Любовь по ошибке - Кара Колтер

Бросив на дядю полный вредности взгляд, малыш крепче ухватил Стейси за волосы. Кернан пытался разжать его кулачок. Теперь уже двое запутались в ее кудрях.

– Отпусти, Иван! – Властный голос Кернана заставил Стейси сладко замереть, однако на ребенка окрик не произвел впечатления.

– Ты сейчас сделаешь ему больно!

– Конечно, не сделаю! – возмущенно рявкнул Кернан, хотя понимал, что только силой можно заставить Макса отпустить Стейси.

– Попробуй отвлечь его, – посоветовала она.

– Как?

– Можешь состроить забавную рожицу?

– Нет!

– Смешной звук?

– Например?

– Не знаю. «Чук-чук» – как паровоз. Изобрази утку. Макси, ты любишь уток? Кряк-кряк?

Ей показалось, что ребенок ослабил хватку. Стейси пожалела, что у нее нет фотокамеры, чтобы заснять выражение лица Кернана, когда ему, одному из ведущих топ-менеджеров Канады, предложили покрякать! Вместо этого он достал связку ключей и позвенел перед носом у малыша. Тот мгновенно отпустил ее волосы и потянулся за ключами.

– Правило сто первое, – сказал Кернан. – Переключение внимания. Этому учат в школе нянь?

Стейси мысленно вернулась к другой важной дилемме. Сейчас был идеальный момент признаться Кернану, что она не няня. С другой стороны, они оба попали в снежную западню. Стоит ли осложнять ситуацию, рассказывая, что она не та, за кого Кернан ее принимает? У него даже не будет возможности выкинуть ее за дверь. Да и сама она не стремилась покинуть этот дом. Отец, бывало, говорил ей: «Мерфи, если у тебя есть лимоны – делай лимонад». Этим она сейчас и займется!

– Я должна приготовить ребенку что-нибудь поесть. Потом его надо искупать и уложить спать.

– Хм, вряд ли он заснет. Пойдем, покажу, что оставила для него Адель.

Это был поворотный момент, потому что Кернан смирился с мыслью, что она остается. Он больше не мог контролировать ситуацию или как-то повлиять на нее. Он даже взялся приготовить закуску для взрослых, пока Стейси открывала детское питание и разогревала бутылочку. Когда все поели, наступило время купать ребенка. К ее удивлению, Кернан взялся помочь.

– Он тяжелее, чем ты думаешь, – сказал он, поднимая малыша. – И очень скользкий, даже когда сухой. Тем более когда мокрый.

Стейси снова оказалась в хозяйской ванной комнате. На сей раз Кернан включил камин, не дожидаясь просьбы. Интересно, для ее удовольствия или для тепла? В любом случае все прошло прекрасно: камин излучал мягкий свет, Кернан сильными руками держал Макса, а Стейси поливала его водой из ковша. Она решила, что вряд ли атмосфера была бы столь непринужденной в случае ее признания. Ради благополучия ребенка ей стоит промолчать. После того, как дорога будет расчищена, она ускользнет отсюда. Никто ни о чем не догадается. И она сама поведет свою машину!

Купание завершилось. Все насквозь промокли, но чистый ребенок был завернут в белую махровую простыню и сонно посапывал на широкой груди своего дяди. Стейси никогда не видела более трогательного зрелища – крошечное существо доверчиво прижалось к мощному великану. Даже суровые черты Кернана смягчились. Стейси не скрывала умиления:

– Из тебя получится прекрасный отец.

В ту же секунду лицо Кернана помрачнело.

– Я вообще никогда не намерен становиться отцом, – отрезал он.

– Но почему? – спросила Стейси, хотя по тону было понятно: «Не твое дело». Его взгляд подтвердил догадку – не лезь.

– Пойду достану твою сумку из машины, – процедил он сквозь зубы, не желая ни секунды оставаться в компании женщины, которая заподозрила в нем отцовский потенциал.

Кернан отправился не столько за сумкой, сколько проверить обстановку. Он долго прислушивался, надеясь услышать шум снегоуборочной машины. Кругом стояла мертвая тишина. В такую ночь человеку трудно уйти от своих мыслей.

Что творится в этом доме? Он только что купал младенца перед камином и, надо сказать, получил удовольствие. Поэтому у Стейси и создалось ложное впечатление, что он будет хорошим отцом. Ее слова снова пробудили в нем ностальгическое чувство, тоску по несбыточному. Ребенком он имел возможность наблюдать жизнь других семей: однажды приятель позвал домой на ужин, в другой раз Кернан получил неожиданное приглашение от мамы и папы лучшего друга на лыжную прогулку в Рождество. Летя с горы, Кернан наслаждался духом свободы. Потом был семейный обед, настольные игры, веселые споры и дружеские шутки в машине по дороге домой. Все, о чем Кернан мог только мечтать.

Тяжелая рука отца быстро показала, насколько беспочвенны мечты. Отец был в ярости оттого, что сын принял приглашение, посчитав это личным оскорблением. Во всяком случае, так понял Кернан из его крика.

Кернан старался не думать об отце. Каждый шаг к успеху отдалял его от жестокого тирана, каждый всплеск адреналина помогал изгнать его мрачную тень.