Под угрозой скандала - Аманда Маккейб

– Боже милостивый, – сказал он, – неужели это вы, мисс Банкрофт?

Эмма рассмеялась от облегчения – ее узнают, значит, она уже больше не призрак. Приблизившись к столу, она пожала мистеру Лорну руку, пугающе истончившуюся и морщинистую.

– Да, это я, мистер Лорн, – ответила Эмма. – Хотя теперь я миссис Каррингтон.

– Ах да, – как-то неопределенно протянул хозяин лавки, – я помню, говорили, что вы уехали. Никто больше не донимает меня вопросами о новых книгах и о растениях.

– Вы всегда готовы были удовлетворить мою страсть к знаниям, – сказала Эмма, вспоминая о своем увлечении ботаникой. Может, стоит попробовать все сначала?

– Вы были моей лучшей покупательницей. Чем вы интересуетесь теперь?

– Не знаю, – растерянно сказала Эмма. Снимая уже слегка запылившиеся черные перчатки, она окинула взглядом старую лавку. – Я переделываю сейчас кое-что в старом коттедже, где решила поселиться, но не знаю пока, чем займусь потом. Вам, случайно, не попадались на глаза какие-нибудь старые рукописи о ранних годах Бартон-Парка?

До своего отъезда с Генри Эмма живо интересовалась историей семейного поместья, в особенности ее привлекала легенда о спрятанных сокровищах. Однако ей не удалось узнать ничего интересного.

– Нет, не думаю.

– Тогда, может быть, вы покажете мне какие-нибудь романы? Что-нибудь занимательное для долгих вечеров?

– Тут я могу вам помочь, миссис Каррингтон.

Мистер Лорн осторожно слез со своего высокого стула, взял трость и повел Эмму к шкафу, стоящему у дальней стены. Как и раньше, мистер Лорн пользовался системой классификации книг, понятной ему одному.

– Вот здесь книги, недавно полученные из Лондона. А что касается того, что вам делать дальше, тут я помочь бессилен. Я и со своими делами не в состоянии разобраться.

Эмма посмотрела на старика, удивленная печальными нотками в его голосе. Тот мистер Лорн, которого она помнила, всегда был бодр и весел, любил книги и готов был поделиться ими с каждым.

– О чем вы, мистер Лорн?

– Боюсь, мне скоро придется закрыть свою лавку.

– Закрыть? – с ужасом воскликнула Эмма. – Но у вас же единственный книжный магазин в округе!

– Увы. И это очень прискорбно. Я люблю эту лавку, как собственное дитя. Однако моя дочь хочет, чтобы я переехал к ней в Брайтон. Я плохо вижу, и мне трудно управляться с магазином.

Эмма сочувственно кивнула. Она видела, что работа в лавке, требующая распаковывания и расстановки книг, ведения документов уже не по силам мистеру Лорну. Но ей невыносима была мысль о том, что она, не успев вновь обрести свое святилище, утратит его.

– Мне очень жаль, мистер Лорн, – сказала она, – очень жаль.

– Что ж, в Брайтоне у меня тоже будет много книг, пусть даже придется просить внуков почитать мне. А может быть, кто-нибудь захочет купить у меня эту лавку и наполнит ее новыми книгами.

– Очень на это надеюсь. Хотя без вас это место уже не будет прежним.

Мистер Лорн усмехнулся:

– Вы флиртуете со стариком, миссис Каррингтон?

Эмма рассмеялась:

– А что, если и так? Я никогда не встречала другого такого человека, который мог бы говорить со мной о книгах так, как вы.

– Тогда вы должны взять какие-нибудь из этих вот романов и когда прочтете, мы с вами их обсудим. Я буду ждать вас.

Опираясь на трость, мистер Лорн направился к своему столу, а Эмма задумчиво оглядела ряды книг. «Таинственное предостережение». «Рейнская сирота». Названия звучали интригующе. Похоже, это как раз то, что ей сейчас нужно. Немного романтических глупостей, пара населенных призраками замков и штормящее море.

Эмма взобралась на шаткую лесенку, чтобы заглянуть на верхние полки, и вскоре утратила чувство времени, разглядывая книжные переплеты. Она открыла одну из них под названием «Капер» и решила пролистать несколько первых страниц, но книга так захватила Эмму, что она погрузилась в чтение, и только нежный перезвон колокольчиков на открываемой двери вернул ее в реальный мир. Вздрогнув от неожиданности, Эмма пошатнулась на старой лесенке, запуталась в юбке и потеряла равновесие.

Падая, она ощутила леденящий страх, но вместо того, чтобы удариться об пол, очутилась в крепких мускулистых руках.

От неожиданности у Эммы перехватило дыхание, комната поплыла перед глазами. Стараясь не упасть в обморок, она поморгала и отбросила упавшую на глаза вуаль.

– Благодарю вас, сэр, – выдохнула она. – У вас прекрасная реакция.

– Рад, что оказался в нужном месте, – ответил ее спаситель, и голос его показался Эмме до странности знакомым.

Мягкий, глубокий голос, похожий на бокал сладкого горячего вина в морозную ночь, успокаивающий и одновременно волнующий.

Этот голос Эмма не слышала уже очень давно и все же прекрасно его помнила.

Она испуганно подняла глаза и посмотрела в лицо сэра Дэвида Мартона. Своего спасителя.

Он смотрел на Эмму, и его неулыбчивое лицо словно было высечено из мрамора. Казалось, сэр Дэвид ничуть не изменился с того дня, когда Эмма видела его в последний раз. Черты его лица были все такими же четкими и красивыми, серые глаза за стеклами очков смотрели все так же внимательно. Лицо сэра Дэвида было покрыто легким загаром, словно он много времени проводил вне дома, и это выгодно отличало его от бледнолицего Генри, любителя ночных развлечений.

Дэвид Мартон выглядел… хорошо. Нет, лучше, чем просто хорошо. Он был опасно красив.

И все же что-то в нем изменилось. Мужчина, который и без того был замкнут и холоден, стал еще более сдержанным.

Правда, Джейн говорила, что ему многое пришлось пережить в последние несколько лет. Он потерял жену. Наверное, оба они изменились, стали старше и сдержаннее, подумала Эмма.

Сэр Дэвид смотрел на нее так невозмутимо, словно каждый день ловил падающих девиц. Он будто совсем не узнавал Эмму. Почему в присутствии этого мужчины она всегда чувствовала себя неуверенно и в то же время желала быть как можно ближе к нему? Ей вдруг захотелось узнать, что скрывается за его невозмутимостью.

Вдруг Эмма осознала, что сэр Дэвид все еще держит ее на руках, так непринужденно, словно она была легкой как перышко, а ее руки обвивают его шею. Они смотрели друг на друга в неловком молчании.

Словно очнувшись, Дэвид медленно поставил Эмму на ноги. Она покачнулась, и его крепкая рука подхватила ее под локоть.

– Простите, – пробормотала Эмма и попыталась рассмеяться, будто все произошедшее было не более чем шуткой. Только так, все переводя в шутку и скрывая свои истинные чувства, она могла общаться с Генри и его друзьями. – Я была такой неуклюжей.

– Вовсе нет, – ответил Дэвид.

Он по-прежнему внимательно смотрел на Эмму, а ей страстно хотелось проникнуть в его мысли и в то же время скрыть свои. С приятелями Генри все было гораздо проще. Они пытались флиртовать с ней или, напившись, затащить в постель. Она всегда знала, о чем они думают, и легко отделывалась от них. Стоило Эмме узнать их получше, и она могла читать их мысли, как открытую книгу.