Пароль к знойному свиданию - Джосс Вуд

— Но я же буду работать на вас, а не против вас! — возмутилась Кэди.

— Ребрендинг — наш самый важный маркетинговый проект за последние двадцать лет, и я не допущу, чтобы на мою эффективность влияло твое присутствие.

— Беккет, мы взрослые люди. Если мы решим сохранять строго профессиональные отношения, у нас все получится.

Точно. Как получилось у нее с Томом.

— Ну конечно.

Вздохнув, Кэди сжала кулаки.

— Давай не будем бежать впереди паровоза? Сперва мне, как минимум, нужно выиграть контракт, поборов весьма сильных соперников.

Бек смерил ее тяжелым взглядом.

— Я дам тебе двадцать тысяч долларов, если ты просто уйдешь, раз и навсегда забыв о Баллантайнах.

От такого заявления у нее задрожали колени, и она опустилась на ближайший стул.

— Что?

— Я готов заплатить двадцать тысяч, чтобы ты отказалась от контракта.

Да, именно это она в первый раз и услышала. Слишком пораженная, чтобы говорить, Кэди недоверчиво уставилась на Бека. Неужели те три месяца в Таиланде были ему столь неприятны, что он не в силах выносить ее присутствие? Ладно, она не фанат путешествий, в первую очередь потому, что родители так резко против них настроены, и постоянно разрывалась между Беком и домом, но они же неплохо проводили время. Разве нет?

Кэди уже совсем ничего не понимала, и первым ее порывом было предложить ему засунуть свое предложение в… Открыв рот, чтобы озвучить эту мысль, она вспомнила, что дело уже не только в ней одной. У нее скоро появится ребенок, и если она сейчас откажется от предложения и не сумеет выиграть контракт, то обанкротится и лишится дома. Если же согласится, у нее появится приличная отсрочка.

Вот только выиграв контракт, она решит вообще все финансовые проблемы.

Как же соблазнительно — взять деньги и убежать. Но тогда она вновь станет плясать под чужую дудку. Позволит Беку снова все решить за себя. Опять позволит ему усадить себя в метафорический самолет и отослать, потому что когда‑то стала для него обузой.

Но сколько же лет ей придется залечивать сердце и восстанавливать уверенность в себе…

Глубоко вздохнув, Кэди решила, что должна идти до конца. А если контракт от нее уйдет, она отыщет другой выход. Но чтобы ни ждало ее впереди, Бек больше не вправе решать за нее.

Поднявшись, она расправила плечи.

— Этому не бывать. Я либо получу контракт, либо нет. Таков бизнес, и такова жизнь. Если я его получу, тебе придется со мной работать, если же нет, ты меня вообще больше не увидишь. Я уже давно стала самостоятельный, и ни ты, ни твои деньги мне не нужны.

Подхватив сумку с ноутбуком, она закинула ее на плечо.

— Думаю, разговор окончен.

Дойдя до двери, она обернулась к застывшему у стола Беку.

— Моя гордость и самоуважение не продаются.

Уходя, Кэди не потрудилась закрыть за собой дверь, так что Беку, не желавшему никого видеть и ни с кем говорить ближайшую тысячу лет, пришлось самому ее захлопнуть. Уткнувшись лбом в дверь, он горько пожалел, что в кабинете нет боксерской груши и ему не на чем спустить пар.

С первой минуты их знакомства Кэди обладала потрясающей способностью переворачивать его жизнь с ног на голову. И когда она выиграет контракт — а ее идеи самые нестандартные, впечатляющие и интересные, и она обязательно его выиграет, — он при всем желании не сможет ее избегать.

Черт. Ему же так нравилась его жизнь, и он не хотел добавлять в нее никаких драм!

Ему нравилось сохранять контроль. Нравилось, что после кончины Конора никто не пытался лезть ему в душу и не требовал эмоциональных реакций, и он мог просто участвовать в жизни семьи, не вступая в эмоциональные связи.

Он искренне любил семью, но в глубине души до сих пор верил, что братья с сестрой винят его в смерти родителей. А даже если и не винят, то должны были бы.

Чувствуя вину и не в силах ее искупить, он трудился не покладая рук, чтобы доказать, что достоин. И лишь единственный раз в жизни, путешествуя с Кэди, он никому и ничего не пытался доказывать. Несмотря на постоянно раздиравшие его противоречия, лишь с ней он по‑настоящему расслаблялся и был свободен. Ее не интересовало, что он в двадцать лет с отличием окончил университет, стал чемпионом по плаванию и должен был унаследовать состояние Баллантайнов. Для нее он был просто Беком, и ему это чертовски нравилось.

И он отлично понимал, что именно поэтому ее и отослал. Годами он пытался оправдать свой поступок тем, что она была несчастна, но на самом деле чем дольше она была рядом, тем меньше ему хотелось кому‑то что‑то доказывать. И тем важнее ему становилось, что она о нем думает. Ее мнение грозило стать важнее его собственного, а этого он допустить не мог.

С годами же их притяжение лишь усилилось. Стоило оказаться в одной комнате, как они мгновенно вспыхнули, а значит, история вновь повторится.

Но теперь у него есть определенные обязательства. Семья на него рассчитывает, и он должен помогать Линку в непростом деле руководства огромной фирмой. Семья и дело превыше всего. Но стоит Кэди вновь ворваться в его жизнь, как система ценностей разом изменится.

Глубоко вдохнув, он заставил себя оторваться от двери, но не успел еще ни на шаг отойти, как она распахнулась, больно стукнув его по лбу.

— Какого черта ты стоишь перед дверью? — удивился Линк.

— Стучаться тебя не учили? — огрызнулся Бек, проверяя рукой, нет ли на лбу крови.

— У нас проблемы.

— Такой уж сегодня день. — Бек уселся за стол. — Что на этот раз?

Единственное, что было хорошего после смерти родителей, — это Линк с матерью, Джо. Не в силах управиться с тремя детьми, Конор нанял Джо в качестве няни и экономки, и она стала жить у них вместе с сыном. Пару лет спустя Конор официально усыновил племянников, а заодно и Линка, узаконив их эмоциональное родство. И они до сих пор бегали со своими проблемами именно к Линку.

— Мне только что звонила Тэйт Харпер.

Давненько он не слышал этого имени.

— Харпер? Сестра Кари?

Линк кивнул, даже не пытаясь скрыть мелькнувшей в глазах злости. Да и неудивительно. Когда их сыну Шо было всего полтора месяца, Кари сбежала, бросив и Линка, и сына. Пару месяцев спустя Линку удалось узнать, что жена находится в Остине, но она отказалась возвращаться и передала мужу все права на сына.

И ее сестра‑журналистка, пишущая о путешествиях, казалась Беку ничуть не надежнее.

— Что ей нужно?

— Говорит, что ей нужно срочно обсудить со мной некое дело. И, зная ее сестру, подозреваю, что ничего хорошего меня не ждет.

— Ты с ней лично знаком?

— Нет, но я договорился встретиться в особняке через час.