Зефир в шоколаде - Екатерина Риз

— Пойдём.

Мы спустились с возвышения, на котором был установлен гроб, всего две ступеньки вниз, а словно в другое измерение, и я снова обратила внимание, что за нами наблюдают. Видимо, слух о том, что у Давыдова отыскалась ещё одна дочь, уже распространился.

— Лера, всё хорошо?

Я глаза на Антона подняла, он немного хмурился, приглядываясь ко мне. Я поспешила кивнуть.

— Да. Я просто растерялась немного.

— Не мудрено.

Я вдруг улыбнулась, хоть и едва заметно.

— Так странно слышать от тебя это слово.

— Почему?

— Оно тебе совсем не подходит.

Он еле слышно фыркнул, явно чтобы меня поддержать.

— Вот только не надо намёков, девушка.

— Можно я тебя снова под руку возьму?

— Даже нужно. — Он призывно выставил локоть вперёд. Затем спросил: — Хочешь выпить?

— А здесь есть?

— Думаю, вино точно есть. Сейчас поищем. — Кинул на меня изучающий взгляд. — Ты бледная.

Я невольно схватилась за щёки. А когда увидела приближающуюся к нам женщину, приглядывающуюся ко мне с красноречивым прищуром, руки поспешила опустить. Я не знала Марину Леонидовну, жену отца, в лицо, но была уверена, что это именно она. Лет сорока, платиновая блондинка, загорелая и с такой королевской осанкой, что мне поневоле захотелось расправить плечи, чтобы не выглядеть челядью на её фоне. Она шла к нам через зал, степенно и не спуская с меня глаз, окидывая критическим взглядом, и я была уверена, что лишь большое количество зрителей вокруг, не позволяло ей прямо и с наскока высказать своё мнение по поводу моего присутствия здесь. На ней был чёрный костюм с гипюровыми вставками, а на голове что-то вроде шляпки-таблетки с намёком на вуаль, которая на самом деле едва прикрывала её лоб. Марина Леонидовна подошла и тут же перевела взгляд с меня на моего спутника.

— Антон, — вроде бы поприветствовала она его, но тут же укорила: — Ты опоздал.

Тон был властный и обвиняющий, и видимо, Марина Леонидовна не сомневалась, что имеет на него право.

— Не опоздал, я задержался. К тому же, виновник торжества у нас Боря, вот без него бы не начали, а мы с тобой лишь гости.

— Как всегда хохмишь.

Антон безразлично пожал плечами и тогда уже указал на меня.

— На самом деле, я заезжал за Лерой. Вы ведь незнакомы? Дочь Бори от первого брака.

Мы с Мариной Леонидовной уже в открытую друг на друга посмотрели, я удостоилась ещё одного оценивающего взгляда, стерпела его, но на всякий случай нахмурилась. Но себя пришлось перебороть, и я протянула жене отца руку.

— Валерия, — представилась я, и заметила, как Марина Леонидовна украдкой огляделась. Мы обе понимали, что за нами наблюдают, и именно это обязывало к вежливости, и Марина руку мою пожала, хотя на самом деле едва коснулась и тут же свою руку отдёрнула. Чопорно поджала губы.

— Да, Боря мне рассказывал, — нехотя призналась она. — Меня зовут Марина Леонидовна. А ваша мама… тоже нас посетила?

— Нет. Мама… на отдыхе, — сказала я, решив не болтать про дом в деревне и плантацию огурцов и болгарских перцев. Что-то мне подсказывало, что Марина Леонидовна даже не поймёт о чём я.

— Что ж, — ещё один уничтожающий взгляд достался Антону, — каждому своё: у кого-то горе, а у кого-то отдых по плану. Жаль, что вы, Валерия, не приехали, когда Боря был жив, уверена, что он проявил бы любопытство к вашей судьбе.

Антон, не скрываясь, усмехнулся. Меня, признаться, тоже «любопытство» царапнуло. Но я постаралась сохранить спокойное выражение на лице.

— Да, сейчас мне тоже жаль, что мы совсем с отцом не общались. Думаю, он был интересным человеком.

— Не сомневайтесь в этом. А вы, Валерия, чем занимаетесь?

— Я преподаю алгебру и геометрию.

Марина Леонидовна чуть сдвинула брови.

— В школе работаете?

— Да, уже четвёртый год.

— У Бори тоже было математическое образование.

— Я знаю, мама мне рассказывала.

— А что ещё она вам рассказывала?

— На самом деле, немного. В основном то, что касалось времени их знакомства с отцом и первых лет брака, про то, что последовало дальше, мама говорить не любит.

Марина Леонидовна покивала, хотя я была уверена, что то, что я говорила, её мало интересовало. Она продолжала ощупывать меня взглядом, прятала в глазах недовольство, потом обернулась, заметив кого-то, и позвала:

— Алиса, подойди сюда.

От группы людей отделилась девушка, невысокая, фигуристая, я бы даже сказала, что с пышными формами, но весьма соблазнительными, и такая же платиновая блондинка, как и мать. При её смуглой, избалованной солярием, коже, такой цвет волос выглядел несколько экстравагантно, что её, судя по всему, нисколько не смущало. Она уверено передвигалась на высоких — очень высоких! — каблуках, наверное, надеялась казаться выше; на светящемся улыбкой лице особого горя я не заметила, хотя, тут же поняла, что радость её минутна и предназначалась она Антону. Алиса как увидела его, так и разулыбалась, а в глазах прямо-таки огонь разгорелся. Я даже не удержалась и на Антона посмотрела, тот особой радостью не воспылал, спокойно смотрел на девушку, даже чуть снисходительно. А она к нему подошла и за руку схватила. И как мать недавно, обвинила его:

— Ты опоздал. Хотя, мог бы и заехать за мной.

— Занят был, — коротко отозвался Антон, явно не желая вдаваться в подробности.

— Алиса, — одёрнула дочь Марина Леонидовна, и взгляд, который она к ней обратила, был буравящий и предостерегающий. — Я хочу тебя кое с кем познакомить. — На меня указала рукой. — Это Валерия… — Вот тут произошла заминка, Марина Леонидовна явно не знала, как правильно меня представить. — Старшая дочь твоего отца.

Антон снова не удержался и усмехнулся, я же молчала. А вот Алиса непонимающе сдвинула брови при взгляде на меня.

— Кто?

Антону пришлось пояснить.

— Твоя старшая сестра, Лиска.

Алиса на меня во все глаза уставилась.

— Понятия не имела, что у меня сестра есть.

Марине Леонидовне вроде бы неудобно стало, и она вполголоса шикнула:

— Не говори ерунды, папа тебе рассказывал.

— Я не помню.

Антон посмотрел на меня, и будто извиняясь за неё, сказал:

— Не обращай внимания, у неё голова, как дуршлаг.

— Антон, придержи язык, — разозлилась на него Марина.

А Алиса возмущённо, но не зло, тряхнула его за руку.

— Перестань. Я помню всё, что мне нужно. — Она повернулась ко мне, внимательно оглядела с головы до ног, потом спросила: — Ты натуральная блондинка?