За пеленой надежды - Барбара Вуд

Сондра подавила свой испуг:

— Вы меня ждете?

— Первый день анатомирования, верно? У вас Морено, так? Мисси^[11], идите сюда, за мной. — Он захромал к открытой двери и провел Сондру в большое, похожее на резервуар помещение, в котором висели столь густые пары формалина, что из глаз Сондры тут же потекли слезы. — Я вам достану хороший труп, — пожилой медбрат потянулся к длинному шесту, который напоминал крюк, какими в стародавние времена со сцены стаскивали плохих актеров. — Хорошие трупы не такие страшные.

Сквозь пелену слез Сондра с трудом разглядела помещение. Большой бассейн углублялся в бетонный пол. Такой бассейн можно найти в любой гимназии или фитнес-центре, только этот вместо воды наполняла консервирующая жидкость, а тела буровато-коричневого цвета, похожие на мумии, не плавали, а медленно покачивались. Сондра смотрела, как медбрат крюком подтащил труп к краю бассейна и начал вытаскивать его.

Лицо трупа было скрыто, полностью обмотано белой марлей; руки связаны вместе над грудью, словно в молитве. Сондра увидела, что это тело молодой женщины.

— Я оказываю услугу, мисси, вручая вам такой хороший труп, как этот. Трупы не часто бывают столь молодыми. Эту девушку звали Джейн Доу. У окружной больницы имеется договор с нашим колледжем. Колледж не только избавляет больницу от необходимости нести расходы за похороны девушки, но и платит за труп. — Он закинул труп на складные носилки. — Морено проделывает этот номер каждый год. У него плохая черта характера. Все трупы находятся наверху, они старые и неприятные, из них ничего хорошего не получится. А теперь, мисси, раз Морено так поступил с вами, что ж… — Он приподнял носилки и закрепил ноги трупа. — Что ж, я отдаю вам самое лучшее, что у нас есть. Все будут завидовать вам и вашим коллегам… Ну вот еще! — Медбрат схватил ее за руку. — Вам плохо?

Сондра поднесла руку к вспотевшему лбу.

— Нет.

— Я подниму труп вместо вас. Я отвезу его на лифте, а вы поднимайтесь по лестнице.

— Вы сказали… вы сказали, что он такое проделывает каждый год? — шепотом спросила Сондра.

— Только со студентками. Ему не по душе, что женщины учатся в колледже. Так что ему нравится, когда те корчатся от страха.

— Понятно. — Она хотела сделать глубокий вдох, но не смогла. — Дальше я сама справлюсь. Спасибо.

— Послушайте, мисси, мне не трудно ради вас поднять его наверх.

— Нет, со мной все в порядке. Мне подниматься тем же способом, что я спустилась сюда? Пожалуйста, накройте это… ее. Спасибо.

К тому времени, когда лифт поднялся до третьего этажа и дверь начала открываться, Сондра стояла, прислонившись к стенке кабинки, в ушах у нее шумело. Дважды во время подъема Сондре казалось, что обморока не миновать, но она выстояла — гнев придал ей силы. Когда дверь шумно открылась, она увидела, что из помещения, где царила полная тишина, на нее уставились двадцать пар глаз.

Мистер Морено подошел и равнодушно взглянул на нее:

— Я впечатлен тем, что вам самостоятельно удалось справиться с этим, Мэллоун, учитывая то обстоятельство, что вы даже не знаете, чем отличается ваш рост от веса!

Она умерла в результате кровоизлияния от нанесенной самой себе раны в области матки. Девушке было лет семнадцать. Выяснить, откуда она, не удалось: никто за ней не пришел.

Джейн Доу.

Сондра мало что усвоила во время сегодняшнего анатомирования в лаборатории. Смотрела на все стеклянными глазами, мысли в голове путались.

Не удалось выяснить, откуда она: за ней никто не пришел.

Возвращаясь домой по послеполуденной духоте, Сондра не заметила тяжелые серые тучи, собиравшиеся над океаном.

Семнадцать лет. За ней никто не пришел.

Что произошло с этой девушкой? Почему она так поступила? Какие обстоятельства привели бедняжку к столь трагическому шагу?

— Не питайте никаких чувств к вашим трупам, — наставлял Морено. — У некоторых студентов возникают чувства привязанности, и во время анатомирования у них сдают нервы. Вот почему скрыты лица трупов. Вы работаете с телом. Не забывайте об этом.

Но Сондра не могла забыть. Придя домой, она застала Мики, которая подавленно сидела за кухонным столом, одна щека у нее была бледной, другая — ярко-розовой. Была очередь Рут готовить ужин, и она открывала банку с чили.

— Какой ужасный день! — сказала Сондра, бросая свою сумочку. — Я никак не ожидала подобного!

— Морено — подонок, — пробормотала Рут.

Сондра взглянула на продукты, разбросанные по столу, — чили с мясом, нарезанный белый хлеб — и сказала:

— Знаете что? Пожалуй, сегодня неплохо бы пойти куда-нибудь поужинать!

Мики подняла голову, у нее сначала загорелись глаза, затем в них мелькнул страх.

— В «Джилхоли»?

Она побывала в «Джилхоли» всего один раз. Эта забегаловка славилась как место постоянных сборищ, где студенты пили пиво и слушали музыкальный автомат, изливали свои переживания и разочарования, — бурное, шумное, многолюдное заведение. Там Мики становилось совсем не по себе. Но сегодня вечером это место вдруг показалось ей привлекательным — просто надо было сходить куда-нибудь развеяться.

— Не знаю, — задумчиво протянула Рут. — К следующему понедельнику надо вызубрить эту таблицу осмолярных веществ и прочитать пятьдесят страниц из книги Фарнсуорта…

— Я угощаю, — сказала Сондра, хватая свою сумочку. Пошли, нам втроем пора сделать перерыв!