Сладкий плен его объятий - Александра Хоукинз

– Ладно, продолжим. Вы хотели объяснить, в чем заключается ваша вина.

Это была менее опасная тема, и Девона собралась с мыслями.

– Доран не отказался от намерения жениться на мне. Пытаясь доказать моему отцу, что он меня достоин, он связался с преступниками. Его арестовали три недели назад вместе с шайкой фальшивомонетчиков.

– В большинстве случаев это, несомненно, означает смертный приговор.

– С Дораном так и произошло. От него отрекся родной отец. Кто за него поручится, если он не может обратиться к родным? У Дорана нет ни денег, ни друзей. Его повесят.

– И вы чувствуете себя в ответе за это.

– Он сделал это ради меня. – По щекам Девоны покатились слезы. Она разрыдалась. – Если бы Доран не решил превзойти самого себя, он никогда не пошел бы на преступление. – Она на мгновение прислушалась к тому, как вокруг них смеются и весело болтают люди. – Я должна сделать что-нибудь, чтобы спасти его.

– И какую роль в ваших планах вы отводите мне? Если вы рассчитываете, что я возьму тюрьму приступом и освобожу его, то вы…

– Нет, конечно, – покачала головой Девона. – У меня даже в мыслях не было ничего подобного. Я хочу, чтобы вы воскресили Дорана, после того как его труп снимут с виселицы.

Лорд Типтон ожидал всего, чего угодно, но не этого. Он потер руками лицо и отвернулся.

– Вы понимаете, о чем просите?

Девона схватила его за руки и сжала их.

– Но вы же Le Chirurgien de la Mort[1]. О вас говорят, что вы поставили себе целью победу над смертью. Вас считают очень хорошим хирургом. Если кто-нибудь и может воскресить Дорана, то только вы.

– Господи, Девона! – Рейн отдернул руки и сжал их в кулаки. – Вы наслушались небылиц на светских раутах. Я на них не бываю, но знаю, как меня называют. Рафинированный Труп, Хирург Смерти… Существует множество других, еще менее привлекательных прозвищ. Все это бессмысленные названия, придуманные неумными людьми для явлений, в которых они ничего не понимают.

Неужели она ошиблась? Девону душило отчаяние.

– Но ваша работа… Люди, которым вы помогли… Мне обо всем известно.

Рейн коснулся ее лица. Ему так хотелось, чтобы Девона его поняла.

– Если бы это было пятьдесят лет назад, до того как при повешении стали использовать автоматическое сбрасывание, я бы сказал, что у вашего друга есть шансы на выживание – пятьдесят на пятьдесят. Но подумайте только! В течение пятнадцати минут его шея должна будет выдерживать вес его тела. Я ничем не смогу ему помочь.

– Я за это в ответе. – Слезы текли по щекам Девоны и капали ему на пальцы. – Я не знаю, как буду жить с чувством вины.

Вдали протрубил рожок. Они смотрели друг на друга в немом поединке характеров, не обращая внимания на шумные развлечения толпы вокруг них. Он ей не поможет, теперь Девона это знала. И ее отчаяние было таким же неистовым, как и далекий раскат грома, предвестник приближающейся грозы.

Вдруг раздались вопли. Они неслись, словно набегающая на берег волна прибоя. А потом на мгновение все замерло. Девона и Рейн повернулись туда, откуда доносился шум. Толпа разбегалась в стороны от кареты, запряженной четверкой обезумевших лошадей, которая мчалась прямо на них. Прежде чем Девона успела осознать весь ужас и опасность их положения, Рейн схватил девушку в охапку, закрывая от ее глаз страшную картину. Земля дрожала, когда он откатился вместе с Девоной в сторону от летящих смертоносных копыт, обломков дерева и металла.

Время потекло в своем обычном ритме, когда коляска с лошадьми промчалась по одеялу, наехав на корзину с провизией. Девона лежала, съежившись в объятиях Рейна, и его тепла едва хватало на то, чтобы унять озноб, сотрясавший ее тело. Его шляпа куда-то исчезла, аккуратная прическа растрепалась, и длинные волосы щекотали лицо девушки. Они оба тяжело дышали, и Девона не могла понять, чье сердцебиение ощущает – его или свое собственное.

– Когда я увидела, что на нас несется карета, я, кажется, потеряла способность соображать и двигаться, – прохрипела девушка. Она говорила с трудом из-за попавшей в рот пыли и осознания того, что лишь мгновенная реакция виконта спасла их от жуткой и мучительной смерти. – Вы спасли нас обоих.

Рейн смотрел на нее, с трудом переводя дыхание. Он еще не справился с возбуждением. Его глаза гневно сверкали. Сейчас это был закаленный в боях воин, прикрывший девушку собственным телом. Девоне хотелось успокоить его, сказать, что с ней все хорошо, но она могла только лежать и дрожать. Девона шевельнула губами, желая поблагодарить Рейна, и воин в нем воспринял это как зов. Его теплые губы прижались к ее холодным губам как нежное подтверждение того, что они оба остались живы.

Их первый поцелуй был божественным! Девону обдало жаром с головы до ног, когда к ней вернулась способность воспринимать окружающую действительность, и она ощутила на своем теле вес и силу мужчины. Девушка знала: она должна потребовать, чтобы Рейн немедленно прекратил эти вольности. Но как можно было противиться его соблазнительным, умиротворяющим поцелуям? Он призывно проводил языком по ее губам, и ей хотелось ощутить это снова и снова. Девона крепче ухватилась за своего спасителя, когда почувствовала, что земля вокруг них опять задрожала.

– Отпусти ее, ублюдок!

Услышав это, Девона, не в силах сдержаться, закрыла глаза и застонала, прижимаясь к губам Рейна. Вдруг его резко оттащили от нее. Она видела, как он стряхнул с себя руки схвативших его мужчин. Рейн олицетворял собой вызов и уверенность в себе.

– Я убью тебя за то, что ты посмел к ней прикоснуться!

Девона узнала этот голос. Брок, закончив обследование небес, устремился на землю, как могущественный златокудрый бог, готовый поразить смертного, дерзнувшего прикоснуться к его сестре. Девона села, пригладила волосы руками и вытащила застрявшую в них соломинку. Теперь она оценила всю серьезность положения. Они чуть не погибли. Это видели окружающие, и это привлекло к ним всеобщее внимание. К Девоне подошла Уинни и набросила ей на плечи шаль, прикрывая порванный рукав. Как это она не заметила, что выглядит ужасно? Ее платье было разорвано, шляпа куда-то подевалась, волосы растрепались. Теперь Девона была уверена, что после страстных поцелуев выглядит непристойно. Уинни сочувственно обняла сестру. Девоне не понравилось выражение лица Брока. Она встала.

– Брок, это ни к чему.

Он сделал вид, что не слышит. Его грозный взгляд был прикован к лорду Типтону.

– Я требую сатисфакции за то, как вы вели себя с моей сестрой.

– Дуэль из-за одного поцелуя? – Рейн ухмыльнулся. – Что же я могу поделать, если ваша сестра не дает мне прохода, Бидгрейн?

Девона услышала, как несколько дам одновременно ахнули. Она закрыла глаза и быстро прошептала молитву. Лорд Типтон оскорбил не только Брока, и он за это ответит.