Третий поцелуй - Лианна Уилсон

— А ты уверен, что нам необходимо делать это прямо сейчас? — озабоченно спросила Брук.

— Да, — коротко бросил Мэтт.

Он молился, чтобы Брук не изменила своего решения. Прошло уже около суток с момента, как она дала согласие.

Ммм, какое это было согласие и какой поцелуй… До сих пор его тело с готовностью отзывалось на воспоминания об этом судьбоносном моменте. А с чего вдруг ему приспичило целоваться?

А с того, что…

Иногда хочется поцеловать женщину.

А вчера ему хотелось поцеловать Брук.

Ничего особенного. Зов природы, так сказать.

Кроме того, у Брук тело богини. Увидев ее ноги, Синди Кроуфорд опухла бы от зависти. Мужчинам легче — они просто теряют дар речи.

Да, но его это не оправдывает. Мэтт Каттер, как-никак. Устоявшийся образ плейбоя. Ну да, он встречался с моделями и актрисульками, у которых полное отсутствие мозгов компенсировалось весьма внушительным бюстом. Но Брук… Мысли о ее чувственных губах крутились в голове Мэтта, пока он стремительно покидал здание своего офиса.

Ему ничего не остается, кроме как погасить бушующий в жилах огонь и забыть вкус поцелуя этой женщины. Мэтт мельком глянул на Брук, усаживающуюся на переднее сиденье его спортивного автомобиля. Забыть?! Сварить суп из дверной ручки можно, а вот забыть подобные ощущения — вряд ли.

Он просто должен помнить, что соглашение временное Потом все вернется на круги своя. Вообще у Мэтта было жесткое правило: не встречаться с одной женщиной больше шести педель. В противном случае дама забывалась и порола всякую чушь о свадебном торжестве, кольцах и почему-то общем счете.

— О, черт, — ругнулся он и ударил кулаком по рулю. — Я забыл про обручальное кольцо.

А ведь он никогда не забывал деталей. Это все растлевающее влияние Брук. А может, и не ее. Ситуация с бабушкой тоже не способствует четкой работе мысли.

— Не беспокойся, пожалуйста. Я не ношу драгоценностей, — объяснила девушка и приподняла волосы, чтобы продемонстрировать маленькие изящные ушки. — Кроме вот этих сережек. Но это особый случай.

В простых бриллиантовых сережках было больше вкуса, чем во всех драгоценностях, что дарил Мэтт своим любовницам.

— Почему же?

Брук отвернулась к окну.

— Потому что это подарок.

Интересно, от кого? Старого друга? Любовника? Бывшего мужа? Внутри что-то болезненно перевернулось. И что он так распереживался? Брук ему интересна только как одна из заключивших соглашение сторон. Ее миссия — скрасить последние дни старой женщины. И Мэтт не будет прояснять этот вопрос!

— Неужели ты не будешь носить обручальное кольцо, если действительно выйдешь замуж?

— Наверное, нет.

Нельзя сказать, что Мэтта сильно удивило ее безразличие к драгоценностям. Брук отказалась от спортивной машины и денег так легко и непринужденно, словно выбросила позавчерашнюю овсянку.

Приглядевшись внимательнее к своей спутнице, Мэтт внезапно осознал, что ей и не нужны ни драгоценности, ни косметика, призванные украшать женщину. У Брук уже завершенный образ.

— Так как насчет обручального кольца? Неужели ты не хочешь похвастаться перед подругами? Или отвадить нежелательных кавалеров?

Брук уставилась на него с таким видом, будто услышала несусветную глупость.

— Если я буду когда-нибудь давать обещание, мне не нужно будет кольцо, чтобы помнить о нем.

Все остальное не имеет значения.

Мэтт от удивления даже не нашелся, что сказать. Все, абсолютно все женщины мечтают о кольце с бриллиантом величиной с хороший булыжник.

Их цель — заставить подруг рыдать от зависти. И все мужья подтвердят этот факт. Единственное известное ему исключение, которое, как говорят, лишь подтверждает правило, — его горячо любимая бабуля. Неужто и Брук каким-то чудом попала в эту закрытую женскую категорию?!

— Почему мы не можем подождать хотя бы неделю, прежде чем делать объявление? — спросила она, избавляя этим Мэтта от тягостных раздумий.

Правой рукой девушка держалась за ручку двери, заставляя своего спутника мучительно переживать о возможном бегстве на первой же остановке у светофора.