Алая мантия - Виктория Холт

Бьянка ударила его ногой, но она испытывала приятное возбуждение и не собиралась убегать.

– Пустите меня, – повторила Бьянка, но Бласко почувствовал, что ее сопротивление слабеет.

«Это случится скорее, чем я ожидал, – подумал он. – Почему бы не сегодня вечером?»

Наклонившись, он поцеловал ее в губы.

– Что вам нужно? – осведомилась Бьянка. – Почему вы не танцуете с дамами?

– Зачем тратить время на вопросы, когда ты знаешь ответ? Я здесь потому, что мне больше нравится целовать податливых цыганских девчонок, чем танцевать с дамами.

– Податливых?!

– Вот именно. – И Бласко поднял ее на руки.

– Куда вы меня несете?

– В какой-нибудь подходящий гранатовый куст.

– А если господа узнают?

– Что из того? Сеньоры пожмут плечами, а дамы улыбнутся, прикрываясь веером. «Он так любит хорошеньких девушек, – скажут они, – что не обходит вниманием и цыганок, тем более что цыганки податливы…»

– Вы лжете!

– Вот как? Значит, ты намерена сопротивляться?

– Я вас не боюсь!

– Разумеется. Совсем наоборот.

– Я расскажу хозяйке, как вы обошлись со мной!

– Не сомневаюсь, что твой рассказ будет презабавным.

Не выпуская девушку, Бласко решительно зашагал в сторону от дома.

– Я позову на помощь! Вы хотите, чтобы нас застали в таком виде?

– Не хочу – ради тебя. Почему же ты не зовешь?

– Если я позову, мне не поверят. Они поверят вам, что я пыталась украсть драгоценности. Многие в этом доме готовы поверить самому худшему о бедной цыганской девушке.

– Ты не только красива, но и разумна.

– Не надейтесь смягчить меня ласковыми словами.

– Ты любишь ласковые слова и полюбишь меня. Покажи мне место, где мы можем наслаждаться уединением. Я не был в этом доме несколько лет, и тут, несомненно, многое изменилось.

– Поставьте меня на землю.

– Тогда ты отведешь меня?

Бьянка кивнула, и Бласко поставил ее на ноги. Она рванулась в сторону, но он тут же ухватил ее за юбку. Послышался треск рвущейся ткани, но Бласко подхватил девушку под мышку и понес ее через ворота в сад.

– Вот видишь, – сказал он. – Тебе нельзя доверять.

Бласко опустил цыганку на землю возле растущих у стены кустов акации и лег рядом с ней. От одуряющего аромата цветов у Бьянки кружилась голова. Бласко возбуждал в ней такое же страстное желание, какое испытывал сам. Она достаточно разбиралась в таких вещах, чтобы понимать всю бесполезность пытаться скрыть свои чувства. Он снова поцеловал ее и прошептал:

– Ты не сказала мне свое имя, цыганочка.

– Бьянка, – ответила девушка.

– Бьянка, – повторил Бласко. – Мы должны встречаться почаще, Бьянка. С прошлой встречи я не переставал думать о тебе. И по дороге сюда я все время мечтал увидеть свою маленькую цыганочку.

– Неправда, – сказала Бьянка.

– После свадьбы ты будешь жить в доме моего отца. Меня это устраивает.

Голос Бласко ласково звучал в ушах у Бьянки. Ради этого она сопротивлялась Перо, покинула свой народ, рассталась со свободной кочевой жизнью.

Издали до нее доносилась музыка, и звезды мерцали прямо над головой.

Теперь ее не заботило ни прошлое, ни будущее – она чувствовала, что вся ее жизнь вела к этому моменту.

– Бьянка… Бьянка… – шептал Бласко ее имя.

Она обняла его за шею и услышала в темноте его полный нежности и торжествующий смех.

Бьянка помогала Исабелье лечь в постель. Мантилья уже лежала на табурете, и Бьянка расстегивала на шее у хозяйки рубиновое ожерелье. Исабелья почти все время молчала.

«Она печальна, – думала Бьянка, – потому что выходит замуж за Доминго, а не за его брата».

Бьянке казалось, будто она все еще находится в темном душистом саду. Она по-прежнему видела над головой звезды и удивлялась, что никогда прежде не замечала красоту неба. Бьянка словно заново родилась – она ощущала, что вместе с одним чувством в ней пробудились и все остальные.

– Банкет был чудесный, – сказала она. Исабелья не должна знать, что произошло между ней и Бласко, а ее молчание могло вызвать подозрение – хозяйка всегда посмеивалась над тем, что Бьянка рта не закрывает. – Вы счастливы, что выходите замуж за дона Доминго?

– Я уверена, Бьянка, что он хороший человек.

– Очень хороший, – твердо заявила Бьянка.

– Хотя Доминго кажется суровым, но я не думаю, что он таков на самом деле.

– Конечно, нет, с вами он будет добрым и ласковым.

Бьянка вспоминала свой разговор с Бласко. «Ты спишь вместе со слугами?» – спросил он. «Нет, – ответила она. – Они не захотели бы спать рядом с цыганкой». – «Вот как? – рассмеялся он. – Бьюсь об заклад, многие из них отдали бы десять лет жизни, чтобы сделать это». – «Слуги спят в большой комнате возле холла, – сказала ему Бьянка. – Женщины – с одной стороны, мужчины – с другой. А я сплю в маленькой комнатке рядом со спальней доньи Исабельи». – «Ночью, когда все уснут, – предложил Бласко, – приходи ко мне в комнату, и мы будем вместе до рассвета». – «Я не осмелюсь». – «Ты осмелишься на все, что угодно». – «А если об этом узнают?» – «Никогда не думай о таких вещах, пока этого не произошло. Получай удовольствие, а расходы подсчитывай, когда с тебя потребуют плату». – «Вы всегда так поступаете?» – «Всегда». – «Но я не могу…» – «Значит, ты хочешь заставить меня прийти к тебе?» – «Вы не придете». – «Не приду? Посмотрим. Хотя лучше, чтобы ты пришла ко мне». – «Не могу», – упорствовала Бьянка. Но она знала, что сможет.

Исабелья посмотрела на нее:

– Что с тобой происходит, Бьянка?

– Со мной? Ничего.

– Ты просто стоишь и смотришь на меня.

– О, это потому, что вы такая счастливая. Дон Доминго будет лучшим мужем в мире. Так говорят карты.

– Ох уж эти карты! Я уверена, что ты заставляешь их говорить то, что тебе нужно.

– А вы любите дона Доминго?

– Разве любовь приходит так быстро?

Бьянка промолчала. Дикая, всепоглощающая страсть овладела ею моментально, но возможно, это бывает только с такими людьми, как она и Бласко, а не с такими, как ее хозяйка.

Исабелья наблюдала за ней, удивленная ее задумчивостью.

– Любовь может приходить очень быстро, – сказала Бьянка, – но обычно длится дольше та любовь, которая проходит медленно.

Исабелья легла в постель, продолжая смотреть на стоящую рядом цыганку.

– Когда я выйду замуж, Бьянка, – промолвила она, – ты останешься со мной. Я нуждаюсь в тебе, потому что в некоторых отношениях ты очень разумна.