Невеста в хрустальном башмачке - Арлин Джеймс

Она пожала плечами и поморщилась.

— Плечо болит, а так…

— Ну-ка, — Зак склонился над нею, — дайте взглянуть. — Он отодвинул ворот футболки и, обнажив окровавленное плечо, осмотрел рану. — Кажется, никаких переломов, — произнес он пересохшими губами.

Джиллиан смущенно поблагодарила его и добавила:

— Вам не обязательно так заботиться обо мне.

Зак вытащил из-под стойки стул и уселся, понимая, что нужно держать рот на замке, однако не удержался:

— Кто-то же должен. Ваша сестра определенно выставит вас за дверь, если вы будете мешать ее драгоценной карьере.

Джиллиан даже не спорила.

— Это неважно, — сказала она. — Мне нравится работать по дому.

Заку хотелось встряхнуть ее, открыть ей глаза, но, увы, это было не его дело. Почему, молчаливо недоумевал он, такие милые девушки всегда позволяют так с собой обращаться? Внезапно он понял, чем навеяны эти мысли, и опешил. Должно быть, это отразилось на его лице, потому что Джиллиан коснулась его руки и серьезно спросила:

— Что с вами?

Он не хотел говорить об этом, однако…

— Вы напомнили мне одного человека, которого я когда-то знал, — ответил он наконец.

— В самом деле? А кого?

Зак, помрачнев, заерзал на стуле.

— Мы уклоняемся от темы. Поговорим о том, почему вы позволяете некоторым личностям чувствовать свое превосходство над собой и унижать себя, в то время как они должны быть вам благодарны.

Она растерянно улыбнулась, как будто его забота тронула ее.

— Все не совсем так. Я знаю, сразу нелегко понять, но это больше относится к Джерри, чем к Камилле. Однако, чем обвинять, посмотрите на все с ее точки зрения. Не всякая женщина согласится жить с дочерью бывшего мужа.

— Возможно, — признал он, — но все произошло очень давно. Это не объясняет ту подчиненную роль, которую вы здесь играете.

Казалось, Джиллиан подыскивает правильные слова.

— Я понимаю, это звучит абсурдно, но тут своего рода проявление ревности — Джерри ревнует меня к Камилле.

— О, ради бога! — сказал он сердито. — Ваша сестра ведет себя как капризная примадонна.

— Наверное, вы правы, — признала Джиллиан, — но у нее более ярко выраженная индивидуальность, чем у меня, не говоря уже о внешности.

Зак не мог и не должен был вмешиваться. Однако у него вырвалось:

— У вас потрясающие голубые глаза, а телосложение, как у самых лучших моделей.

Ее рот сперва приоткрылся от удивления, затем она прыснула от смеха.

— Прекрати! — велел он, рассердившись на то, что она восприняла его комплимент как шутку.

Джиллиан замолчала, хлопнув себя по губам.

— Простите. Такие длинные и тощие никогда не становятся моделями.

— Разве? — спросил он. — Вот что я скажу вам, леди. Я с первого взгляда определяю потенциальную модель. — О черт! Что он несет? Зак хотел остановиться, но его уже прорвало: — Ты когда-нибудь слышала о Серене Джилберт? — услышал он свой голос.

Имя медленно всплывало из глубин ее памяти.

— Это не та модель, которую убил сумасшедший поклонник?

Зак потерянно кивнул:

— Та самая.

Она задохнулась:

— Ой, нет! Вы на нее работали, да? Какое несчастье! Вы, должно быть, почувствовали…

— Я не работал на Серену, — резко произнес он. — Я любил ее.

— О, Зак! — Глаза Джиллиан стали совсем огромными и наполнились слезами.

Он слегка воспрянул духом, почти физически ощущая ее сочувствие.

— Я тогда был полицейским, — объяснил он, — и верил, что закон защитит ее от преследователей. Но тот тип все-таки добрался до Серены. Тогда я убедился, что смогу лучше помочь людям, если уйду из полиции. У полицейских слишком часто связаны руки. Я дал себе слово, что то, что случилось с Сереной, никогда не произойдет с моими клиентами. Пока так и было.

Джиллиан положила руку ему на плечо.

— Мне так жаль. Я не знала.

Он через силу улыбнулся и шутливо нажал на кончик ее носа.

— Я просто хотел показать, что знаю, о чем говорю. Ты совсем не длинная и не тощая. Ты стройная и… да, необычная, с эдаким лицом парижского сорванца. Наверняка не только я это замечаю.

Ее ответная улыбка была ослепительной. Довольный, он приподнял ей подбородок, чувствуя, что не может бороться с желанием поцеловать ее.

— Давай-ка взглянем на твой синяк еще раз.

Она убрала полотенце. Зак нежно ощупал разбитую скулу, стараясь не причинять боли.

— Похоже, что ничего не сломано.

— Я уверена, — глухо произнесла Джиллиан.

Зак заставил себя отстраниться и поискать какое-нибудь обезболивающее. Выудив наконец из аптечки тюбик, он решительно, но мягко втер немного мази в ее щеку.

— Так не больно?

Ее губы разомкнулись и прошептали:

— Нет.

Зак уставился на ее рот. Пальцы сами собой легко пробежали по линии подбородка. Джиллиан прикрыла глаза, и Зак уже не мог владеть собой. Он поцеловал ее, нежно касаясь рта, наслаждаясь сладостью губ. Она тихо вздохнула, шевельнулась в его руках, и он ощутил прелесть ее тела, легкую тяжесть грудей, прижимавшихся к его груди, и осторожно запустил пальцы в ее волосы. Шелк. Шелк цвета карамели. Позволит ли она заняться с ней любовью? Тут он понял, что уже близок к этому, и, опустив руки, пораженно отпрянул.

Джиллиан выглядела такой же ошеломленной, как и он.

Сглотнув, Зак с запинкой сказал:

— Моя… хм, мать всегда говорила, что поцелуй — лучшее лекарство.

Она с каким-то отсутствующим видом качнула головой. Заку потребовалась вся сила воли, чтобы не заключить ее снова в объятия. Вместо этого он поднялся и стал укладывать аптечку.

— Тебе нужно лечь.

Она не шевельнулась.

— Немного отдыха не повредит, — уговаривал он.

Джиллиан изумленно моргнула и, встав со стула, потянулась к аптечке.

— Мне нужно убрать это, — пробормотала она, но Зак схватил ее за руку.

— Я сам уберу, а ты иди спать.

— Хорошо. Но вы точно не хотите, чтобы я показала комнату получше?

— Нет, спасибо, я отлично устроюсь на кушетке.

Она прижала руку к голове, пытаясь собраться с мыслями. Зак понял, что поцелуй и для нее не прошел бесследно.

— Если нужно одеяло… — наконец проговорила она.

— Не надо ни одеял, ни подушек. Все отлично. Отправляйся спать, а если снова услышишь шум, первым делом кричи, ладно? Больше никаких прогулок в темноте. Поняла?