Благие намерения - Кэти Максвелл

– Ага! Ты о совместимости! Это очень важно в семейной жизни. Мне не хотелось бы, чтобы ты чувствовала отвращение к своему мужу. Ну-ка, посмотрим… – Шарлотта продолжила осмотр Джиллиан. – Ты образованна, говоришь на трех языках и очень начитанна.

– Я знаю только классику, хотя мне понравились романы, которые ты дала мне почитать. Дядя Джонас не позволил бы мне их читать, он говорит, что они греховны и безнравственны и ведут к падению нравов.

– Уэссекс определенно человек, который ценит в женщине ум, независимо от того, что она читает. – Теперь пришел черед фыркнуть Шарлотте. – Я не представляю его рядом с такой самодовольной дурой, как Диана Темплтон. А ты?

– У нее огромное приданое. И огромный… э-э… зад. Мужчинам это тоже нравится.

– К тому же она дочь маркиза. Но ума у нее не больше, чем у обычной древесной лягушки. Нет, я уверена, твой ум привлекает лорда Уэссекса, а зад у тебя точно такой же, как у нее, следовательно, ты удовлетворяешь обоим требованиям. – Склонив голову, Шарлотта пристально взглянула на кузину. – Надеюсь, ты не стесняешься высказывать ему свои мысли.

– Ты когда-нибудь видела, чтобы я была способна придержать свой язык? – улыбнулась Джиллиан.

– Нет, – Шарлотта задумчиво смотрела на кузину, – но я не думаю, что с этим будет особая проблема. Как я себе представляю, Уэссексу нравится откровенность.

– Значит, я обладаю всеми необходимыми качествами, чтобы стать превосходной женой Черному Графу?

– Да, думаю, это так, – весело ответила Шарлотта, оглядывая себя в большом овальном зеркале.

– Есть только одно «но». – Что?

– Он не влюблен в меня.

– При чем тут любовь, если граф просит тебя выйти за него замуж? – Обернувшись, Шарлотта посмотрела на Джиллиан с мягкой, сочувственной улыбкой.

– Шарлотта! Я не представляю себе, как можно выйти замуж за человека, который тебя не любит. – Джиллиан смотрела на свои руки, комкавшие воздушный подол платья, затканного золотом, а Шарлотта с усталым умудренным видом, не соответствующим ее восемнадцати годам, смотрела на нее. – Но полагаю, теперь о любви речь не идет: никто больше не женится по любви.

– Только романтики и женщины из низшего сословия, – согласилась Шарлотта.

– Честно признаться, мы болтаем глупости, дорогая Шарлотта. – Разжав руку, Джиллиан ладонью разгладила воздушную ткань и, встретившись в зеркале с глазами кузины, улыбнулась ей. – Граф может пощипать и более пушистых голубок, чем я.

– Что ж, посмотрим, что будет завтра. – Оправив в последний раз платье, Шарлотта обернулась к кузине. – Если он снова нанесет нам визит и пригласит тебя кататься, это будет означать, что у него на тебя серьезные виды. Мама не позволит ему развлекаться с тобой, если у него неблаговидные намерения. Господи, уже второй гонг! Папа рассердится, если из-за нас задержится обед! – Девушки заспешили вниз, но Шарлотта задержалась, чтобы повертеться перед зеркалом на площадке лестницы. – Что ты наденешь завтра?

– Не все ли равно?

– Очень много значит, во что ты будешь одета! – Недовольно хмыкнув, Шарлотта побежала по лестнице вниз. – Не собираешься же ты снова появиться перед графом в домашнем платье, – бросила она на ходу. – Ты должна стремиться выглядеть опытной и элегантной, как это делаю я.

– Длинное платье не сделает меня опытной и элегантной, – рассмеялась Джиллиан и, взглянув на свое отражение в зеркале, скривилась, отвернулась и побежала вслед за кузиной. – У меня рыжие волосы, зеленые глаза и веснушки, Шарлотта, и я ни в коей мере не опытная и не элегантная. И сколько бы ты ни твердила, что мы идеальная пара, граф никогда не станет за мной ухаживать.

Перед тем как войти в столовую, Шарлотта загадочно улыбнулась кузине.

Не подозревая, что он стал предметом пересудов, Ноубл Бриттон, известный в свете под громким прозвищем Черный Граф, сидел в табачном дыму в клубе «Уайте», уже выиграв большую часть семейного состояния Манфреда, лорда Брайсленда. Несмотря на репутацию безжалостного, холодного хищника, Ноублу не доставляло удовольствия разорять людей, даже таких глупых юнцов, как лорд Брайсленд.

– Мои закладные, лорд Уэссекс. – Дрожащей рукой молодой человек поставил свою подпись.

– Вы, конечно, будете здесь утром, чтобы выкупить их? – Выпрямившись, лорд Уэссекс разглаживал длинными пальцами скатерть. У графа было твердое намерение отказаться от денег виконта, но ему хотелось, чтобы тот сначала провел бессонную ночь, обдумывая плоды своего легкомыслия. Бледный и выглядевший совершенно больным, лорд Брайсленд кивнул и, быстро выйдя из комнаты, хрипло спросил виски.

– Отличная работа, Ноубл, ты не утратил своего искусства. Надеюсь, юноша должным образом оценит то, что ты спас его состояние от посягательств Мэнсфилда и других стервятников, весь вечер круживших вокруг него.

– Спасибо, Гарри. – Лорд Уэссекс поблагодарил друга за комплимент и указал рукой ему и сэру Хью на соседние кресла. – Бренди, джентльмены? Пил, три бренди!

Надев очки, маркиз взял одну из поданных рюмок. Одетый, как и лорд Уэссекс, в черный вечерний костюм, на фоне сэра Хью, явившегося в изумрудном жилете, в синих бриджах и сюртуке, он выглядел мрачно. Лорд Уэссекс подумал, что их молодой приятель похож на павлина. Сэр Хью беспокойно оглядывал комнату, чтобы выяснить, кто присутствует, и играл цепочкой карманных часов, моноклем и двумя крупными изумрудами на пухлых пальцах, но лорд Уэссекс совершенно точно знал, что эти изумруды просто стекляшки, а вовсе не драгоценные камни.

– Где ты был? – откинувшись в кресле, спросил графа лорд Росс. – Я думал, ты возил Марию на представление в Лицеуме. Они с Элис сегодня весь день только об этом и говорят.

Бренди, смочив горло, разлилось теплым озером в желудке лорда Уэссекса. Вытирая пальцем губы, граф, прищурившись, смотрел, как его знакомый, направившийся было к их столику, вдруг повернулся и вышел из комнаты. «Еще один, они становятся все наглее», – заметил про себя лорд Уэссекс.

– Тебе не приходило в голову, что наши милочки слишком подробно обсуждают между собой наши личные дела?

Сэр Хью фыркнул, а лорд Росс с усмешкой ответил:

– Они близнецы, Ноубл, и любят посудачить. Полагаю, вполне естественно, что они, так сказать, делятся нами.

– Наверное, ты прав, хотя это уже не имеет значения. Завтра я собираюсь дать Марии отставку. – Достав из сюртука серебряный портсигар, лорд Уэссекс предложил друзьям манильские сигары, и тут же появился лакей, чтобы подать мужчинам огня.

– Она тебе уже надоела? – удивился сэр Хью. Обычно лорд Уэссекс не заводил любовниц на длительный срок, но Марию он сделал своей пассией всего две недели назад.

– Надоела ее постоянная пустая болтовня, это правда. Но я отказываюсь от ее услуг совсем не из-за этого. Через три дня я женюсь, и в высшем свете были бы поражены, узнав, что я намерен выполнять брачные обеты.