Мелисанта. Наследница дара - Полина Краншевская

- Очень спать хочется, - честно ответила ему, окончательно проваливаясь в сладкую дрему.

Сквозь сон почувствовала, как Оливер поднял меня на руки и, зайдя в воду, аккуратно ополоснул, а потом, не выпуская из объятий, устремился к берегу. Выйдя из воды, бережно завернул в одно из наших походных одеял и отправился устанавливать палатку. Как только наше временном жилище было готово, он отнес меня внутрь и, прикрыв нас обоих еще одним одеялом, заснул, крепко прижимая меня к себе.

- Я разбудил тебя, сокровище мое? – мягко спросил он, невесомо целуя мои губы. – Прости, не удержался. До сих пор поверить не могу, что теперь ты моя законная супруга. И никто больше не сможет разлучить нас. Как ты себя чувствуешь?

Улыбнулась ему в ответ и прислушалась к себе. Небольшое саднящее ощущение доставляло незначительный дискомфорт. Послав импульс целительной энергии в свое тело, быстро убрала его.

- Теперь все в порядке, - ответила, сосредоточенно рассматривая проступившие на наших запястьях серебристые брачные узоры, сменившие обручальные белые.

- Я рад! - широко и искренне улыбнулся он. – Давай перекусим? Я уже не помню, когда мы ели в последний раз.

Быстро поднявшись на ноги, Оливер направился на выход из палатки, совершенно не стесняясь своей наготы. А я залюбовалась его статной атлетической фигурой. Честно говоря, все произошло настолько внезапно, что я до сих пор с трудом осознавала и свой новый статус, и новую ступень в наших отношениях с Сианским. Но долго раздумывать над случившимся мне никто не дал. Оливер вернулся в палатку, неся наши рюкзаки.

Села, замотавшись в одеяло, и начала разбирать припасы. Быстро поделив еду, приступили к скромной трапезе. Аппетит был просто зверский. Мы действительно очень давно не ели. Утолив первый голод, достала из рюкзака сочные фрукты, которые прихватила в качестве десерта, сняла стазис и с удовольствием откусила.

- Ммм, вкуснятина! – восторженно простонала, закатив глаза. – Хочешь кусочек?

Вскинув глаза на Оливера, даже жевать перестала от того, как он на меня смотрел. Как будто хотел съесть меня, а не предложенное лакомство.

- Я хочу совершенно другого, - хрипло ответил он, придвигаясь ближе ко мне. – Но ты так аппетитно ешь, что и от фруктов не откажусь.

С этими словами он преодолел последнее расстояние, разделявшее нас, и жадно поцеловал, забирая кусочек десерта прямо из моего рта и собирая языком сок с моих губ.

- Действительно, вкуснятина! – блаженно прикрыл он глаза.

Я смотрела во все глаза на Сианского и с трудом узнавала всегда ироничного и насмешливого ненаследного принца Айдарии. Передо мной был совершенно другой мужчина: сильный, нежный, заботливый, надежный, открытый и искренний. Или он всегда таким был? Просто я этого никогда раньше не замечала.

- Ты так сладко кушаешь, моя хорошая, - глухо проговорил он, глядя куда-то в район моей груди. Проследив за его взглядом, увидела, что одеяло немного сползло, и теперь розовый сосок призывно выглядывал наружу. – Так и хочется к тебе присоединиться.

Более не говоря ни слова, Оливер припал к моей груди и захватил дразнящего проказника в плен своего языка и губ, лаская и посасывая его. Волна сладкого томления тут же накрыла меня, и я выгнулась ему навстречу. Десерт был забыт и отложен в сторону. Нам обоим хотелось иного сладостного удовольствия.

Не переставая ласкать мою грудь, Оливер накрыл мои губы жарким поцелуем, увлекая мой язык в водоворот манящих ощущений.

- Нет, определенно эти фрукты нужно ввести в наш повседневный рацион, - вынес вердикт он, на секунду оторвавшись от меня, чтобы с новыми силами взяться за изучение моего ушка и изгиба шеи.

- Оливер, - задыхаясь от будоражащих ощущений, обратилась к нему, - сними щит. Хочу чувствовать тоже, что и ты.

Приподнявшись надо мной на вытянутых руках, принц внимательно посмотрел мне в глаза, а я замерла в ожидании, с надеждой и доверием глядя на него. И он откликнулся на мою просьбу. Развеяв щит, с удвоенным рвением принялся снова меня ласкать. Открыв свое сознание, я буквально была сметена лавиной ощущений этого потрясающего мужчины. Страсть, вожделение, нежность, забота, преданность и всепоглощающее желание соединиться со мной в общем полете на вершину удовольствия. Более не тратя времени на раздумья, начала отвечать на его прикосновения, стремясь не только получать, но и отдавать в ответ. Мне до дрожи в коленях хотелось почувствовать то, что испытает мой мужчина, когда я сама буду прикасаться к нему.

Обвив его шею руками, притянула к себе и прикусила мочку уха, а потом язычком прошлась по всем его изгибам, снова слегка покусывая в конце. Услышав глухой стон Оливера, и получив от него волну сладостных ощущений, стала покрывать легкими поцелуями все его лицо, намеренно не прикасаясь к губам. Уловив волну нетерпения, нарочито медленно очертила языком контур его губ, в конце резко куснув верхнюю. Вспышка удовольствия стала мне наградой, что тут же отозвалось спазмом предвкушения внизу моего живота.

Надавив на плечи мужчины, вынудила его откинуться на спину. И теперь мне уже ничто не мешало вдоволь насладиться исследованием его мощного тела. Удобно расположившись рядом, начала прокладывать дорожку из поцелуев по его шее. Безошибочно найдя чувствительное местечко, где в бешеном темпе билась жилка, прикусила его, сразу же зализав. Новая волна возбуждения накрыла Сианского, а заодно и меня вместе с ним. Поначалу он еще пытался ласкать меня в ответ, но быстро сдался под натиском испытываемых ощущений. А я получала неимоверное удовольствие от восприятия его чувств, чуть ли не большее, чем от своих собственных.

У меня уже все ныло от желания немедленного наполнения, но мне хотелось, чтобы Сианский просил меня, так же, как я его недавно умоляла. А посему стала прокладывать дорожку из поцелуев по его животу вниз, поглаживая рукой внутреннюю сторону мускулистых бедер. Затем перейдя шаловливыми пальчиками на округлости, слегка сжала их. Оливер снова выгнулся и ударил бедрами мне на встречу. Когда я уже была готова накрыть ртом его естество, он действительно не выдержал.

- Не смей, Мел! – прохрипел он, рывком садясь, хватая меня за плечи и укладывая на спину. – Я на грани, одно твое движение манящим ротиком, и я не выдержу, так и не дойдя до основного действа. Я все еще не могу забыть своего позора в ванной, а ты уже снова испытываешь мою мужскую гордость на прочность. Ведь потом опять обвинишь меня в том,