоит попытаться заинтересовать барона беседой о далеких странах.

– Вовсе нет, – прошептал искуситель на ухо девушке, опалив жарким дыханием ее шею. – Я и здесь довольно весело провожу время.

– Вам, видимо, не хочется надолго разлучаться с женой и детьми? – наивно распахнула глаза Элиза, надеясь пробудить в нем совесть напоминанием о семье.

– Я совершенно свободен, – ответил Фридрих и начал покрывать быстрыми поцелуями обнаженную до локтя руку Элизы. – Боже, какая у тебя нежная кожа, нежная и шелковистая… – замурлыкал он. Не обращая внимания на то, что девушка пытается отстраниться, он решительно привлек ее к себе и принялся ласкать ее волосы и шею. _ Ты напоминаешь нежный бутон розы… Я хочу увидеть, как ты раскроешься передо мной… Хочу ощутить твое благоухание на своей груди…

– Отпустите меня, ваша светлость… – взмолилась Элиза, испугавшись его слишком рискованных маневров и страстных слов.

Но ласки искушенного в любви красавца становились все более жадными. Он пылко целовал шею девушки, подбираясь все ближе и ближе к ее губам, гладил ее кожу, шептал на ухо нежные словечки… казалось, что он собирался попробовать ее на вкус. И не обращал внимания на то, что Элиза съежилась от страха.

Мысли девушки лихорадочно метались. Силы небесные, а ведь сейчас происходит то, к чему ее толкала матушка! Наверно, Аманда Розенмильх сочла бы, что богатый и обольстительный барон – идеальный поклонник. Конечно же, она очень обрадовалась бы, увидев свою дочь в подобной компании… А что если… если ей удастся изобразить жгучую страсть и нежную любовь, то матушка, возможно, умилится и позволит дочери самой строить свою жизнь? Быть может, это единственная возможность вырваться из-под опеки матери…

– Молодой, красивый и богатый… – прошептала она и тут же испуганно уперлась руками в грудь Фридриха.

Оказалось, что, пока Элиза размышляла, барон успел посадить ее к себе на колени, и она, поглощенная своими размышлениями, даже не заметила, как это произошло. Сделав судорожный вдох, она нервно передернула плечиками и уже более твердым голосом проговорила:

– Вне всякого сомнения, вы весьма опытны в любовных играх.

– Похоже, ты все же в этом разбираешься? – усмехнулся он и провел усами по ее обнаженному плечу.

– Плохо, что вы не женаты, – вздохнула Элиза, поежившись от мужских прикосновений. Тело ее было напряжено, а разум упрямо кричал о том, что перед ней открывается отличный выход из тупика.

– Почему же это? – удивленно спросил он.

– Все очень просто. Женатый мужчина – более ласковый и щедрый любовник, поскольку нестерпимо устает от своей занудной супруги и ищет утешения на груди все понимающей, нежной любовницы. Так уверяет моя матушка.

– Так говорит твоя мать? – рассмеялся барон. – Похоже, она довольно необычная женщина…

– Так считают многие, – сказала она и попыталась слезть с его колен.

Но Фридрих легко подхватил ее на руки и понес в сторону кровати, которая скрывалась за одной из драпировок. Не обращая внимания на протестующие вопли девушки, он небрежно уронил ее на подушки и тут же склонился над ней, крепко зажав ее запястья.

– Довольно, малышка, – недовольно фыркнул барон. ~ Хватит ломаться… Мне уже начинают надоедать твои игры в невинность. Полагаю, мы сможем более весело провести остаток этой ночи, не так ли? Уверяю, что ты будешь довольна.

– Зато вы, барон, будете разочарованы, – девушка судорожно вдохнула. – Я совершенно не сведуща в амурных делах. Этому предмету не обучали в пансионе, а уроки матушки я плохо слушала.

С трудом освободив руки, Элиза попыталась ускользнуть от барона и сползти с кровати, но Фридрих мгновенно поймал ее и сердито поинтересовался:

– Что еще ты придумала? Мне начинают надоедать твои сказки!

Собравшись с духом, девушка решила, что дольше тянуть не стоит. Пришло время посвятить барона в свои беды и тем самым приступить к выполнению своего плана. И главное – следовало побыстрее превратить врага в своего союзника.

– Моя история довольно банальна и в то же время весьма печальна, – начала Элиза, но, заметив, что Фридрих сердито задергал усом, поспешила сообщить самое главное: – Я повздорила с матерью. Она очень красивая, умная женщина, но… Дело в том, что в течение многих лет она является любовницей моего отца…

– Ты издеваешься?! – возмутился Фридрих. – Меня совершенно не интересует твоя мамаша!

– Но именно из-за моей матушки я собираюсь сделать вам предложение…

– Ты в своем уме?..

Барон уже с опаской смотрел на Элизу. Малышка явно не в себе. Сначала она строила из себя воплощенную невинность, потом снисходительно отнеслась к его ласкам, а теперь преспокойно лежит рядом с ним на кровати, извиняется за свою неопытность да еще вытаскивает на свет Божий грязную семейную историю! И в довершение всего заявляет, что намерена сделать ему предложение.

Любовный запал слегка поутих от этих странных метаморфоз, и Фридрих, устало вздохнув, решил выслушать сумасбродную девицу. Конечно, более дурацкой ночи у него еще не было, но, по крайней мере, скука, одолевавшая его последнее время, исчезла.

– Ладно… рассказывай. Надеюсь, ты не собираешься предложить мне на тебе жениться? – сердито поинтересовался он.

– Нет! – быстро замотала головой Элиза. – Вовсе нет. Но вы должны понять: только действительно отчаянные обстоятельства толкают меня на этот безумный поступок, – девушка глубоко вздохнула, призывая на помощь все свои силы, и с величайшей серьезностью продолжила: – Мне уже семнадцать лет, и моя матушка решила, что пришло время мне стать взрослой.