В объятиях страстного сицилианца - Кэрол Маринелли

Когда Софи опустилась в джакузи, ее охватило блаженство. Сначала она получила удовлетворение в объятиях Бастиано, а теперь нежилась в ароматной пене и думала о том, что навсегда запомнит этот восхитительный день.

Она закрыла глаза, чтобы получше запечатлеть в своей памяти Бастиано.

Когда тот вошел в ванную, он увидел Софи, лежащую в пене и почти задремавшую.

– Почему тут повсюду развешаны вещи? – спросил Бастиано. – Такое впечатление, что к нам пожаловали цыгане.

Софи открыла глаза и улыбнулась, глядя на красивого голого мужчину, который бросал мрачные взгляды на ее сохнувшую униформу и нижнее белье.

– Если хочешь знать, я постирала их, потому что знала, что ты джентльмен и не выставишь меня за дверь в мокрой одежде.

– Я восхищен твоей хитростью. Но я далеко не джентльмен, и, если бы я захотел, чтобы ты ушла, мне было бы все равно, мокрая у тебя одежда или сухая.

– Не верю. – Бастиано не мог бы так поступить, потому что в ее глазах он был само совершенство.

Она махнула рукой, приглашая его присоединиться.

Бастиано обычно не нежился в пене со своими любовницами. Но тут не отказался. Он опустился в воду напротив Софи, и она тут же положила ему ноги на грудь.

Бастиано настолько расслабился, что неожиданно для самого себя чуть не задремал.

Только Софи не собиралась оставлять его в покое и чуть надавила пятками на его торс.

Он не открывал глаза, но она не отставала.

– Чего тебе?

– Сделай мне массаж ножек.

Бастиано был слишком расслабленным, чтобы возражать, поэтому он приступил к делу, наслаждаясь стонами Софи.

– О, твоя аристократка даже не представляет, что потеряла, – довольно замурлыкала она.

Судя по всему, она считала Бастиано самым добрым и заботливым мужчиной в мире, и он решил не лишать ее этой иллюзии.

– Тебе не больно? – спросил он, и речь шла не о ее ногах.

– Немного, – призналась она, а потом послала ему дерзкую улыбочку. – Но не настолько, чтобы воздержаться от повтора.

Да, Лидия точно не знала, что потеряла, потому что Бастиано так массировал ее икры, словно знал, как сильно они болели. А еще он вел себя так, будто ни за что на свете не захотел бы сейчас оказаться в каком-нибудь другом месте.

– Твои худенькие ножки довольно мускулистые, – заметил Бастиано.

– Потому что я целый день бегаю по ступенькам. А откуда у тебя шрам на щеке? – не удержалась Софи.

Бастиано редко расслаблялся настолько, чтобы затрагивать эту тему.

– Я дрался.

– Сколько тебе было лет?

– Семнадцать.

– Ты дрался со своим дядей? – Он сам говорил, что именно в этом возрасте его вышвырнули из дома.

– Нет.

– Тогда с кем?

По его взгляду было понятно, что ей не следовало задавать этот вопрос, но она слишком погрузилась в чувственное наслаждение, которое дарили его сильные руки. Хотя после этого вопроса он перестал массировать ее икры.

– С человеком, которого я ненавижу до сих пор. Тон его голоса изменился, но Софи не испугалась. Она просто ждала, когда Бастиано продолжит говорить, но он молчал.

Обычно такого рода разговоры были у Бастиано под запретом, но он чуть открылся Софи и теперь хотел узнать что-нибудь о ней самой.

– А ты чем занималась в свои семнадцать?

– Я уже говорила тебе. Я работала в пекарне. – Вспоминая то время, она хохотнула. – Я была влюблена. Ну, или мне так казалось.

– В кого?

– В мужчину, который заглядывал к нам по пути на работу.

– Он приходил, чтобы увидеться с тобой? Я бы на его месте ходил туда утром и вечером. И еще в обед.

– Но тогда ты бы стал таким же толстым, как наш пекарь.

– Я бы занялся спортом. – Бастиано потянул ее за ноги, и она оказалась верхом на нем.

– Ты ошибаешься, – после дразнящего поцелуя ответила Софи. – Он был женат! Я влюбилась в него, а он очень вежливо игнорировал меня.

Интересно, что бы она сказала, расскажи он ей о своих грехах. Только Бастиано не собирался откровенничать.

Софи прильнула к нему и закрыла глаза.

– Обычно я только мою эту ванную, – вздохнула она. – Однажды мне пришлось принести сюда ведерко со льдом и с шампанским. Тут нет ничего необычного. Но только в тот раз в джакузи сидела пара.

– Ну, это был точно не я, – сухо ответил Бастиано.

– Конечно нет. Ты слишком хорошо воспитан. Он хотел сказать, что его никогда не заботило целомудрие горничных и он никогда не принимал ванну со своими партнершами.

Но сейчас все складывалось именно так, а не иначе.

– Что еще ты видела?

– Много всего. Больше всего я люблю, когда в гостинице устраиваются свадебные торжества. Тут всегда происходит что-то замечательное. Я редко развожу завтраки, но иногда такое случается. И некоторые пары пьют шампанское в семь утра… – Сначала Софи не понимала этого, но сейчас такая романтика вызывала у нее улыбку. – Я никогда не пробовала шампанское, не говоря уже о том, чтобы пить его с самого утра.

– Хочешь, я закажу его в номер?

– Нет. Но я немного проголодалась.

– И чего тебе хочется?

– Мне хватило бы мороженого с чашечкой горячего эспрессо.

Десять минут спустя Софи лежала в ванной и зажимала рот рукой, чтобы не рассмеяться, когда Инга вкатила тележку с едой.

– Синьор Конти, не желаете еще чего-нибудь? – спросила Инга, и Софи знала, что та задала вопрос не просто так. Номер Бастиано больше походил на поле боя и нуждался в генеральной уборке.

– Ничего не надо.

Бастиано вернулся обратно в ванную, и Софи наморщила нос.

– Терпеть ее не могу, – призналась она.

– Почему?

– Просто… – Софи пожала плечами. Ей стало немного неловко. В конце концов, разве сейчас она занималась не тем же, что и Инга?

Хотя Софи занималась сексом с Бастиано не за деньги или сумочки известных брендов. Она просто исполнила клятву, которую когда-то дала себе, пообещав, что переспит с мужчиной, который ей понравится и когда она будет готова к этой близости.

– А где мое мороженое? – спросила она, увидев, что Бастиано зашел с пустыми руками.

Он не стал отвечать, а подхватил ее на руки и понес мокрую в постель. Софи смеялась и протестовала, и Бастиано тоже не сдержал улыбку, опуская ее на кровать.

– Здесь.

Он прислонил Софи к подушкам, полил мороженое горячим кофе и протянул ей. Софи съела одну ложечку и замурлыкала от удовольствия.