Сегодня, завтра… и всегда - Пегги Морленд

— У нас есть два.

— Включая Иуду?

— Да. У него прекрасная родословная. Он от того самого коня, который был у моего отца.

Джесс вспомнил черного жеребца, на котором ездил только Лукас Макклауд.

— Джемми сказал, что Иуда совершенно дикий жеребец. Потому ты и наняла меня укротить его? Надеешься, что он убьет меня и я не смогу рассказать, что я отец Джемми?

В ярости Мэнди вскочила с кресла, бросив ручку на стол.

— Естественно, нет. Я бы никогда не наняла на такое дело человека, который заведомо не способен справиться с Иудой.

— Так ты думаешь, что я справлюсь?

— Если бы я не была уверена, что ты сможешь объездить Иуду, я бы никогда не предложила тебе этого.

Взгляд Джесса неторопливо скользил по ее изящной шее, по щекам, которые украшал заметный румянец, и наконец их глаза встретились. В ее глазах он увидел чувственное желание. Теперь он знает, как лучше всего наказать ее за то, что она когда-то сделала.

— Это приятно слышать. — Он приблизился к ней так, что их тела почти прижались друг к другу. — Но я способен не только приручить лошадь, я способен на гораздо большее. Могу…

— Я готов!

Услышав вдалеке шаги, Джесс внезапно отступил и притворился, что рассматривает картину, висящую на стене. Джемми ворвался в кабинет. Повернувшись к нему, Джесс улыбнулся.

— Я иду, сынок.

Он обнял Джемми за плечи и подмигнул Мэнди. Ее щеки зарделись.

— Увидимся позже, — сказал Джесс.

Мэнди наблюдала, прислонив ладони к пылавшим щекам, как они вышли из кабинета, смеясь и разговаривая, как старые друзья.

— Как он мог так поступить со мной? — воскликнула она.

Она поняла, что Джесс специально, с какой-то определенной целью искушает ее.

В долине он вел себя точно так же. Но зачем все это? Наверняка в душе Джесса таится обида, что она скрыла от Джемми правду. Она была в смятении, но не могла отрицать того, что при каждом его прикосновении ее тело дрожало. Мэнди поднесла пальцы к губам, вспоминая его поцелуи. О боже, как ей нужны его ласки.

Мэнди услышала, как Джесс и Джемми вернулись. Они смеялись и разговаривали друг с другом. Конечно, ей следовало бы благодарить Бога за то, что Джемми так дружелюбно принял Джесса. Ведь этого она и хотела. Но тем не менее ей было обидно. Двенадцать лет она была самым главным человеком в жизни сына, а теперь появился Джесс, который может все разрушить.

Заглушив ревность, Мэнди вышла во двор.

— Ну, рыбаки, — сказала она, посылая им очаровательную улыбку, — с возвращением. Поймали что-нибудь?

Джемми протянул ей нанизанных на леску сомов.

— Этого, похоже, хватит на обед, — одобрительно кивнула она.

— Мы с амиго тоже так считаем, — сказал Джемми.

— Амиго? — переспросила Мэнди.

— По-испански это «друг». Джесс научил меня нескольким испанским словам, пока мы были на рыбалке.

— Да? — Она посмотрела на Джесса.

— Джесс останется на обед, хорошо?

Мэнди с радостью отказала бы, но, увидев сияющие от счастья глаза сына и вызов, сверкнувший в глазах Джесса, улыбнулась и сказала:

— Конечно, почему бы и нет. Он может почистить рыбу, пока ты будешь принимать душ.

— Душ? Но…

— От тебя пахнет так, как будто ты сам был приманкой для рыб.

Прекрасно понимая, что перечить маме бесполезно, Джемми покорился.

Пытаясь избежать близости Джесса, Мэнди показала на стол:

— Ты можешь почистить рыбу там. Ножи — в нижнем ящике. Шланг прикреплен рядом с окном. Им можно воспользоваться, чтобы помыть рыбу.

Она уже собиралась уходить, когда голос Джесса остановил ее:

— Спасибо.

Она поняла, что он говорил спасибо за то, что она позволила проводить ему больше времени с Джемми.

— Я просто делаю то, что считаю справедливым, — прошептала она и захлопнула дверь, не дав сказать ему ни слова в ответ.

Из окна кухни ей было видно, как Джесс чистит рыбу.

Задумавшись, Мэнди смотрела на Джесса и вспоминала, как хорошо она знала его тело. Знала каждый шрам и историю его возникновения, знала каждую клеточку, при прикосновении к которой он или хихикал, или стонал от удовольствия. Она даже прикасалась к самым интимным частям его тела, и делала это без страха и стыда. Она любила его, а он любил ее так же сильно и страстно.

Пока она наблюдала за ним, погруженная в воспоминания, Джесс поставил тарелку с приготовленным им филе и взял шланг. Опустив голову, он направил на волосы струю воды, которая стекала по его спине и груди.

Мэнди зашла в кладовую за полотенцем и отнесла его Джессу.

— Я подумала, что это тебе понадобится.

Смахивая воду с глаз, Джесс посмотрел на Мэнди. Откровенное желание опять светилось в ее глазах.

Взгляд Мэнди остановился на его груди. Она притронулась пальцем к шраму от пули которую всадил ему ее отец.

— Прости меня, — сказала она, всхлипывая.

— Это не ты нажала на курок. Это Лукас.

— Да, но…

— Я никогда не винил тебя за то, что сделал твой отец.

Но простил ли Джесс ее за другой выстрел, выстрел в сердце, который был, несомненно, намного больнее?

— Но ты же не простил меня за мой отказ?

— Эй! Где все? — прозвучал голос Джемми.

— Мы здесь! Ты хочешь есть?

Дверь открылась, и Джемми вбежал в комнату. Его мокрые волосы блестели так же, как волосы Джесса.

— Еще бы! Все уже готово?

* * *

Джесс сидел в темноте, прислонившись к стене. Он думал о Мэнди. Ему следовало бы оттолкнуть ее, когда она осмелилась прикоснуться к нему, но он позволил себе растаять при виде слез в ее глазах.

Джесс хорошо знал, что, если бы не Джемми, он бы схватил Мэнди в объятия, целовал бы ее глаза и скользил бы руками по ее изящному телу.

Но какой же он глупец, ведь давно уже понял, что нельзя доверять Мэнди. Она давала ему обещания и не намеревалась их выполнять. Джесс больше не хотел быть жертвой ее лжи. Он совершил однажды ошибку и поплатился за это.

Теперь у него есть сын. И это было единственным, что он хотел от Мэнди Макклауд.

Марго зашла в барак. В темноте она никого не увидела. Возле барака Пит седлал лошадь.

— Где он? — нетерпеливо крикнула Марго.

Пит повернул голову.

— Если вы имеете в виду Джесса, то зря теряете время. Его здесь нет.