Сны в Барселоне - Наталья Журкина

На минуту женщина замерла, потрясенная красотой представшего перед ней мира, жадно вдохнула живительную свежесть утра, но насладиться ею не успела. В монастырскую тишину ворвался призывный звон колокола, и монахиня неторопливо направилась к храму.

Она не спешила, ей не пристало спешить.

Женщина знала, что без нее служба не начнется. Спокойно и гордо монахиня прошествовала по крытой галерее, окружающей двор, и вошла в широко распахнутые двери церкви.

Здесь у нее было свое особое место, место настоятельницы монастыря. Все монахини и священник были в сборе, ожидали только ее.

Стройно и торжественно пел монастырский хор, возносились горячие молитвы, священник читал свою ежедневную проповедь. В этот храм приходили молиться не только монахини, но и жители соседних деревень. В этих краях не было более значительного места, где звучало Божье слово, и оказывалась помощь всем нуждающимся.

Высокие и крепкие стены обители могли бы служить надежной защитой в случае войны, что так часто случалось на прекрасных землях Каталонии в это беспокойное время.

Об этом думала настоятельница монастыря Педральбес, вознося благодарственные молитвы Господу и Деве Марии. Только их святая воля дала ей возможность построить этот монастырь, ставший ее домом на всю оставшуюся жизнь.

Настоятельница была уже немолода, хотя точно определить возраст женщины было сложно – ее тело, лицо и волосы скрывала монашеская одежда. Но темные бесформенные одеяния не могли скрыть горделивую осанку, благородство движений и изящность фигуры.

Весь день проводила она в трудах и заботах о монастыре и его обитателях. Бог не дал ей детей, но женщина не роптала – этот монастырь и все живущие в нем люди стали ее детьми. Они чувствовали ее неустанную заботу и искреннее внимание, обращались за помощью и советом, всегда находили любовь, понимание и поддержку.

И лишь поздними вечерами после всех дневных дел и молитв, в одиночестве своей кельи, женщина предавалась воспоминаниям о своей жизни, пытаясь понять, все ли она сделала правильно, не совершила ли непоправимой ошибки, выбрав этот путь.

Перед ее внутренним взором проходили события двадцатилетней давности, такие живые и яркие, будто это было вчера. Все чувства, которые она испытывала в свои юные восемнадцать лет, возвращались теперь в ее уставшее сердце, ненадолго заставляя его биться быстрее.

Люди, вызывавшие некогда эти сильные чувства, уже покинули этот мир, оставив лишь воспоминания и сожаления.

Елена лежала с закрытыми глазами, пытаясь понять, сон это или явь. Все, что она сейчас видела и слышала, было слишком реальным, чтобы быть сном. Солнце, гладящее холодную бледную кожу, прохладный ветерок, ласкающий печальное лицо, призывный звук колоколов, дурманящий аромат цветущего сада не могли быть обычным сном.

Женщину в монашеском одеянии она видела впервые.

Тогда почему же чувства, испытываемые этой женщиной, Елена ощущала как свои собственные?

Почему так больно сжимается сердце от мысли, что жизнь прошла и никогда в ней не будет любви и радости материнства?

Ведь реальная Елена была полна надежд, она ощущала в себе все силы молодости и не допускала даже мысли, что ее жизнь уже позади.

Что же это было тогда?

Елена открыла глаза и попыталась понять, что ей хотело сказать ее подсознание этим удивительным сном.

Возможно, она слишком беспечно и расточительно тратит отмеренное ей время? А сорок лет тот рубеж, за которым уже нет будущего?

И надо использовать тот шанс, который давало ей настоящее. Последний шанс!

Встав с постели, Елена приняла душ, чтобы прогнать остатки тягостного сна, но чувства, разбуженные им, не исчезли. Было так грустно, что хотелось плакать. Печальный образ монахини не желал покидать ее мысли. Укладывая волосы в красивую прическу, Елена продолжала видеть женщину в черном одеянии, свою ровесницу, проводящую жизнь за высокими каменными стенами без надежды на другое будущее.

«Как ужасно, когда каждый новый день похож на предыдущий, и ты точно знаешь, что больше никогда ничего не увидишь, кроме этого, пусть даже и прекрасного места! – думала Елена, одеваясь, – но ведь она, наверное, сама выбрала такую жизнь. Интересно знать почему?»

Ответа на этот вопрос у нее не было, а предаваться долго грусти Елена не умела. Лучшим лекарством от тоски для нее всегда была работа, и женщина принялась за уборку. Вытирая пыль, она задумалась о мужчинах, которые оставили след в ее жизни.

Первый раз она влюбилась еще в университете в юношу с поэтическим именем Ярослав. Ее любовь была больше похожа на мечту. Красивый и популярный, он не замечал ничем не выделяющуюся из толпы студенток девчонку. Несколько лет Леночка следила за ним издали, в перерыве между лекциями бегала к дверям аудитории, где он занимался, чтобы полюбоваться его стройной фигурой и благородным, как ей казалось, лицом.

Ее сердце замирало от счастья, если его взгляд случайно падал на нее. Тогда она несколько дней представляла, как они встречаются где-нибудь в тенистом парке или кинотеатре, он подходит к ней знакомиться и говорит, что давно хотел это сделать, но не решался подойти, и … дальше ее фантазия не шла, так как Леночка просто не знала, что могло произойти. Скорее всего, она бы просто его отшила, как поступала с другими молодыми людьми, набравшимися храбрости заговорить с ней, или убежала бы от него быстрее ветра, смущенная и испуганная.

Таким образом, мечта ее не осуществилась, да, возможно, ей и не нужно было, чтобы она осуществлялась. В реальной жизни ее герой мог оказаться не таким уж привлекательным, а в ее мечтах он навсегда оставался идеальным. Узнать его поближе девушке не довелось, поскольку возлюбленный неожиданно перевелся в другой вуз.

Елена страдала несколько лет, высматривала Ярослава в метро и магазинах, надеялась увидеть его хотя бы мельком. Все напрасно. Постепенно его образ потерял реальные черты, как бы стерся, сначала она не могла вспомнить цвет его глаз и волос, потом весь его облик растворился, он стал реже являться ей во сне, а потом и вовсе исчез.

Второе сильное чувство пришло к ней намного позже, в возрасте двадцати пяти лет.

Лена начинала свой трудовой путь секретарем в небольшой фирме, и там за ней стал ухаживать один из сотрудников. Он был не намного старше, но уже женат. Жизнерадостный балагур и ловелас, Костик щедро расточал комплименты и знаки внимания. Сначала девушка отвергала все его попытки завоевать ее симпатию, но потом …

Во-первых, ей было лестно, что на нее обратил внимание такой симпатичный мужчина, а во-вторых, она подумала, что смешно в ее возрасте оставаться девственницей.

Большинство ее подруг и просто знакомых уже были замужем или имели бой-френдов, а Лена чувствовала себя аутсайдером, обделенным мужским вниманием. Она не любила Константина и даже симпатии особой не испытывала, ей было просто любопытно, почему люди так много говорят о сексе и придают ему такое большое значение.